Белее снега, слаще сахара...
Шрифт:
– Вообще-то, я приказал никого не впускать, - ответил король. – И буду благодарен вам обеим, если вы будете подчиняться моим приказам.
Блондинка попятилась, кланяясь на ходу, но принцесса и глазом не моргнула.
– Ты какой-то нервный, - сказала она, опять посмотрев на меня. – Так что это за девушка? Это ее ты приказал арестовать? За что?..
Король хотел ответить, и вряд ли принцесса услышала что-то приятное и по делу, но я опередила, схватившись за единственный выпавший мне шанс.
– Позвольте представиться, - сказала я и даже умудрилась
– Какая жалость, что его величество не любит сладостей, - хихикнула блондинка, но под строгим взглядом принцессы сразу приняла серьезный вид.
Потом принцесса кивнула мне и сказала, сочувственно улыбнувшись:
– Это верно, барышня Цауберин. Мой брат не любит сладостей. Просто терпеть их не может. Так что вряд ли его заинтересуют ваши услуги.
В свете того, что только что произошло в этой комнате, слова принцессы прозвучали очень двусмысленно. Мы с королем переглянулись украдкой, и я опять опередила его, собиравшегося заговорить.
– Но на свадьбе будут гости, - сказала я смело, уже совсем придя в себя, - невеста, ее родственники, и вы, ваше высочество. Если пожелаете, я приготовлю для вас лучшие сладости в этом городе. Или вы тоже не любите конфет и пирожных?
– Люблю, вы правы, - ответила принцесса и засмеялась. – Особенно заварные!
– О! – запела ей в голос блондинка. – Ведь и правда! На свадьбе будут гости! Что касается меня, то я больше всего люблю персики в сиропе…
Принцесса вдруг шагнула ко мне и точно так же, как брат, приблизила свое лицо к моему – но с другой целью, и на том спасибо!
– От вас пахнет корицей, барышня Цауберин, - сказала принцесса, смешливо щуря глаза. – И вы сами как палочка корицы. Такая же смуглая!
Король еле слышно хмыкнул.
– Думаю, ваше предложение может нас заинтересовать, - принцесса подошла к брату и взяла его под руку. – Можете принести образцы, наш повар все попробует, и потом мы сообщим о своем решении.
– Благодарю, ваше высочество! – я снова поклонилась. – Вы очень добры! Разрешите мне удалиться? Не смею мешать… - я отступала к двери, и король все больше мрачнел.
– Конечно, вы свободны, барышня Цауберин, - любезно сказала принцесса и прыснула, совсем как мы с Филиппом, когда посмеивались над невестами короля. – Она ведь свободна, братец?
Но король не услышал ее, пристально и тяжело глядя на меня, а я гадала – удастся ли мне уйти, или мстительность возьмет верх над благоразумием.
– Гензель! – ласково окликнула принцесса брата, и он словно очнулся и повернулся к ней. – Клерхен предлагает прогулку по городу, - принцесса крепко держала короля за локоть. – Что думаешь об этом? После завтрака сядем в сани и прокатимся…
Она увлекла брата к окну, а я выскочила за дверь,
Я бросилась бежать, хотя меня никто не преследовал. И почти сразу же заплутала в хитросплетении лестниц, коридоров и галерей. Каким-то чудом мне удалось добраться до выхода, и я с облегчением вздохнула, оказавшись во дворе, где слуги разгружали сани королевского обоза.
Присматривала за всем этим статная дама – в теплом плаще с опушкой из серого крапчатого меха. Она покрикивала на слуг, которые действовали недостаточно расторопно или аккуратно, а следом за ней семенили пять служанок. Одна держала корзину, другая зеркальце, третья – грифельную доску и карандашик, еще две расправляли полы плаща, когда дама меняла позу или переходила на другое место. Я хотела незаметно прошмыгнуть мимо, когда дама оглянулась на меня через плечо. Глаза у нее были большие и светлые, и чем-то напомнили мне глаза блондинки, сопровождавшей принцессу. Взгляд скользнул по мне равнодушно, дама отвернулась, но тут же снова посмотрела на меня, резко дернув головой. Посмотрела сначала удивленно, а потом с ужасом и рухнула, как подкошенная.
– Госпожа! Госпоже Диблюмен плохо! – завопили служанки и захлопотали над упавшей дамой, доставая нюхательные соли и требуя воды.
Я застыла, не зная – надо ли мне поспешить на помощь или лучше сбежать поскорее.
Но дама уже пришла в себя и вяло отмахнулась, когда ей под нос сунули флакончик с ароматической солью.
– Помогите мне подняться, бездельницы, - приказала она, и служанки подхватили ее под руки и спину, помогая встать. – Все в порядке, - объявила дама, - немного закружилась голова.
«Сегодня голова кружится не только у вас, дорогая госпожа», - ответила я ей мысленно и припустила по навесному мосту, а потом и по улицам Арнема.
3.
От королевского замка до кондитерской лавки я пробежала на одном дыхании. Навстречу мне попадались кое-кто из знакомых, им страшно хотелось меня порасспросить, судя по любопытным лицам, но я не останавливалась и не отвечала, когда окликали.
Ворвавшись в лавку, я промчалась мимо удивленного и испуганного мастера Лампрехта, взлетела по ступеням на второй этаж, где была моя комната, вытащила из сундука дорожную сумку и принялась лихорадочно засовывать туда вещи, которые попадались под руку – чепец, платье, теплые чулки…
Мастер Лампрехт поднялся следом за мной, постучал в дверь, не дождался ответа и осторожно заглянул.
– Мейери,- робко позвал он. – Что случилось? Все только и говорят, что тебя арестовали…
– Простое недоразумение, - отрезала я, продолжая метаться по комнате.
– Госпожа Любелин сказала, что ты пыталась навести порчу на короля…
– Глупости!
– А что ты делаешь… - тут мастер все понял и ворвался в комнату, уперев руки в бока.
– Куда это ты собираешься?! – завопил он. – Это что значит?!