Берсерк
Шрифт:
Проломы стали достаточно большими, но в ход пошли третьи номера, даже тот, кого посчитали убитым, полз к пролому. Потом он встал и, шатаясь, побежал к стене. «Вот ведь как запрограммированы, — удивился Альхе. — Даже смертельные раны им нипочем».
— Как у вас дела? — спросила рация, когда, чуть погодя, взорвались третьи номера.
— Все отлично, командир, — ответил Альхе, узнав Баджиева. — Проходы готовы; в общем, всё идет согласно плану.
— Какие потери?
— Пока неясно, но группа Нуре пострадала сильнее остальных.
— Понятно. Мы уже близко.
Бой
39
После удачного выстрела Миха вернулся на первый пост, сделав огромный крюк. Он долго прятался и однажды видел, как всего в сотне метров от него прошла поисковая группа, охотящаяся за ним. Два дня отдыха восстановили силы, за это время не прозвучало ни одного выстрела снайпера, и все окончательно поверили, что он мертв.
Время отдыха закончилось, и Кемпл заступил на очередное дежурство. «Стилет» он передал снайперу-профессионалу, а сам взялся за привычный «корс».
— Вот твой медальон, — сказал Медведь, протянув украшение.
— Надо же, я про него совсем забыл.
Миха взял украшение и рассмотрел. Красный камешек сверкал в лучах солнца, клонившегося к закату. Кемпл решительно скомкал в ладони цепочку и выбросил медальон в амбразуру.
— Ты чего?!
— Мне никогда не нравился красный цвет.
— Ну-ну…
— Не люблю дежурить во вторую смену, — сказал Кемпл, чтобы перевести разговор.
— А чего так?
— Ночью человек должен спать, а мы бодрствуем, это вредно для здоровья.
— Ну ты сказал, — ухмыльнулся Медведь и посмотрел наружу, поведя пулеметом.
— Ну что?
— Все так же спокойно.
— Это хорошо.
Дежурство шло своим чередом. Бодрствование сменилось легкой полудремой; впрочем, Миха знал, что они проснутся сразу, если их вздумают проверить, для этого он специально натянул нитку, которая при обрыве вызовет падение консервной банки на бетонный пол.
Их никто не проверял, проснулись они от минометного обстрела.
— Странно, — недоуменно протянул Медведь.
— Что? Обычный обстрел…
— Слишком много одновременных взрывов.
— Точно, — согласился Кемпл и схватился за пулемет, но в темноте ничего нельзя было рассмотреть.
Потом начался настоящий ад — все взрывалось. Снаряды крушили стены, крыши и просто рвались на территории, поднимая в небо землю. Рядом что-то неслабо грохнуло.
— Медведь, что это было?
Миха выглянул наружу, но заметил только оседающую землю.
— Ты меня спрашиваешь?!
Потом все стихло, и открыл стрельбу миномет поста. Его огромный ротор поворачивался, посылая один снаряд за другим.
— Не нравится мне это.
— Да, нехорошее затишье, — согласился Медведь и, взявшись за пулемет, нажал на
— Кончай стрелять в белый свет как в копеечку — боезапас только тратишь.
— Ладно. — Медведь перестал стрелять. — Тогда садись ты за пулемет.
Миха пересел на место пулеметчика. В боковую амбразуру заметил, как занимают свои места поднятые по тревоге солдаты.
— Что-нибудь видишь?
— Не-а…
Тут снова начался минометный обстрел. Миха отвлекся на секунду, а когда снова прильнул к окуляру, увидел встающего человека. Палец сам нажал на курок, опередив мысль. Очередь срезала гранатометчика, но тот все же выстрелил, снаряд с резким свистом пронесся рядом. А вот другим не повезло. Еще одну пулеметную башню снесло точным попаданием, ее судьбу повторила снайперская. Благо хоть там никого не было.
Миха обстреливал место, где упал гранатометчик, длинными очередями крест-накрест. Гильзы сыпались на пол, покрыв его своеобразным ковром.
— Кот, слева! — прокричал Медведь, поправляя пулеметную ленту.
— Сматываемся!!! — крикнул в ответ Миха, понимая, что уже не успевает.
И они за секунду до взрыва выскочили из башни; взрыв опалил их огнем и обдал мелкими камешками и пылью — всем тем, что раньше было стеной.
Миха очнулся от оглушительного взрыва и оттого, что его тормошил Медведь.
— Вставай!
— Неплохой взрыв…
— Щас еще будет, это камикадзе!
Медведь протянул Кемплу его автомат и перевел в боевое положение свой «граник».
— Пошли на стену, нужно обороняться!
— Да, сейчас…
Миха поднялся на ноги и тотчас же упал еще от одного, сдвоенного, мощного взрыва. В стене образовались две пробоины. Осколками убило двух солдат. Миха снова поднялся и побежал в сторону стены, когда услышал сержанта:
— Куда прете?! Назад! Отходим!
Снова начался минометный обстрел, и Кемпл решил, что действительно нужно найти более безопасное место.
Взревели двигатели БТРов, и из гаража стала выезжать техника. Грузовики быстро скрылись за мощными стенами комплекса автоматического миномета. Первому БТРу не повезло, близким взрывом его перевернуло на бок. Не упал на крышу только потому, что удержала стена. Второй, спихнув в сторону перевернутый БТР, взял под прицел стенные проломы; водитель так и не решился вывести машину из гаража.
Ухнул очередной взрыв, потом еще один, и стена рухнула.
— Отступаем!
Миха увидел лейтенанта, отдающего в мегафон приказы. Солдаты спускались со стен и бежали к грузовикам. Кемпл уже и сам разглядел через обрушенную секцию стены приближающегося противника. В свете мерцающего огня казалось, что их там несметные полчища.
— Кот, уходим, — позвал Медведь, помогая Михе передвигаться.
Вдвоем они доковыляли до машин.
БТР открыл стрельбу и стал выезжать из-под защиты гаража, поскольку минометный обстрел прекратился, тем самым дав возможность машинам выехать за пределы точки. Пушки БТРа продолжали стрелять, даже когда прозвучало восемь гранатометных взрывов, а вот на девятом они замолчали.