Баксы на халяву

Ермаков Сергей Олегович

– Это радиомаяк! - догадался Исмаил, он видал такие в Чечне, и попытался вскочить.

Вторая пуля снайпера достала и его, но не убила, а ранила в плечо. Исмаил, завыв от боли, спрятался за стол, пытаясь левой рукой вытащить из-за пояса пистолет. В это время дверь наверху, в комнате, где томились пленницы, с треском вылетела и сильный удар кованым армейским ботинком, скинул вниз со ступенек Омана. Одновременно вылетела и входная дверь. Ворвался спецназ в камуфляже и через секунду два оставшихся в живых чеченца были уложены вниз мордами на деревянный пол. При этом с ними обходились абсолютно не ласково,

в результате чего лица Исмаила и Омрана приобрели иссиня-черный оттенок. В дом вошел Вадим, а за ним и Иван.

– Успели, товарищ майор, еще бы немного и кранты, - сказал боец в маске, который по крыше бесшумно залез в комнату, где была заперта Маша, и скинул вниз Омрана.

– Мама, - крикнула девочка, появившись на лестнице, сбежала вниз мимо бойца и обняла Катю.

– Уберите этих в машину, - приказал Вадим своим бойцам, указывая на бандитов, - и позовите врачей.

Бойцы подняли с пола Омана и Исмаила. Когда их потащили мимо Вадима, то Исмаил прошипел:

– Аллах акъбар!

Вадим правой кистью схватил за грудь Исмаила и переспросил:

– Аллах велик, говоришь? Велик, я не спорю! Но ты его именем не прикрывайся! Ты только за сегодняшний день несколько раз все его законы нарушил! Надеешься, что простил он тебя? Нет, джигит, если бы он тебя простил, то сберёг бы он тебя от меня! А ведь не сберег! Значит, не простил он тебя. И не тащили бы тебя сейчас в "воронок", а спокойно ты бы жрал свою свинину и пил водку! Аллах справедлив, вот и получай справедливость! Увести!

Исмаила вытолкнули в дверь и вместе с Оманом усадили в "воронок". В дом зашли врачи в белых халатах - женщина и мужчина. Они подошли к Кате и Машеньке, подняли их с пола и усадили на стулья. Мужчина открыл чемоданчик с большим красным крестом на боку. Резко запахло лекарствами.

– Пойдем, - сказал Ивану Вадим, - теперь здесь и без нас разберутся.

– Я хотел подойти к Катерине, - ответил Иван.

– Не надо, - покачал головой Вадим, - ей сейчас не до тебя. У нее шок, пусть ей врачи занимаются, а мы лучше поедем в Гатчину, расскажем Игорю, что все кончилось относительно хорошо.

Иван кивнул, а Вадим приказал бойцу, который стоял возле входной двери:

– Кольцов, следи за тем, чтобы ничего не трогали до приезда оперов. Деньги, - он указал на сумку, - сдашь по описи, а я в Гатчину поеду. Ясно?

– Так точно, товарищ майор, - ответил боец Кольцов.

Иван и Вадим вышли из дома и направились к машине Вадима, которая стояла неподалеку. Случившиеся событие разбудило поселок, подъезжали одна за другой специальные машины - милиция, спасатели, розыск, врачи и даже пожарные. Вадим на своей машине еле-еле выехал из всей этой толчеи и на всех парах рванул в сторону Гатчины.

27

Никакой другой машины Родриго и не ожидал увидеть. К обочине вальяжно подъехал серебристый "BMW" - боевая машина вымогателей, как принято в России расшифровывать аббревиатуру этой марки машины. Родриго засуетился, вылез из своего "Опеля" и поспешил к серебристому чуду немецкого машиностроения.

Из "BMW" вылез водитель южной наружности, внимательно и долго посмотрел на припаркованный за "BMW" автомобиль, затем на его обладателя - Родриго и согласно кивнул. К слову стоит отметить, что за

последние дни Родриго растерял свою горделивую осанку и вальяжную походку сменил на плебейский шажок. Все это произошло оттого, что так сильно Родриго еще не влетал. Он потерял своих лучших друзей и телохранителей - Мустафу и Пуха, но самое главное, он потерял весь свой порошок и деньги, которые за него предназначались.

Сказать, что Родриго потерял именно "свой" порошок нельзя, потому что он и сам покупал его у перекупщиков. Те, кто продал ему наркотики для перепродажи в Питере, были людьми суровыми и немногословными, но к Родриго относились хорошо, потому, что он ни разу их не подводил. Оттого-то они и дали Родриго порошок на реализацию, даже не взяв с него предоплаты.

Родриго, перед началом сделки, планировал, что все произойдет примерно так. Что, мол, продаст он Пустому наркоту, наварит с этой сделки тридцать процентов стоимости всей партии и получит в карман сто пятьдесят штук наличкой. Это за неделю-то с небольшим работы!

Пылкое воображение уже рисовало Родриго, как он распорядится вышеупомянутой суммой, как вдруг случилось непоправимое - его кинули! Он не только не заработал свои кровные денежки, что вполне можно было бы стерпеть, но еще и через три дня должен был отдать суровым парням - своим поставщикам триста пятьдесят тысяч баксов налом, то есть зелеными хрустящими купюрами, уложенными в пачки одна к другой.

Такой суммы у Родриго не было. Даже если по сусекам поскрести, по закромам, то не наберется. Если, конечно, продать квартиру, дачу, машину, мебель. Еще одну квартиру, машину, дачу, мебель, то можно наскрести, но тогда Родриго останется без штанов. Он этого не хотел.

Суровые парни-поставщики по телефону и слышать ничего не хотели о форс-мажорных обстоятельствах, в которых оказался Родриго. И напоследок пригрозив ему воткнуть паяльник в жопу, просто бросили трубку. Выход был один - попытаться отыскать чеченцев, которые напали на него и Пустого в ангаре, отобрать у них деньги и порошок. Только это могло спасти шкуру и жизнь Родриго. Именно поэтому Родриго и обратился за помощью к Амджаду главе чеченской диаспоры в Питере.

Амджад был человеком чрезвычайно занятым и поэтому назначил ему встречу на улице Восстания в 22.00 в своей машине и уделил по регламенту десять минут своего драгоценнейшего времени. Поэтому Родриго спешил и суетился. Он подбежал к машине Амджада на полусогнутых, открыл заднюю дверь автомобиля и попросил разрешения войти.

– Входи, дорогой, - ответил ему Амджад, - мой дом, твой дом, моя машина, твоя машина.

Амджад был человеком почтенным. Его заостренное книзу треугольное лицо венчала длинная седеющая борода, голову покрывал бархатный тюрбан, а само тщедушное тело аксакала было облачено в красивый расшитый теплый халат.

– Мир дому твоему, - сказал Родриго фразу, слышанную им в кино и наиболее подходящую, как ему казалось, к моменту, - и детям твоим, и внукам, и правнукам.

Амджан молча и медленно кивнул. Родриго залез в машину и сел рядом с главой диаспоры. В машине, кроме них на передних сидениях находились еще двое - телохранители аксакала. Не смог не заметить Родриго, что еще один джип подъехал и стал позади его машины, когда он залезал к Амджану в "BMW".