Бал-маскарад
Шрифт:
В этой обстановке Мисао Хигути чувствовала себя как рыба в воде. Она была настолько занята, как будто праздник О-Бон и Новый год случились в один день. Для нее, которая от скуки в мыслях совершала по одному убийству в день, более радостное событие трудно было себе представить: «Могла ли я подумать, что рядом с моим домом, более того, в доме, который принадлежит мне, живет убийца? Это потрясающе!» Она с присущим ей красноречием рассказывала всем о своем соседе. Если послушать ее, то Синдзи Цумура был убийцей и жертвой в одном лице.
В ее доме непрерывно раздавались звонки;
К вечеру даже такая энергичная женщина, как Мисао Хигути, почувствовала усталость, потому что в предыдущую ночь она почти не сомкнула глаз из-за того, что полиция приступила к раскопке оползня около бунгало Синдзи Цумура. Как владелица дома она имела право присутствовать при этом, а также проконтролировать, чтобы ее дому не был нанесен ущерб.
Она постоянно приставала к рабочим с вопросами, на которые не получала ответов (вероятно, сами рабочие не знали, зачем они здесь копают), но, подгоняемая любопытством, Хигути каждый час бегала туда, чтобы посмотреть, как продвигается работа, и, вернувшись, не забывала снова и снова припугнуть Нацуэ Фудзимура.
У Мисао Хигути была в руках важная козырная карта, она могла наслаждаться чувством превосходства как в разговорах с ненавистными ей полицейскими, так и с незадачливыми репортерами. Именно поэтому она была так увлечена и даже опьянена происшедшими событиями.
– Послушай, Нацуэ-тян, если у них так пойдет, то к утру они отроют пещеру. Интересно, что они там обнаружат? Может, ты мне скажешь? Давай уж начистоту.
У Мисао от нервного напряжения в очередной раз полопались сосудики в глазу, и ее вид стал еще более устрашающим: нет ничего удивительного, что Нацуэ Фудзимура просто тряслась от страха.
– Вчера вечером ты со второго этажа наблюдала за соседним домом. Что ты там видела? Судя по размерам пещеры, там можно спрятать и кое что большое. А, кажется, я поняла. Там труп, человеческий труп, который и ищет полиция. Нацуэ-тян, ты потрясающий человек! Как ты одна сумела убить двоих, Кего Маки и Синдзи Цумура, и как тебе удалось спрятать труп Синдзи Цумура в эту пещеру? Какая замечательная у меня подруга!
Слушая все это, Нацуэ Фудзимура молчала и только время от времени всхлипывала.
– Ну да ладно. Все станет ясно, как только они отроют эту пещеру. Однако вот незадача! Моя вилла стала местом громкого преступления, я боюсь, что в следующем году уже никто не возьмет ее в аренду.
Но, несмотря на меркантильные интересы, Мисао Хигути страстно желала, чтобы в пещере обнаружили труп, еще лучше – обезображенный труп, и всю ночь бегала к месту раскопок. Когда там
– Такой шум подняли! Что вы собирались найти в этой пещере? Я из-за вас не спала всю ночь!
– Извините нас, но мы сами не знали, что там может быть. Мы только выполняли приказ начальства.
– А это начальство что хотело там обнаружить? Зачем устроили такую суматоху?
– А вот начальство скоро придет, вы у него и спросите.
Вскоре действительно появилось несколько человек, похожих на начальство, последним шел мужчина довольно странного вида. Мисао вновь приняла воинственную позу и набросилась на пришедших с вопросами, заявив при этом, что она хозяйка дома и имеет право знать.
В ответ на это невзрачный коротышка, взъерошив волосы, сказал снисходительным тоном:
– Хозяйка, извините, что мы подняли такой шум. Какими бы сверхспособностями ни обладал преступник, но эту пещеру завалил вчера утром тайфун. Наша ошибка состоит в том, что позавчера вечером мы не смогли этого предположить. Так что вы уж нас простите.
«Что это за карлик пытается меня дурачить и говорит таким снисходительным тоном?» Мисао проводила его ненавидящим взглядом. В это мгновение у нее в голове, как божественное откровение, возникла мысль: «Что он хотел сказать фразой: „Какими бы сверхспособностями ни обладал преступник, но эту пещеру завалил вчера утром тайфун. Позавчера вечером мы не смогли этого предположить“? А означать это может вот что: полиция предполагала, что преступнику нужно было спрятать что-то крупное – тело Цумура! – и сделать это можно было только в пещере. Но вход в пещеру засыпал не он, это сделал тайфун. Преступник тут ни при чем».
Мисао с трудом подавила улыбку, ее лицо приняло строгое официальное выражение. «Но они не подозревают, что в доме существует тайник и о нем, кроме Цумура, знаю только я», – с наслаждением подумала она.
Мисао не спала всю ночь, но и днем она ни разу не прилегла, хотя всегда любила поспать. Она боялась, что если заснет, то ее «козырная карта» сбежит. Да и что значит сон по сравнению с фантастическим открытием, которое ее ожидает!
Когда к вечеру стало известно о покушении на Асука и было выдвинуто предположение, что стрелявшим мог быть Синдзи Цумура, а у его бунгало появился вооруженный полицейский, уверенность Мисао поколебалась.
По слухам, сейчас жизни Тадахиро Асука ничего не угрожает, однако, учитывая, что для наблюдения за бунгало был направлен вооруженный полицейский, положение должно быть серьезным. В рассуждениях Мисао Тадахиро Асука был пятым по счету мужчиной. Первых троих постигла внезапная смерть, а четвертый стрелял в пятого. Мисао даже задрожала от мысли, что ее теория «в день по одному убийству» почти буквально воплощается в жизнь.
А может статься, что женщина, которая сейчас сидит и плачет в ее доме, является сообщницей Синдзи Цумура. Ведь каждый раз, когда Нацуэ Фудзимура приезжает в Каруидзаву, здесь происходит преступление.