Бал-маскарад
Шрифт:
Убедившись, что он не был похож на мужчину, которого она видела, Ясуко спросила:
– Значит, Кадзухико был здесь до половины четвертого?
– Да.
– И о чем вы все это время говорили?
– Он рассказывал мне об Альпах, а также о Египте и арабских странах. Но я многое не поняла.
– А что ты все это время делала? Просто слушала?
– Да.
Ясуко говорила тоном, который больше походил на допрос школьным учителем в чем-то провинившегося ученика, чем на беседу между бабушкой и внучкой,
– Мне было очень интересно.
– А ты не выболтала случайно чего-нибудь лишнего, не вела себя слишком вольно?
– Нет, но…
– Что? Наговорила лишнего?
– Бабушка, прости меня. Я сама чувствовала себя неловко, но старший брат сказал, чтобы я не смущалась и продолжала вышивать.
На одной из полочек у стены стояла красивая шкатулка, сделанная из тростника. Ясуко вынула оттуда квадратный кусок полотняной материи, в середине которого был вышит красивый узор.
– Ты это делала в присутствии своего гостя? И что на это сказал Кадзухико?
– Он похвалил меня, сказал, что это очень красиво.
– Мисяко, – сказала Ясуко суровым голосом. – Я тебе всегда говорю, что воспитанные дамы и девушки в присутствии мужчин не должны демонстрировать свои увлечения.
– Бабушка, извините меня.
– И прекрати называть меня бабушкой. До каких пор ты будешь оставаться ребенком?
Ясуко сложила вышитую материю, положила обратно в шкатулку и со стуком захлопнула ее крышку. Закончив разговор о Кадзухико, она вышла из комнаты, так и не упомянув о происшествии с Кего Маки и о том, что в Каруидзаву приехала Тиёко Отори.
Глава одиннадцатая
Отель «Хосино-онсэн» являлся достопримечательностью Каруидзавы. Он был перестроен в современное здание из старой гостиницы, выстроенной в давние времена рядом с известными минеральными источниками. Вот уже несколько лет в отеле ежегодно проводились музыкальные фестивали.
Когда туда прибыли Коскэ Киндаити и помощник инспектора Хибия, в зрительном зале проходило оживленное обсуждение уже прозвучавших музыкальных произведений. Хотя было около пяти часов вечера, на улице еще не начало темнеть.
На небольшой сцене стоял рояль и мог бы расположиться инструментальный квартет. Сейчас на ней стояли три лектора, которые оживленно обменивались мнениями с находящимися в зале любителями музыки. На дискуссии присутствовало около сорока человек.
Помощник инспектора Хибия пробежал глазами по сцене.
– Его нет.
– Кого? Синдзи Цумура? – тихо спросил Коскэ Киндаити.
Он еще не встречал Цумура, поэтому не знал его в лицо.
– Да, его нет.
Предположив, что он может быть среди зрителей, Хибия внимательно осмотрел людей в каждом ряду, но здесь его тоже не было.
– Послушай, – шепотом, чтобы
Обернувшись, студент с удивлением посмотрел на Хибия и Киндаити:
– Синдзи Цумура-сэнсей сегодня не пришел.
Оглянувшись на Киндаити, Хибия вновь наклонился к студенту:
– А здесь есть кто-нибудь из организаторов дискуссии? Мы из полиции.
Наполнившие зал юноши и девушки разглядывали Хибия и Киндаити.
Студент подошел к мужчине, сидящему за столиком в переднем ряду, и что-то прошептал ему на ухо, показывая на Хибия и Киндаити. Тот сразу же встал и, слегка согнувшись, подошел к ним.
– Чем могу помочь?
Тон его был несколько высокомерным, но он был явно обеспокоен. Должно быть, вспомнил, что произошло в прошлом году примерно в это же время.
Помощник инспектора Хибия представился ему, показав свое полицейское удостоверение:
– Я хотел задать вам несколько вопросов о Цумура.
– Тогда нам лучше пройти в кафе. – Мужчина вошел впереди, показывая дорогу, но не забыл повернуться к студенту, который подходил к нему: – Передай Татибана, чтобы он пришел в кафе.
В кафе было совсем немного посетителей. Организатор провел Хибия и Киндаити к самому дальнему столику в углу. Киндаити передал ему визитную карточку, тот поспешно достал свою, на ней было написано: «Кацуми Синохара, председатель Общества современной музыки».
Прочитав визитную карточку Коскэ Киндаити, Кацуми Синохара вежливо поклонился:
– Ваше имя я уже слышал. Очень рад лично встретиться с вами.
В разговор вмешался Хибия:
– Мы хотели спросить вас о Цумура. Его сегодня нет?
– Он с нами сегодня не связывался, – ответил Синохара с кислым выражением лица. – Сейчас придет студент Татибана, его вы и спросите. Цумура-сан потерял ключ и, наверное, где-нибудь бродит.
– Ключ? – Хибия переглянулся с Киндаити. Опять ключ.
– О каком ключе идет речь?
– Ключ от собственного бунгало.
– А где оно расположено?
– Говорят, что в районе Асамаин. Я точно не знаю. А, вот он идет. Татибана-кун!
К столу подошел молодой человек примерно одних лет с Хибия.
Синохара представил его, и Татибана передал полицейским свою визитную карточку, на которой было написано: «Сигэки Татибана, Токийский университет искусств, музыкальный факультет, кафедра композиции».
Когда подошел официант, Кацуми взял на себя роль хозяина и, посоветовавшись со всеми, заказал четыре холодных чая с лимоном. Сделав заказ, он что-то прошептал на ухо Татибана, который с удивлением взглянул на Коскэ Киндаити: на визитной карточке детектива не была указана профессия. Похоже, молодой человек не знал имени Киндаити.