Бал-маскарад
Шрифт:
– Это случилось вечером пятнадцатого августа прошлого года.
– Когда погиб Фуэкодзи?
– Да. В тот день тоже проходил турнир по гольфу, после него все отправились на банкет в отеле «Такахара», и мы с мужем там присутствовали. Но, – тут Хироко улыбнулась, – когда мы увидели Отори-сан, Тэцуо сказал: «Может, уйдем от греха подальше?» И мы ушли вскоре после восьми часов. Хотели вернуться домой, но наша вилла расположена рядом с тем местом, где проходили танцы О-Бон, и мы решили пойти посмотреть на танцы, тем более что там была наша Эйко-тян. Через некоторое время нам стало скучно, и мы пошли прогуляться
– Это был Фуэкодзи-сан, – предположил помощник инспектора Хибия.
– Да, но в то время я этого не знала. Только потом, увидев его фотографии в газетах и по телевизору, мы с Тэцуо поняли, что это был он.
Волнуясь, Хироко опять промокнула платком лоб.
– Рассказывайте все подробно, избавьтесь от своих переживаний.
– Я так и собираюсь, Киндаити-сэнсей, – сказала Хироко. – Вскоре после того, как мы столкнулись с пьяным, я уже говорила, что тогда не знала, что это был Фуэкодзи-сан, мы вышли на Старую дорогу, и на углу, около почты, встретились с человеком, о котором я и хотела вам рассказать.
– Мы знаем его? – Помощник инспектора Хибия всем телом подался вперед, остальные внимательно смотрели на Хироко.
– Это был не мужчина, а женщина. Вероятно, ее имя всплывало, когда Хибия-сан проводил расследование. Это была Нацуэ Фудзимура.
Хироко заметно волновалась: видимо, то, что она сейчас сказала, не совпадало с ее понятиями о чести. Пораженный Хибия уставился на Хироко, инспектор Тодороку не удержался от возгласа удивления и ближе пододвинулся к ней.
– Сакураи-сан, значит, в тот вечер Нацуэ Фудзимура была в Каруидзаве?
– Да.
– Инспектор, а кто эта Нацуэ Фудзимура?
– Киндаити-сэнсей, я прошу прощения, вы ведь о ней слышите впервые, – извинился инспектор Тодороку. – Нацуэ Фудзимура была женой Кэндзо Акуцу, который бросил ее, чтобы жениться на Тиёко Отори. Однако, – удивился он, – Сакураи-сан, откуда вы с ней знакомы?
– Нацуэ сейчас работает корреспондентом женского журнала мод «Собиэн». А я одеваюсь в магазине женской одежды «Ронмо» на Гиндзе. Там я иногда и встречала Нацуэ Фудзимура. Мне рассказали, что она раньше была женой Кэндзо Акуцу.
– Значит, в тот вечер вы встретились с Нацуэ Фудзимура в Каруидзаве? И о чем вы с ней говорили?
Помощник инспектора Хибия, казалось, совсем лишился дара речи, и вместо него вопросы стал задавать инспектор Тодороку. Получается, что следствию было неизвестно, что в тот вечер Нацуэ Фудзимура была в Каруидзаве, это был большой минус не только Хибия, но и самому инспектору Тодороку.
– Мы не говорили. – Хироко нервно мяла в руках платок. – Я хотела окликнуть ее, но у нее было такое напряженное и сосредоточенное лицо, что я не решилась. Мне показалось, что она за кем-то наблюдает или следит. Во всяком случае, она так себя вела. Поэтому я так ее и не окликнула. И мужу ничего не сказала. Я думаю, что она меня не заметила, мы иногда потом встречались в магазине на Гиндзе, но она вела себя совершенно естественно.
– Значит, вы сказали, что
– Тодороку-сан, Хибия-сан хорошо знает это место. Там в любое время суток всегда много народа. И она пронеслась мимо меня, было бы преувеличением сказать – как ветер, но чуть ли не бегом, она напряженно вглядывалась, искала кого-то глазами… Я без всякого умысла стала смотреть ей вслед. Она дошла до кафе «Мимоза», остановилась, посмотрела на вывеску и затем прошла дальше, там поблизости книжный магазин. Взяла с уличного лотка какой-то журнал и делала вид, что листает его, но все время посматривала в сторону кафе «Мимоза». Потом мы с Тэцуо пошли по Старой дороге, я потеряла ее из вида. Вот и все.
У сыщиков не вызвало сомнения, что Хироко действительно рассказала все, что ей известно, а ее переживания и сомнения связаны с тем, что выражение лица Нацуэ Фудзимура и ее действия выглядели очень странно.
Тут заговорил инспектор Тодороку. Видно было, как он расстроен.
– Ямасита-кун, не упрекайте Хибия-кун. За то, что мы этого не знали, нести ответственность должен я. Когда после смерти Фуэкодзи в прошлом году в Токио приезжал Кондо, он консультировался со мной. Мы тогда проверили всех лиц, которые могли иметь отношение к Тиёко Отори, и Нацуэ Фудзимура входила в их число, но Кондо не смог ее найти. Несомненно, это была моя ошибка – не проверить, где она могла быть. А она в тот вечер, оказывается, была в Каруидзаве…
Глядя на совершенно подавленного инспектора Тодороку, помощник инспектора Хибия, казалось, совсем потерял уверенность в себе и в растерянности опустил плечи. Это сообщение, очевидно, явилось тяжелым ударом для всей следственной группы.
– Кстати, Сакураи-сан, – инспектор Тодороку еще ближе придвинулся к ней, – эта женщина так и не зашла в кафе «Мимоза»?
– Насколько я видела, нет.
– Тогда ничего не поделаешь. Если бы она зашла в кафе, то, наверное, ее имя бы всплыло в результате проведенных Хибия-кун следственных мероприятий, но коль скоро она ждала снаружи… Сакураи-сан!
– Я вас слушаю.
– В тот вечер вы не знали, что пьяный мужчина, который вошел в кафе «Мимоза», был Фуэкодзи. Но на следующий день, когда вы об этом узнали, не подумалось ли вам, что Нацуэ Фудзимура следила именно за ним?
– Да, но боялась об этом сказать.
– Одним словом, у вас создалось впечатление, что Фудзимура, находясь около книжного магазина, наблюдала за кафе «Мимоза», ожидая выхода Фуэкодзи, чтобы затем следить за ним дальше или вступить в контакт…
– Судя по всему, Фудзимура ждала выхода Фуэкодзи, чтобы, как мне кажется, следить за ним дальше.
– Значит, эта женщина может иметь какое-то отношение к смерти Фуэкодзи?
– Не стану этого утверждать. – Хироко вздрогнула. – Но думаю, что она что-то о том случае знает…
Все вновь напряженно задумались. Не была ли Нацуэ Фудзимура той женщиной, с которой Фуэкодзи имел интимные отношения перед тем, как прыгнуть в воду? Похоже, что эта мысль возникла у всех присутствующих.
– Тодороку-кун, были ли Фуэкодзи и Фудзимура знакомы друг с другом?
– Мы не располагаем об этом никакой информацией. Если бы была хоть какая-нибудь зацепка, мы бы более тщательно проверили, где могла находиться Фудзимура в тот вечер.