Белое крыло
Шрифт:
Юрий не груб и не резок, как тренер парусной секции, выдающий свою грубость за требовательность: "Отставить! Баба, так думаешь и узлы можно вязать бабьи! Распашонки да пеленки вам стирать, а не парусами заниматься!"
Юрию чужды вечные жалобы и нытье мнительного Игоря Хромцова, соседа Людмилы по квартире. Вероятно, полжизни Хромцов проводит в клиниках и поликлиниках, поминутно глотает какие-то таблетки и кричит: "Закройте форточку, пожалуйста. Сквозняк! Нет, нет, мне это противопоказано. Почки, потом расстройство. Нервы, давление
Не был Юрий и говорлив, как Клавдий Малыгин.
"Приветствую несравненную и прекрасную внучку Нептуна! О Людмила! Ходят зловещие слухи, что в вашем волшебном чемодане скрывается батон из семидесятидвухпроцентной муки и полкило докторской колбасы. Я хотя отношения к медицине не имею, но больше жизни люблю докторскую колбасу. Все равно вам недолго осталось скрывать вашу страшную тайну. Уверяю, только до прихода нашего капитана. Могу на короткий рейс уступить свое место на "Звезде". Сегодня мое место как раз в кокпите, поблизости от капитана. Я думаю, что и капитан и пассажирка, виноват, матрос Людмила восхитятся моим самопожертвованием. Ах, у вас не докторская, а чайная. Представьте, я всегда покупаю именно чайную. Еще великий Птахин... А вот и он сам, заслуженный артист без публики! Благодарите Клавдия Малыгина, Дионисий! Вам уготовано сто граммов чайной колбасы! Великое благодарение, Людочка! Ваше место в кокпите! На полчаса!"
"Нет, Юрий не такой, как все эти парни! Но ведь есть же и у него какие-то недостатки?.." Людмила снова незаметно посмотрела на Юрия и тут же отвергла свое мимолетное сомнение. Нет, для нее их нет! Она его любит, она счастлива и для него готова на все!
Было бы сейчас лето, они вскочили бы на яхту, подняли парус и вдвоем, только вдвоем, ушли бы в далекие-далекие просторы, где пиратствует ветер, поднялись в мятеже волны, ливнями угрожают тяжелые тучи. Но властвовать во всем этом мире стихий все равно будут только они - Юрий, Людмила и парус.
Она прищурила глаза и живо представила картину бунтующей реки и гордого паруса над гребнями волн.
Ее мысли прервала Ольга Андреевна:
– Юрочка, Люда, что это вы приумолкли? Давайте пить кофе!
Людмила словно очнулась от полусна. Не было ни реки, ни ветра, ни паруса. Юрий искал в альбоме фотографию, которую давно обещал показать Людмиле. Ольга Андреевна расставляла на столе посуду. Бабушка Татьяна Петровна вернулась с кухни и приветливо поздоровалась с Людмилой за руку.
Мягкий и ровный свет трехтюльпанной люстры, казалось, звучал, как тихая музыка, и успокаивал.
– Люда, вы садитесь на диван, у бабушки любимое место здесь, а Юра здесь, - распределяла Ольга Андреевна.
Татьяна Петровна подала поджаренный в молоке белый хлеб и пояснила:
– К кофе мы всегда готовим гренки.
– Это бабушка для меня делает, - сказал Юрий.
– Я гренки очень люблю, и бабушка их замечательно, по-особому готовит. Люда, попробуй! Бабушка тебя научит жарить
– Чтобы Люда тебе потом готовила?
– улыбнулась Ольга Андреевна.
Людмила, поняв намек, смутилась. Юрий тоже улыбнулся и сказал:
– Все может быть.
– Да, я тебе не сказала. К майским праздникам мы переедем на новую квартиру. Отдельная, две комнаты, в этом же доме. Как и обещали. Теперь уже точно, даже номер квартиры сообщили. Двенадцатый.
– Значит, у нас будет тройной праздник!
– воскликнул о восторгом Юрий.
– Какой же третий?
– спросила лукаво, но и с некоторой тревогой Ольга Андреевна.
– Первомай, новоселье, а еще?..
– Первого мая я надеюсь спустить на воду "Диану"!
– Ну, это другое дело, - сказала бабушка и вздохнула.
– Успеешь?
– спросила Ольга Андреевна.
Этот вопрос беспокоил и самого Юрия. Не хватало еще многих материалов для такелажа и вооружения яхты. И времени было в обрез, а впереди - экзамены в институте.
– Дела еще много, - сказал он.
– Но должны успеть, у нас же график. Эх, а уж когда спустим "Диану", какой это будет день!
– Все-таки ты решил яхту назвать "Дианой"?
– Да, так решили. "Любушка" - это наше, семейное, а ведь яхта будет принадлежать обществу "Водник", да и кроме меня, на яхте еще два члена команды. Пусть "Любушкой" останется дедушкина модель. А название "Диана" ведь тоже связано с "Любушкой". Потом еще неизвестно, как себя покажет яхта, хотя я в ней почти уверен. Но все-таки опыт первый...
– Ты прав, - согласилась Ольга Андреевна.
– О "Любушке" ведь никто не знает. А вы, Люда, видели "Диану"?
– Видела, - кивнула головой Людмила и улыбнулась Ольге Андреевне.
– Я уже дважды была на судоверфи. "Диана" очень хороша, а когда ее покрасят, когда она будет под парусом на воде - это чудо! В самом деле, Ольга Андреевна, это совсем не комплимент Юре.
– Я очень рада и верю вам, - сказала Ольга Андреевна.
– Дай бог, - промолвила Татьяна Петровна.
– Увидел бы Андрей Фомич, тоже порадовался бы. Я ведь его в молодости знала. Золотые руки...
– Люда, давайте, я еще вам налью кофе, - сказала Ольга Андреевна.
– Я слышала, вы тоже увлекаетесь парусным спортом! Получается?
– Яхтсмен я еще плохой, начинающий. А по плаванию у меня разряд и по прыжкам в воду...
– Вы прыгаете с вышки?
– изумилась Ольга Андреевна.
– И не боитесь?..
– Нет, это даже интересно. Высота ведь набирается постепенно, привыкаешь. Я очень люблю прыгать.
– Отчаянная!
– не зная, восхищаться или осуждать девушку, сказала Ольга Андреевна.
– Я тоже хорошо плаваю, а высоты страх боюсь. Не самолетной, а вот все эти балконы, вышки, высотные здания. Со страхом смотрю, как совсем молоденькие девушки по стенам на стройках бегают. Бесстрашные!