Банк

Блидин Дэвид

— О Боже, Лулу, ты обязана нам рассказать! — заржал Стар.

— Терпение, малыш, — засияла Лулу, потирая ладони. — Сперва мне нужен сочный кусочек для затравки и разминки челюстей.

Мы трое переглянулись и пожали плечами. Пессимист наклонился к уху Лулу. Я не мог разобрать его шепот, но, мне показалось, различил произнесенные чуть громче имена Блудного Сына и Воплощенного Секса.

— Ты уверен, что это стоит рассказывать? — не выдержал я.

Пессимист зло отмахнулся. Лулу внимательно слушала, медленно кивая. Когда Пессимист закончил, она поджала губы, рассеянно

промокая лоб мокрым от соплей платочком. Я вручил ей чистую салфетку.

— Спасибо, мой поросеночек.

Резко выдохнув, она сказала:

— Это и впрямь нечто. Майн готт, такого я никак не ожидала. Ведь она помолвлена, верите ли, с русским.

Фрау Хейфеншлифен наморщила лоб, словно переваривая новую информацию.

— Но он совсем еще молодой мальчик! Она с ума сошла, да, поросятки? — И раздраженно засопела.

Пессимист незаметно мне подмигнул: Лулу тоже считает их связь ошибкой. У нас появилось независимое суждение третьей стороны в поддержку решения добиться увольнения Блудного Сына.

— Русский будет на новогодней вечеринке. Эта — как вы ее называете, Воплощенный Секс? — говорила, что придет с женихом. Именно так и сказала. Кстати, о вечеринке…

Лулу вынула из сумки стопку вощеных конвертов и раздала нам по одному. На лицевой стороне приглашения покачивались пальмовые листья.

***

Вы и ваш гость приглашаетесь на торжественный вечер Банка по случаю празднования Нового года.

Отель «Шератон», 14 декабря, начало в 20 часов.

Будут поданы напитки и закуски.

Просьба подтвердить присутствие не позднее 20 ноября.

Тема вечеринки: гавайский праздник на открытом воздухе!!!

Не забудьте цветастые рубашки или юбки из травы!

— Гавайская тема? Лулу, как ты могла? — упрекнул Пессимист.

Лулу пожала плечами:

— Да ладно тебе. Будет весело. Гирлянды цветов, кокосы, пластиковые пальмы. Утонем в киче, поросятки.

На ежегодной вечеринке, о которой заговорил Пессимист, скучать не приходилось: бесплатный бар, приличный фуршет и возможность полюбоваться, как Сикофант выставляет себя идиотом, выделываясь на танцплощадке. Поскольку единение различных слоев банковской иерархии имеет определенные пределы — Жаба берет на себя роль дуэньи, а аналитики дрожат от страха выпить слишком много и выкинуть коленце на глазах начальства, — в качестве ширмы у руководства хватает мозгов приглашать представителей других подразделений: брюзгливую рухлядь из отдела операций с ценными бумагами, успевшую попраздновать еще у себя на этаже, айтишников, которые вечно заявляются либо одетыми слишком скромно, либо вырядившись в пух и прах, и гвоздь программы — сотрудников отдела обработки документации — забытые души, загнанные в цокольный этаж и занятые анализом рисков, профилированием кредитов

и бог знает чем еще. Для этого подземного народца новогодняя вечеринка — единственный шанс урвать свои пять минут славы и вообще показаться коллегам.

Незачем и говорить, на празднике они лезут из кожи вон. Стряхнув пыль с выпускных шифоновых платьев шестидесятых годов или облачившись в коричневые твидовые костюмы, сразу становятся центром всеобщего внимания и источником первоклассного развлечения: первыми занимают танцплощадку, непременно напиваются до безобразия и заблевывают все стены в туалете — один из них, видите ли, выкушал бутылку пунша, — словом, оттягиваются на все сто, прежде чем заползти обратно в свои тихие сырые каморки и прозябать в безвестности следующие триста шестьдесят четыре дня.

— Отдел обработки документации тоже приглашен? — ухмыльнулся Пессимист.

Лулу хихикнула, закрывшись ладошкой и сразу оценив инсинуацию.

— Ну конечно, малыш. Без них праздник не праздник.

— Мы снова будем все снимать на видео?

Пессимист неспроста упомянул о съемке. Одна из старых (то есть появившихся года два-три назад) традиций Банка предписывает аналитикам снимать остроумную-но-в-пределах-хорошего-тона короткометражку и демонстрировать шедевр гостям вечера.

— Да, кажется, Жаба упоминал об этом утром. Как старший аналитик, мальчик мой, ты назначаешься ответственным за съемку.

— Иисусе, — простонал Пессимист. — Можно подумать, мне своей работы мало, я должен из кожи вон лезть, пытаясь развеселить наших степфордских женушек!

Лулу не обратила внимания на его стенания, занятая остальными конвертами.

— Хорошо у вас, мои поросятки, — сказала она, вставая. — Но долг зовет.

Взявшись за края юбки, она сделала книксен и пошла к выходу, на ходу заталкивая оставшиеся конверты в сумку.

— Адье, адье.

У самой двери Лулу спохватилась:

— О, чуть не забыла. Мужские стринги с принтом под зебру. Я заметила, когда Волокита нагнулся поднять с пола бумаги.

Когда нас перестало трясти после такого сообщения, я повернулся к монитору. Прошло несколько дней после встречи с Женщиной с Шарфом в «Голубом бриллианте Ханя», и этикет позволял послать ей мейл, не показавшись чересчур навязчивым.

От: Меня@theBank.com

Кому: ЖенщинесШарфом@GoodmanWeisenthal.com

Привет, вы дали мне вашу визитку у Ханя пару дней назад. День двойных порций, помните? Хотел спросить, не желаете ли кофе сегодня днем. Или в другое время.

От: ЖенщинысШарфом@GoodmanWeisenthal.com

Кому: Мн[e-mail]

С удовольствием. Мне сейчас жизненно необходима порция кофеина. Встречаемся в «Старбаксе» через пятнадцать минут.

Я проворно настучал ответ: «Значит, в три часа».

И начал читать годовой отчет. Покосившись через плечо, я увидел, что Пессимист по-прежнему сидит спиной к столу и скребет подбородок кончиком карандаша. Неожиданно он хлопнул себя по колену и истерически захохотал.

— Джентльмены, ей-богу, я придумал!

— Что придумал?

— План, Мямлик, план!