Бал-маскарад
Шрифт:
Киндаити и инспектор Тодороку на машине Хибия из гольф-клуба заехали в больницу. В приемной дежурил Кадзухико, который рассказал им, что Тадахиро пришел в себя и сейчас чувствует себя довольно бодро. В настоящий момент делают переливание крови, и его не следует беспокоить. Тадахиро также просил передать, что предлагает организовать штаб операции на вилле «Бандзандзо», где все могут переночевать. В этом случае он будет чувствовать себя спокойным. На это Коскэ Киндаити сделал следующее заявление:
– Передайте
Кадзухико рассказал, что Тадахиро очень обрадовался, когда ему передали слова Киндаити. Около него находятся Тиёко и Хироко. По словам Кадзухико, присутствие Тиёко было большой поддержкой для дяди.
На кадиллаке, которым управлял Кадзухико, Киндаити и инспектор Тодороку отправились на виллу «Бандзандзо», но по дороге заехали в полицейское управление и взяли с собой инспектора Ямасита.
Было 20 часов 30 минут 15 августа 1960 года.
И вот теперь полицейские и детектив Киндаити сидели в зале виллы «Бандзандзо». Туман все больше сгущался, и не чувствовалось никаких признаков, что он может рассеяться. Ведущие в зал стеклянные двери были плотно закрыты, однако туман все-таки сумел проникнуть внутрь, и все помещение было затянуто дымкой.
Пришедший вскоре помощник инспектора Хибия сообщил, что, не говоря уже о преступнике, до сих пор не обнаружены следы Акияма и Мися. Акияма, видимо, продолжает преследовать преступника, что вызывает опасения за его судьбу. Но что случилось с Мися? Нет ли какой-то связи между ней и преступником?
– Операцию в горах придется отложить до утра, – проворчал Хибия, глядя на плотную стену тумана за окном. – Разумеется, по всему городу приняты меры к немедленному аресту человека, похожего по описанию на преступника. Что касается надписи, обнаруженной в домике номер семнадцать кемпинга «Белая береза», то сейчас проводится экспертиза, и скоро будут известны ее результаты. Они будут доставлены сюда.
– А как насчет списка лиц, которые останавливались в этом домике? – спросил Киндаити.
– Над этим сейчас работаем. К счастью, у Татибана есть письмо Синдзи Цумура, поэтому, если Цумура после смерти Фуэкодзи останавливался в «Белой березе» и собственноручно сделал запись в журнале проживающих, то это скоро будет выяснено.
– Приятно слышать, – сказал Киндаити, но его настроение было далеко не из лучших. Он печально наблюдал за доской для игры в го, на которой разворачивалось сражение между двумя инспекторами полиции.
В 20 часов 45 минут раздался телефонный звонок. Это была Хироко, и она попросила к телефону Коскэ Киндаити.
– Киндаити-сэнсей, говорит Хироко Сакураи. Я в больнице. А кто сейчас вместе с вами на вилле?
– Здесь помощник инспектора Хибия, командированный из Главного управления полиции
Немного подумав, Хироко продолжала:
– Это прекрасно. Я сейчас к вам еду и прошу всех подождать меня. Мне хотелось бы, чтобы все обязательно выслушали меня.
Голос Хироко звучал спокойно и решительно. Положив трубку, Киндаити невольно глубоко вздохнул.
Глава двадцать вторая
– Киндаити-сэнсей, вам что-нибудь известно об этой зажигалке? – вместо приветствия сказала Хироко и, развернув платок, положила перед детективом зажигалку в золотом корпусе.
На корпусе была выгравирована пирамида, из чего можно было заключить, что зажигалка сделана по специальному заказу. Киндаити взял ее в руки и показал Хибия.
– Это зажигалка вашего отца, не так ли? – обратился он к Хироко.
– Отец начал что-то объяснять, но он еще не может долго говорить. Однако я поняла, что он вам о ней что-то рассказывал.
Хироко говорила резким, вызывающим тоном, и хотя в уголках ее губ затаилась слабая улыбка, но эта улыбка скорее говорила о твердости ее характера, а бесстрашный блеск в глазах свидетельствовал о том, что она может быть серьезным противником. Сделав вид, что он подавлен ее решительностью, Киндаити, сонно моргая, сказал:
– Да-да. Ваш отец рассказал, что позавчера вечером он в тумане ее потерял.
– Потерял? Как это может быть? Такую ценную для него вещь?! Отец не бывает таким рассеянным. При каких обстоятельствах он ее потерял?
– Это случилось, как бы вам сказать… Короче говоря, позавчера вечером ваш отец вскоре после восьми часов вышел из отеля «Такахара», в это время как раз было отключено электричество. Перед тем он находился в лобби-баре отеля вместе с Тиёко Отори. По его словам, когда неожиданно отключили свет… в общем, получилось, что они обнялись и их губы слились в поцелуе. Затем… Затем…
– Что затем сделал отец?
– Сакураи-сан, лучше скажите, как к вам попала эта зажигалка, – нетерпеливо спросил Хибия, но Хироко даже не повернулась в его сторону.
– Так что сделал затем отец? – спросила она Киндаити все так же резко. Неприятная улыбка будто приклеилась к ее губам. Казалось, что она насмехается над собеседником.
Кровь прилила к щекам оскорбленного помощника инспектора Хибия, он хотел что-то сказать, но, поймав взгляд инспектора Ямасита, промолчал.
Коскэ Киндаити несколько растерялся от подобной резкости Хироко. Женщина явно была готова броситься в бой, она была похожа на норовистую лошадь, закусившую удила. Детектив даже почувствовал себя неудобно, как будто это он целовался в темноте. Запустив руку в растрепанную шевелюру, он примирительно забормотал: