Бандагал
Шрифт:
Зажегся свет - Торторелли, навалившись грудью на стол, обеими руками впился в рычаг.
– Помогите, плечо сильно жжет, - стонет Патрене.
– Вы ушиблись?
– заботливо спрашивает Торторелли и... застывает с раскрытым ртом.
Не в силах вымолвить ни слова, он показывает на распахнутую дверь.
– Кто мог ее открыть?
– наконец выдавливает он из себя.
Патрене и Торболи, не отвечая, в ужасе глядят на дверь.
Проходит минута, другая - никого.... Затем до них доносится пронзительный вой полицейских сирен.
– Мы спасены, спасены!
– Надо открыть входную дверь. Скорее, скорее. Не то они ее взломают.
Он помогает Патрене встать со стула и первым устремляется наверх.
На заводском дворе уже полно полицейских. Не успел Торболи толком объяснить, что случилось, как полицейские бросились обыскивать служебные помещения. Они проверили все парамагнитные элементы - ни один не поврежден; в здании пусто.
– Они успели удрать. Немедленно организуйте погоню, приказывает полицейский офицер подчиненным.
– У вас что-нибудь пропало, синьоры?
– Деньги, кажется, целы. Но точно сказать не могу, еще не успел как следует проверить, - отвечает Патрене.
– Мы их настигнем. Они не могли уйти далеко, - говорит офицер, направляясь к выходу.
– Кого именно?
– спрашивает Торболи.
– Ясное дело, туземцев, - уже в дверях отвечает офицер.
– Простите, лейтенант, но как им удалось беспрепятственно войти и выйти, не повредив парамагнитных элементов? Для этого даже специалисту понадобилось бы несколько часов. Конечно, если он не применит парочку бомб.
В голосе Торторелли звучит насмешка.
Полицейский офицер подозрительно глядит на него.
– Но ведь сигнал тревоги сработал автоматически.
– Нет, это мы дали сигнал, - отвечает Торторелли.
Офицер после секундного замешательства решительно объявляет:
– Кражи со взломом, очевидно, не было, но шаги-то вы слышали. Значит, что-то преступники наверняка украли. Не беспокойтесь. Я доложу начальству. Мы непременно отыщем виновных. Произведем обыск в резервации туземцев. Арестуем всех подозрительных.
– Довольно!
– крикнул Патрене и тут же схватился за грудь.
– Да вы не то что в полицейские, в дворники не годитесь! Туземцы все придумали? Это же курам на смех. Я сам поговорю с вашим начальством.
– Успокойтесь, коммендаторе, успокойтесь, - встревоженно говорит офицер.
– Раз они ничего не украли, то...
– Значит, по-вашему, я должен терпеть, чтобы ночью по моему заводу спокойно разгуливали бандиты? Зачем же я тогда плачу налоги? Чтобы вы спали, ели и ничего не делали?
Лейтенант попятился назад.
– Не волнуйтесь, не волнуйтесь, мы примем все меры, арестуем...
– и выскочил на заводской двор.
– Тщательно осмотрите местность, пядь за пядью, обыщите близлежащие дома, - грозно приказал он.
Патрене его даже не слушает. Он устало идет к элиспринту, за ним плетутся Торболи и Торторелли.
– Хотите подвезу?
– предлагает Патрене.
– Кстати, где ваш элиспринт, Торторелли?
– Я брал его напрокат, а теперь вернул законному владельцу. Он стоит кучу денег.
– А вы, милейший, скуповаты, -
– Зарабатываю мало. Вот когда мне повысят зарплату, я непременно куплю элиспринт. Тогда девушки будут меня безумно любить.
Патрене и Торболи обменялись многозначительным взглядом.
Торторелли пришел на службу поздно. Сонный, вялый, он спустился в бар, чтобы выпить чашечку кофе, и увидел Кьяри.
– О дорогой Торторелли, мы все наслышаны о ночном приключении. Вам не было страшно?
– Это я дал сигнал тревоги.
– В глубине души ему приятно чувствовать себя героем.
– Да, кстати, как вас зовут?
– Родителям вздумалось назвать меня Миртой. Сейчас девушку с таким именем редко встретишь.
– Нет, это очень красивое имя.
И, стараясь не выдать своего волнения, он раскланялся. В полуподвале темно, он зажигает свет, но ему что-то сегодня не работается. Он встает и отправляется к шефу. В коридоре путь ему преграждает Роза. Сделав печальное лицо, она участливо произносит:
– Как вы себя чувствуете? Приятную ночку мы пережили, нечего сказать!
Роза аккуратно вытирает слезу, стараясь не размазать тушь на ресницах.
"А Торторелли совсем неплохой человек. Не то что Торболи".
– При моем слабом сердце такие волнения просто губительны.
– Знаете, милая Роза, по-моему, это дело рук галактической банды. Тут работали профессионалы. Они ничего не украли?
– Нет, - поспешно, слишком поспешно отвечает Роза.
– А разве существуют галактические банды?
– Дорогая моя, в наш век даже банды не могут обойтись без первоклассных специалистов. Сама организация осталась прежней: главарь банды занимает какой-нибудь ответственный пост в министерстве, и до него полиции не добраться. Вы на Несе уже два десятка лет и, конечно, должны знать, что галактических бандитов называют бандагалами.
Роза в растерянности смотрит на него.
– Вы это серьезно?
– Но ведь совсем недавно известный журналист из "Галактического курьера", кажется Сантарелли, написал об этом целую серию прелюбопытных статей. Эти люди знают свое дело.
Торторелли начинает перечислять, загибая пальцы:
– В банду обычно входят киллергал, жестокий и безжалостный убийца, астроганг...
– Не может быть!
– в испуге восклицает Роза.
– Физиоганг, киберганг, - невозмутимо продолжает Торторелли.
– Словом, целая банда превосходных специалистов. И тут нечему удивляться. Представьте себе, дорогая Роза, сколько инженеров зарабатывают буквально гроши. Чаще всего бандагалы укрываются на каком-нибудь астероиде. Не исключено, однако, что они избрали своей базой какую-нибудь слаборазвитую планету, скажем, Нес. Ведь мы построили большие города, а во многих болотистых районах даже сторожевых постов нет. "Новая Италия" - крупный промышленный комплекс, и наших конкурентов не остановят никакие моральные соображения. Промышленный шпионаж - вот их главное оружие. Прибавьте к этому политические цели, и вы поймете, на что способны наши "друзья" вроде мистера Бессона.