Бегущий За Ветром

Белозеров Антон

— Мой отец — его зовут Кварнар — охотник. Этим ремеслом он начал заниматься с самого детства. В молодости он на много недель уходил в лес и всегда возвращался с хорошей добычей. Но однажды он пропал на три года. Все считали, что он погиб… — Наринда выдержала паузу. — …Но он вернулся в Шанзак и принес с собой годовалую девочку — меня, свою дочь.

Странник снова кивнул, как будто рассказ девушки подтверждал его собственные предположения.

— Отец никому в подробностях не рассказывал о том, где и как провел три года. Он сказал только, что чудесным образом попал в волшебную страну и там познакомился

с моей мамой. У них родилась я, но после родов моя мама заболела и умерла. Тогда отец вернулся к людям.

— Почему он не остался в волшебной стране? — спросил юноша.

Наринда опустила голову:

— На этот вопрос отец не ответил даже мне. По некоторым его оговоркам я догадалась, что родственники моей мамы посчитали его отчасти виновным в ее смерти. Боюсь, нас просто выгнали.

— Ты не должна винить себя ни в смерти матери, ни в том, что у твоего отца начались неприятности.

— Да, наверное… Но мамы мне всю жизнь не хватает, — у Наринды на глаза навернулись слезы.

— Насколько я понимаю, твоя мама была не просто человеком? — мягко произнес юноша, стремясь отвлечь девушку от печальных мыслей.

— Да. Все жители волшебной страны могут творить чудеса. Перед тем, как умереть, моя мама наложила на меня необыкновенное заклятие. Наверное, она понимала, что отцу придется унести меня из волшебной страны и хотела защитить меня в мире людей. Но это заклятие стало для меня почти проклятием.

— Нехорошо говорить так о подарке матери, — сказал странник.

— Конечно, конечно! — спохватилась Наринда. — Я хотела сказать совсем другое. Наложенное на меня заклятие слишком отличает меня от обычных людей…

— А люди не любят тех, кто от них отличается, — продолжил юноша. — К сожалению, это одна из самых неприятных черт человеческой расы.

Девушка с интересом посмотрела на молодого путешественника:

— Ты тоже это испытывал, правда?

— У меня в жизни всякое бывало, — уклончиво ответил странник. — Но ты не сказала, в чем заключается заклятие?

По щекам Наринды разлилась краска смущения. Тихо, едва шевеля губами, она пролепетала:

— Меня охраняют единороги.

Если странник и был удивлен, то внешне это никак не проявилось.

Девушка подумала, что юноша ей не поверил, и заговорила быстрее, стремясь поточнее объяснить:

— Мои слова могут показаться тебе бредом сумасшедшей, но спроси у любого жителя Шанзака, и он подтвердит, что я говорю правду. Единороги не находятся возле меня постоянно. Они появляются только тогда, когда мне грозит физическая опасность… Или когда кто-то пытается меня… соблазнить…

Наринды очень мило застеснялась и запнулась. Молодой путешественник, похоже, в этом путаном объяснении нашел более глубокий смысл, чем вкладывала сама девушка.

— Насколько я мог видеть и слышать, единороги не защищают тебя от оскорблений и унижений.

— Увы, это так. Они появляются помимо моего желания. Иногда даже против моего желания. Единорогов волнует лишь прямая и непосредственная угроза моему телу. Состояние моей души их совершенно не интересует.

— Сколько единорогов тебя охраняет?

— Не знаю. О том, что у меня есть охранники, я узнала совершенно случайно. Когда мне было десять лет, выдалась очень холодная зима. Волки по ночам выходили из лесов и бродили

по улицам города. Однажды я задержалась в гостях у подружки, поздно собралась домой и на безлюдной улице повстречалась с волками. Я закричала. Но, прежде чем люди пришли ко мне на помощь, появились пять единорогов. Они затоптали волков и пронзили их своими рогами. Я испугалась единорогов еще больше, чем волков. Но единороги, покончив с волками, просто растаяли в воздухе. Это видела не только я, но и другие люди. Следы единорогов хорошо отпечатались на снегу. Они появились ниоткуда и ушли в никуда. Тогда-то отец и рассказал мне о защитном заклятии, которое наложила на меня моя мама. Он сам до того случая не знал, в чем оно заключалось.

— Может быть, это было простым совпадением?

— Нет. В ту зиму погибло много детей. Но единороги пришли на помощь только ко мне. Второй раз они появились летом, когда мне было одиннадцать. Вернее, появился всего один единорог. Я упала в Ральду, и, хотя умела плавать, от неожиданности наглоталась воды. Люди побежали к реке, чтобы вытащить меня, но тут появился единорог, подцепил меня своим рогом и вынес на берег. Потом он бесследно исчез.

— Два случая — это уже система.

— Был еще и третий… — Наринда снова густо покраснела.

— Насколько я понимаю, он был связан с попыткой тебя… соблазнить. Если не хочешь, можешь не рассказывать.

Девушка обречено вздохнула:

— Это и так всем известно! Если бы ты заговорил не со мной, а с кем-нибудь из горожан, он бы выложил тебе мою историю с надуманными подробностями и преувеличениями. Ведь я — что-то вроде местной достопримечательности… Лучше я все расскажу сама. Короче, дело было так. Год назад один молодой купец, выпив слишком много вина за ужином, начал приставать ко мне, когда я готовила ему спальню… Я отказала, но он попытался добиться меня силой. Он еще ничего не успел сделать, когда появился единорог… В общем, единорог убил купца и исчез.

— В убийстве могли обвинить тебя!

— Единорог был так велик, что разломал стены комнаты и почти продавил пол. В трактире пришлось делать ремонт, а с родственниками купца разбирался сам граф Гальтранский. К счастью, граф рассудил справедливо, и признал меня невиновной. Но все равно, нам пришлось заплатить за смерть купца большой выкуп. Матушка была очень недовольна…

— Матушка?

— Да. Разве я не сказала? Когда отец принес меня к людям, ему нужен был кто-то, кто ухаживал бы за маленькой девочкой, пока он уходил на охоту. Поэтому отец женился на дочери трактирщика. Когда трактирщик умер, все хозяйство перешло к моей мачехе. Ты не думай, она не всегда была такой сердитой и придирчивой. Просто ей приходится иметь дело со многими людьми, и не все из них честны и порядочны. Вот ее душа и огрубела…

— Да уж, огрубела. Теперь я понял, почему она так обрадовалась, когда я проявил к тебе интерес. Она рассчитывала, что я разделю судьбу того купца, а мои деньги достанутся твоей мачехе.

Глаза девушки округлились от ужаса:

— Неужели она на такое способна?!

— Алчность толкает людей и не на такие поступки. Кстати, где сейчас твой отец? На охоте?

— Нет. Он ушел в Наркир. Это город на севере, где герцог Кранцер собирает добровольцев для похода на другую сторону нашего мира.