Бэтмен 1-2

Флэш Билл

– С вами все в порядке?
– задал Брюс самый стандартный, но зато самый уместный вопрос.

– Да, - отрешенно произнесла Селина.

– У вас какое-то необычное настроение. Это после вашего неудавшегося отпуска?

Она не ответила. Только тихонько вздохнула.

Мистер Вейн и мисс Кайл шли по Готэм Плэйс. Они просто гуляли и им было очень хорошо вдвоем, несмотря на то, что погода была отвратительной. Серый снег медленно таял, расползаясь грязными лужами, и сырой промозглый ветер пронизывал до костей.

Вокруг

сновали мальчишки-газетчики, на лотках мерзли целые кипы листков, изгаженные типографской краской. Во всех газетах мелькали три имени, набранные жирным шрифтом: "Пингвин", "Бэтмен" и "Женщина-кошка". Постепенно Селину начал раздражать этот информационный калейдоскоп.

– Ну и новости в последнее время! "Кто сказал "Мяу!"?", "Подвиг Пингвина", "Неудача Бэтмена". Знаете, недавно я слышала по телевизору, что эта кошка весит восемьдесят килограммов. Господи, чего они все врут?

Она обиженно выпятила нижнюю губу и стала еще более привлекательной и милой.

– Да, действительно врут, - Брюс внимательно осмотрел ее фигуру. Врут, негодяи! А кроме этого, вы слышали! "Неудача Бэтмена". Бред. Он спас одного имущества на два миллиона долларов.

Мистер Вейн и мисс Кайл немного помолчали, каждый по-своему переживая журналистские сплетни. Затем она спросила очень тепло и просто, указав рукой на площадь:

– А вы не идете туда? Там будут снова зажигать елку.

– Да нет. Я, знаете ли, не любитель...

– Зря, - мрачно и тихо проговорила Селина, - сегодня праздник в нашем холодном городе...

– Вы во всем видите только темное и страшное, - мягко упрекнул ее Брюс.

– Наверное, как и вы.

Где-то рядом закрякал клаксон и к ним подъехал лимузин. Из открывшейся дверцы вышел Альфред.

– Мистер Вейн!
– позвал он

– Послушайте, Селина... Поедемте ко мне. Вместе по телевизору посмотрим, как зажигают елку.

– Ну...
– она замялась.
– Понимаете... Я не могу. Я должна быть в другом месте.

– Может, тогда пообедаем сегодня? Часов в пять или в шесть?..

– Хорошо, - согласилась она.
– В пять.

– Так, значит, в пять. Вдвоем, - уточнил Брюс.
– Да? Договорились?

– Договорились.

Он быстро сел в машину и Альфред захлопнул за ним дверцу.

Уже проехав полдороги, Брюс сказал:

– Альфред, ты помнишь, я тебе рассказывал об одной очаровательной девушке?

– Да, сэр. Кажется, это была какая-то очень печальная история.

– Так вот. Я ее не убил. До сих пор не могу понять, как ей удалось выжить.

– Боже мой, какое счастье!

– Я пригласил ее сегодня на обед. В пять часов она придет к нам в гости.

– Мистер Вейн, я вас поздравляю!

– Спасибо, Альфред. Я сам затоплю камин в гостиной, а ты позаботься об обеде.

– Конечно,

сэр. Не беспокойтесь.

Ничто не предвещало беды. Шла подготовка к празднику. Готэм пытался вновь зажечь Рождественскую елку и достойно встретить Санта-Клауса. На Готэм Плэйс восстановили порядок и все обустроили для проведения торжественной части. Совсем как день тому назад.

В маленькой тесной гримерной сидела та же девушка, которая ранее зажигала елку. На ней был тот же костюм из пушистого белого меха. Она репетировала.

– Итак... Зажигается елка и я нажимаю кнопку, - вдохновенно проговорила королева праздника. Затем, заглянув в сценарий, исправилась. Нет. Сначала я нажимаю кнопку, а потом зажигается елка.

Она вертелась перед зеркалом и была чрезвычайно довольна собой. Вдруг занавеска за ее спиной отодвинулась и в зеркале возникли странные личности. Маленький толстый человечек, одетый во все черное, лысый с непропорционально длинным носом, коротенькими ножками и ручками, в странных перчатках всего с тремя пальцами. Рядом с ним стояла высокая белая женщина. Вся белая. На руках у нее сидел белый карликовый пудель с какой-то кривой штукой в зубах.

Девушка смертельно испугалась, побледнела и срывающимся голосом произнесла:

– Кто вы?

Толстый человечек гадко улыбнулся большим безгубым ртом и ответил:

– Мы ищем таланты!

Королева сразу пришла в себя и, очаровательно улыбаясь, затараторила:

– Заходите, заходите! Вы знаете, я не просто зажигаю елки. Я еще и актриса...

Носатый вдруг протянул руку к пуделю и начал выдирать из его пасти черную закорючку. Пудель не выпускал ее изо рта и злобно рычал.

– А это что у вас?
– заинтересовалась зажигательница елок.

Все же урод забрал закорючку у непослушной собаки и, покончив с этим, попросил:

– А ну-ка, улыбнись! Скажи: "Чиз".

Девушка встала, театрально подняла руку и, кокетничая, произнесла:

– Чи-и-из!

Последним, что она увидела, было то, как черный мерзавец, со злобной гримасой на лице замахивается в ее сторону страшной закорючкой.

Селина Кайл сидела в машине, мчавшейся в восточном направлении. Она уже пересекла черту города и теперь неслась среди занесенных снегом полей. Часы показывали половину пятого, но уже стемнело. Пришлось включить подфарники.

Мисс Кайл было неуютно. Теперь ей все время было неуютно. Только будучи кошкой или в компании Брюса Вейна она чувствовала себя спокойно и уверенно. Все остальное время она старалась находиться возле каких-нибудь отражающих поверхностей. Потому что только Селина в зеркале не давала ей сойти с ума. Правда, она говорила исключительно о Вейне, но Селине это нравилось. Она и сама была не прочь с кем-нибудь поговорить о нем.

– Ну и?..

– И наговорил кучу старомодных комплиментов.

– И?..