БЕЛЫЙ РАБ
Шрифт:
С каждым днем, с каждым часом во всем цивилизованном мире становится все слабее и слабее симпатия к вам, угнетатели, и переходит на сторону ваших жертв.
Попробуйте, если хватит у вас сил, устоять против проклятий, которыми осыпают вас все народы мира".
Хильдрет страстно и беспощадно разоблачал правящую верхушку Америки, находящуюся в полном подчинении у плантаторов и капиталистов. Писатель заклеймил трусливых и беспринципных американских политиков, "ставших рабами в силу унаследованного от предков низкопоклонства". В этих словах, полных горечи и презрения, раскрывается смысл заглавия романа. На последних страницах книги Хильдрет прямо говорит о том, что под "белыми рабами" он подразумевает не только белокожих невольников вроде Арчи Мура, а всю свору продажных северян,
Следует отметить, что весь тон книги Хильдрета, гневные обличительные тирады, страстная полемика с противниками, пафос свободолюбия резко отличают его роман от "Хижины дяди Тома" Бичер-Стоу, с ее проповедью христианского смирения и покорности. В противоположность Бичер-Стоу Хильдрет показал в своем романе в самом неприглядном свете служителей церкви, которые приспособляли догматы христианства для упрочения института рабства. "Рабам под видом религии, - пишет Хильдрет, - преподносили учение, согласно которому требовалось безоговорочное повиновение и бессловесная покорность одной части населения, поставленной на колени перед другой". Хильдрет в своей критике буржуазно-плантаторского строя США во многом решительнее и конкретнее Бичер-Стоу.
"Белый раб" Хильдрета с полным основанием может быть отнесен к наиболее прогрессивным произведениям американской литературы XIX века. В силу этого факта буржуазная реакционная печать как при жизни писателя, так и после его смерти всячески стремилась очернить Хильдрета, принизить значение его романа и извратить его основную идею.
Так, распространенный в середине XIX века журнал "Библиотек Универсель де Женев" в статье, посвященной "Белому рабу", утверждал, что этот роман является лишь подражанием "Хижине дяди Тома", и возводил на Хильдрета ложное обвинение в том, что он якобы гораздо больше интересовался материальной выгодой, чем идеями романа. Журнал отрицал литературные достоинства романа, возмущался призывающими к восстанию сценами и главный недостаток романа видел в том, что герой прямо противоположен герою "Хижины дяди Тома", преисполненному христианского смирения и покорности. Подобная оценка романа Хильдрета прочно укоренилась в буржуазном литературоведении. Вышедшая почти через 80 лет после упомянутой статьи книга французского критика Люка "Антирабовладельческая литература в XIX веке - этюд "Бичер-Стоу и ее влияние во Франции" - слово в слово повторяет измышления женевского журнала о Хильдрете и его романе. Отличие состоит лишь в том, что здесь автор книги еще больше обрушивается на "сомнительную моральную ценность романа, в котором напрасно будешь искать дух покорности и христианского милосердия, пронизывающий "Хижину дяди Тома".
IV
В штате Виргиния, где происходят многие из описываемых Хильдретом событий, в 1859 году был казнен прославленный герой борьбы за освобождение негров - Джон Браун. Французский писатель - демократ Виктор Гюго, стремясь спасти жизнь Брауну, писал тогда в обращении к Соединенным Штатам Америки: "Таких вещей не делают безнаказанно перед лицом цивилизованного мира. Общественная совесть все видит. Пусть чарльстонские судьи, пусть Гентер и Паркер, пусть присяжные заседатели-рабовладельцы, пусть все они… не забывают, что их видят".
Виргиния была первой колонией, основанной в Америке англичанами. Плантаторы за сравнительно короткий срок разорили этот некогда богатый край до такой степени, что земледелие стало там почти невозможным. В результате варварской системы землепользования штаты Виргиния и Мэриленд превратились в настоящий питомник по разведению рабов.
Именно этот процесс имел в виду Маркс, когда он писал: "Отсюда быстрое превращение таких штатов, как Мэриленд и Виргиния, ранее применявших рабский труд для производства на экспорт, в штаты, разводящие рабов, чтобы экспортировать их затем даже в самые отдаленные южные страны". [7]
[7] К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XII, ч. II, стр. 240.
Постыдная торговля неграми подробно описана
В штате Виргиния в 1831 году происходило восстание под руководством раба Ната Тэрнера, воодушевленного идеей освобождения своего народа. В течение шести недель шли бои между восставшими неграми и правительственными войсками. Повстанцы потерпели поражение лишь после того, как плантаторы призвали на помощь войска федерального правительства.
Боевые эпизоды освободительной борьбы негритянского народа не были отражены Хильдретом в его романе. Увлеченный пропагандой аболиционистских идей, Хильдрет не понимал, что рабство можно уничтожить только путем революционных действий народных масс.
Правда, герой Хильдрета раб-мулат Арчи Мур, страдает не только за себя, но и за своих товарищей по рабству; он отвергает христианскую мораль послушания и не покоряется плантаторскому произволу. Но это герой-индивидуалист. Он далек от мысли объединить вокруг себя и поднять на борьбу других невольников. Свой личный протест против рабства он облекает в форму абстрактных рассуждений о правах человека. Арчи Мур стремится облегчить свою участь и вырваться на свободу собственными усилиями. Этого ему удается достигнуть лишь благодаря счастливому стечению обстоятельств. Но утопические мечты героя о возможности уничтожения бесправия негров мирными средствами терпят крах. После двадцати лет скитаний он возвращается в родные края и убеждается в том, что тирания рабовладельцев стала еще более нестерпимой. Вместе с тем в описании буржуазного благополучия Мура сказывается несомненная ограниченность Хильдрета как мыслителя и художника. Слишком легко достигает Мур осуществления своих надежд и чаяний.
Помимо раба-мулата, или, как называет его автор, "белого раба", в романе действует и настоящий "черный раб" - негр Томас. Томас совсем не похож на смиренного дядю Тома из книги Бичер-Стоу. Хильдрет на примере Томаса убедительно рисует процесс пробуждения сознания, процесс духовного роста раба, освобождающегося от двойного ига: плантаторов и церковников. Церковники-методисты проповедовали беспрекословное повиновение, терпение и покорность судьбе. Тем не менее, глубоко религиозный Томас вырывается из тенет этих гнусных проповедей. После того как умерла его жена, он пережил душевный кризис, бежал из неволи и стал грозным мстителем. В Томасе живет неистребимое чувство ненависти к поработителям, и он в течение двадцати лет во главе небольшого отряда беглых рабов упорно борется с плантаторами.
В конце романа Хильдрет сталкивает судьбы двух своих героев. Когда-то они оба вырвались на свободу, убежав от жестокого плантатора, но по-разному сложилась их жизнь: Томас, защищая личную свободу и свободу своих собратьев-негров, смело боролся с ненавистными ему рабовладельцами, Мур все эти годы жил вдали от родного края.
Когда пойманного Томаса возводят на костер, он, презирая рабскую покорность, бросает гордый вызов палачам негритянского народа:
"Делайте, что вам угодно… Убейте меня или помилуйте - мне это безразлично. Лучшие годы моей жизни я провел в рабстве. Мою жену на моих глазах засекли насмерть. Когда я вырвался на свободу, вы стали травить меня собаками, стреляли в меня из ваших карабинов, назначили цену за мою голову. Но я достаточно долго издевался над вами и платил вам вашей же монетой… Лучше умереть сейчас, когда у меня еще достаточно сил и смелости, чтобы бросить вам в лицо все мое презрение…"