Битва
Шрифт:
— А вот и наша малышка!
— Как ее активировать?
— Тут есть на одном конце индикатор, маленькое окошко. Она реагирует на концентрацию С02. Просто подышите на нее. Посильнее.
— Вы серьезно?
— Да.
— Она воняет.
— Я ж говорил…
— Ладно, не парьтесь, просто лезьте живее в вентиляцию, пока я не передумала.
Он наполовину уже скрылся в шахте, но вдруг замер.
— Эй, Мэдди, скажите мне кое-что.
— Что?
— Вы и впрямь хотели от меня ребенка?
— Да. Очень.
Каррера
— Плохо, что не сработало. Простите.
— Меня тоже простите. Он исчез в вентиляции.
— И за ложь тоже простите, — крикнул он изнутри.
— Какую ложь?
— Не существует такого вируса, как 666. Они просто использовали модный нынче фломастер «Нейкуэлл», чтобы напугать вас.
Послышалось лязганье, когда дверца воздушного шлюза захлопнулась за Сияющим.
Мэдди вскочила, удерживая взрывчатку, хватая ртом воздух и стараясь не дышать на бомбу. Осторожно поставила ее на маленький столик и отодвинулась как можно дальше.
— Так, все в порядке, — сбивчиво сказала она себе. — Я пойду за ним. Я убегу. Они последуют за мной и скорее всего схватят. И его тоже. Меня потащат в суд и обвинят в убийстве. Топором отрубят голову. Даже нельзя сослаться на предменструальный синдром. Нет способа выбраться, Мэдди. Нет никакого пути.
Она снова взяла бомбу и посмотрела на нее. Такая безобидная с виду. Немного скользкая, но все равно безобидная.
Дверь открылась, и внутрь ворвались женщины в защитных костюмах, вооруженные огнетушителями, действующими на основе С02.
Мэдди вытянула перед собой руки, чтобы остановить их.
— Пожалуйста, не…
Менискус почувствовал взрыв седалищными костями, потому что он сидел на траве возле сарайчика с садовыми инструментами за пределами Цитадели. Кролики бросились врассыпную, затем успокоились и продолжили щипать траву. Послышались сирены. Над головой вертолет резко изменил направление и приготовился приземлиться возле трамвайной станции.
К тому времени как Сияющий вылез из дренажной канавы, уже стемнело. На нем не было ни царапины. Менискус подкатил к нему велосипед, но Сияющий даже не заметил, что Менискус спас его любимое изобретение.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он с упреком в голосе.
— Стараюсь придумать, как вытащить тебя.
— Я уже сам решил эту проблему. — Сияющий запрыгнул на велосипед. — Ладно, пошли, у нас назначена встреча с остальными Рыбами в закусочной «Палас». Если верить карте, это где-то в двух милях отсюда. Лучше поторопиться. Пока они заняты эвакуацией людей и опечатыванием Цитадели. Но скоро нас станут искать.
Менискус потрусил с ним рядом.
— Нас?
— Есть тут одна Цитадель на границе с Делавэром, хочу напасть на нее. Я тут подумал, что смогу обеспечить проникновение внутрь, мальчики устроят шумиху и отвлекут внимание, а ты будешь нашим тайным оружием. С этими твоими вирусами. Что думаешь?
Они приблизились к шоссе и стали карабкаться через
— Не понимаю, — сказал Менискус, задыхаясь. — Я думал, мы теперь враги.
— С какого такого рожна?
— Ну, мы же стоим на противоположных сторонах великого разделения. Ты обладаешь иммунитетом к моим вирусам, а мои вирусы — это будущее.
— Слушай, может, обсудим все это абстрактное дерьмо как-нибудь потом, когда за нами не будет гнаться чертов вертолет?
Они побежали, Сияющий толкал перед собой велосипед, потому что его приходилось то и дело переносить через разделители между дорогами. Наконец они вышли к шоссе.
— Сюда, — сказал Сияющий, собираясь взгромоздиться на велосипед.
Тогда Менискус и увидел ее. Она стояла на эстакаде, ветер флагом закручивал тенниску с группой «Спунфед» вокруг худенького тельца.
Менискус замер.
— О, нет. Это она!
Сияющий посмотрел на Бонус, прищурился и сказал:
— Кто?
— Дочь доктора Бальдино. Бонус!
Бонус повернулась и увидела их. Она указала пальчиком на другую сторону шоссе и крикнула:
— Волк! Волк!
Затем выбежала на дорогу.
Менискус застыл от ужаса, но Сияющий слез с велосипеда и припустил следом за ней.
Они увидели волчицу, смутную тень в свете приближающихся фар. Она бежала на них по федеральной автостраде с десятью рядами движения, опустив голову низко к земле, словно следуя по запаху. Волчица добежала до бетонного среднего ряда и остановилась. Бонус тоже остановилась, ловко уклоняясь от машин в правом ряду. Водитель трейлера-полуприцепа безостановочно жал на гудок, «порш» съехал на обочину и остановился. Сияющий бежал по шоссе. Он сложил руки рупором и закричал:
— Эй, детка, давай-ка убирайся с этого гребаного… Волчица снова побежала.
— Нет! — закричала Бонус и рванула по дороге, размахивая руками, чтобы привлечь внимание водителей.
Машины двигались слишком быстро, и тягач с прицепом принялся обгонять своего собрата в левом скоростном ряду. Волчица застыла в нерешительности, не зная, то ли ей податься назад, то ли бежать дальше. Водитель грузовика даже не притормозил.
Сияющий сгреб малышку в охапку и метнул быстрый взгляд через плечо. Волчица замерла.
Одна из огромных лапищ Сияющего закрыла Бонус глаза. Она закричала, хотя и не видела, как маленькое серое тельце взмыло в воздух после столкновения, и живая тень стала очередным куском дорожного мусора. А Менискус видел. Все случилось так быстро, так нереально, что он едва верил глазам. Из всех событий, которые с ним произошли, только смерть волчицы казалась ему ненастоящей.
Словно блистательная женщина без защиты макияжа, мир открывает свое истинное лицо, подумал Менискус. Прекрасное становится уродливым и печальным.