Белое и черное
Шрифт:
— То есть ты хочешь сказать, что утечка вара подстроена?
— Ну дыра в печи — это, возможно, и случайность. То, что именно эта часть печи оказалась как раз над отверстием мусоросборника — это тоже может быть случайностью. Но вот чтобы как раз под тем местом, откуда льется вар, валялся труп — тут в случайность не очень-то верится. А впрочем…
Он бросил взгляд на Киндаити Коскэ и ухмыльнулся, сверкнув белыми зубами.
— А впрочем, мы недавно с господином Киндаити вместе одно дело вели, так что не исключено, что у меня после этого фантазия чрезмерно
Симура носит прозвище «мартышка», но не потому, что внешностью походит на обезьяну. Просто он невысокого роста, ловок и расторопен, с живой смышленой физиономией.
— Ямакава-кун, жертва опознана?
— Ну на этот счет кое-какие соображения есть. Куртка, узор на юбке, туфли с бляшками — это все приметное.
— И кто она?
— Катагири Цунэко. Хозяйка ателье «Одуванчик», расположенного в торговых рядах по соседству.
— Кто сообщил?
— Нам так сразу сказала та женщина, знакомая Киндаити-сэнсэя.
— А потому, господин старший инспектор, это не какое-нибудь случайное или заурядное убийство, раз уж в него с самого начала Киндаити-сэнсэй вмешался, — заржал Симура, демонстрируя свои белые зубы.
Оставив его замечание без внимания, Тодороку снова заглянул в мусоросборник.
Как мы уже сказали, это был контейнер высотой в метр и примерно тех же размеров в глубину и по ширине, внутри него чернела груда вара.
Она имела форму перевернутой воронки, вздымающейся из контейнера, а ее верхняя часть чем-то напоминала торчащую ногу. Вар затвердел еще не полностью, он чернел и бугрился, словно холодное зимнее небо.
Из-под этой груды виднелись стройные, ладные ножки в нейлоновых чулках. Точнее, их нижняя часть, от колен.
Сунув голову в контейнер, Тодороку принялся разглядывать уходящий вверх мусоропровод.
Вся внутренняя часть трубы забита потоком черного вара. Из верхнего отверстия свисает черная сосулька.
— Ямакава-кун, а что эксперт? — спросил Тодороку, вытащив голову из контейнера, но тут же почувствовал нелепость своего вопроса. Труп был отнюдь не в том состоянии, чтобы к нему мог подступиться эксперт.
— Приходил Хосина-сэнсэй, увидел, что здесь творится, страшно рассердился и ушел. Сказал, тут первым делом надо труп откапывать.
Инспектор Ямакава сдержанно усмехнулся:
— Господин старший инспектор, позвольте представить. Это господин Саяма, начальник строительных работ, а это бригадир Фудзино, он отвечает за покраску крыши.
Подряд на возведение жилого массива Хинодэ получила крупная фирма Такаянаги-куми, Киндаити часто случалось видеть это название на щитах многочисленных строительных объектов. Саяма Минору протянул Тодороку свою визитку:
— Даа, хорошенькое дельце! Я с нашими ребятами пообщался, так они говорят, не могла такая чепуха случиться, глупости это.
— Чепуха? Это вы о чем?
— Понимаете, они же вчера вечером оборудование на крышу подняли и установили, чтобы сегодня можно было работать, так вот Фудзино-кун говорит, что он все проверял, и в печи не было никакой дыры.
— Да я
Стоявшие у него за спиной перемазанные варом рабочие подтвердили слова бригадира. Все были озадачены.
— Господин старший инспектор! — позволил себе вмешаться Киндаити Коскэ. — Может, на крышу сходить? Надо бы взглянуть на эту пресловутую печь.
— Киндаити-сэнсэй! Вы что, хотите на крышу подняться?
— Но только после вас.
— А-а… Ну тогда…
— Я проведу, — вызвался Саяма. — Фудзино-кун, и ты тоже с нами давай.
— Что же, тогда и мне стоит воспользоваться случаем. — Ямакава двинулся первым.
Они вошли в корпус через второй слева подъезд. Корпус 20 был уже почти готов, оставалось установить в квартирах внутренние перегородки да навесить входные двери.
Поднялись наверх, внимательно огляделись. Варом было покрыто не более одной пятой поверхности. Из-за угла выглядывала стрела подъемного крана, на крыше валялось штук двадцать железных баков, перемазанных черным.
Печь, о которой шла речь, была установлена прямо над вторым мусоропроводом. Трое мужчин изучали ее внутренность. Один из них оглянулся.
— О, господин старший инспектор! Киндаити-сэнсэй!
Это сыщик Араи, он примчался сюда из полицейского управления Токио чуть раньше Тодороку.
— Дыра — результат не случайного повреждения, ее специально просверлили, это абсолютно точно.
— Ну-ка, ну-ка…
В нижней части печи располагалась цилиндрическая горловина для дров или угля, топить можно было и тем, и другим. Выше печь имела форму наклонной воронки, причем угол наклона можно было регулировать рычагом.
На внутренние стены печи налип черный вар, а в днище виднелась дыра в форме неровного круга. Совершенно очевидно, что она не могла образоваться от случайного удара, это отверстие было специально сделано инструментом, вероятно острым сверлом.
— Действительно все так, как Фудзино говорит! — воскликнул начальник строительства Саяма, утирая со лба пот.
Киндаити Коскэ заглянул в отверстие мусоросборника под днищем печи. Круглая труба шла вертикально вниз до первого этажа, внутри чернел застывший поток вара.
— Фудзино-кун! Ты говорил, вы вчера вечером эту печь здесь поставили?
Тодороку оглянулся на молодого бригадира, и тот, слегка смущаясь, пустился в объяснения.
— Вообще-то, если честно, мы этот участок тоже за вчерашний день собирались сделать, но из-за дождя пришлось отложить. Мы просто к вечеру, когда дождь поменьше стал, все сюда с крыши девятнадцатого корпуса перетащили.