Багровое сердце
Шрифт:
Возможно, результаты экспансии были бы более внушительны, если бы в дело не вмешалась воля провидения: в 853 году разразился мор, и Клауду Вилленхофу, и его людям пришлось бежать из тех мест. Они необитаемы и поныне, а торговцы и случайные путники стараются обходить их стороной. От суеверных людей пошло, да так и осталось название — Моровые Земли...
Карл Иеремия Брюис, историк и картограф
"От моря до моря или история Моровых Земель"
***
Солнце клонилось
Небо было тёмным, каким-то пепельно-красным, с еле видимым силуэтом молодой луны. Редкие, мелкие звезды то и дело вспыхивали в вышине, и небесный свод с каждой минутой становился глубже и чернее. Лишь у горизонта пылала огнем полоса малинового света, похожая на вынутый из горна кусок остывающего металла.
Спускаясь с холма, маг и его ученик столкнулись с жуткой процессией. По левой стороне дороги медленно ползла телега, запряженная двумя тщедушными кобылами. В кузове телеги лежал накрытый холстиной труп. Около десятка крестьян молча шли за упряжкой. Длинноволосый старик в надвинутой на глаза островерхой шляпе вёл лошадей под уздцы. В левой руке он держал зажжённую свечу.
Путники уже поравнялись с повозкой, когда шедшая за ней женщина бросилась к Вельберу и, схватив его за полу плаща, упала на колени.
— Волшебник! Ты ведь волшебник! — надрывно закричала она, глотая слезы, — воскреси, воскреси мою дочь! Она никому худого не сделала, за что же ей? Забери меня, волшебник! А она... пусть...
— Магия не может вернуть человека, — Вельбер спрыгнул с коня, мягко отцепил руку женщины от своей одежды и помог ей подняться, но та снова упала на землю.
— Не лги мне! Люди свидетели: говорят, где-то в деревне за рекой есть маг, который поднимает мертвых. Что же ты отказываешь мне? Ты ведь можешь! Как и он, можешь!
Крестьяне в процессии согласно загудели, и тут же гневно закричав надвинулись всей толпой: волшебник схватил женщину за воротник и поднял к своему лицу.
— Повтори!
— Лгун, — зло и с болью сказала она, глядя на него красными глазами, полными слёз, — ты лгун…
— Нет, дальше! — Вельбер яростно встряхнул её, — ты сказала, колдун за рекой.
— Люди так говорят, — почти прошептала женщина, будто приходя в себя, — будто там есть чародей такой, мертвецов подымает.
Вельбер отпустил её. Подойдя к крестьянам, он решительно взмахнул рукой.
— Не смейте! Не давайте ему прикасаться к мёртвой. Не давайте ему ничего из того, что он попросит... Лучше бегите от него прочь, а девушку... девушку похороните, как можно скорее. Вы слышали, что я сказал?!
С суеверным страхом в глазах крестьяне слушали странного человека в фиолетовом плаще, стоявшего рядом с огромным, чёрным конем. Когда он закончил говорить, в воздухе повисло молчание, и лишь несчастная женщина всхлипывала, корчась в пыли.
— Чего с ней стало? — Арти кивнул на лежащее в повозке тело — отчего она умерла?
— Горе большое. Волк девку загрыз, — дребежжащим голосом сказал старик со свечой, — прибёглый, должно быть. В наших местах волков-то не бывает...
— Позвольте, я взгляну, — попросил Вельбер и, не дожидаясь согласия, подошёл
Арти увидел, как страшно блеснули глаза его учителя. Лицо мага побледнело, черты исказились ужасом. Пошатнувшись, он отступил назад и рывком задернул холст.
— Похороните её скорее — Вельбер отошел от повозки и с трудом взобрался в седло, — в крепком гробу, связанную. Закопайте поглубже, а прежде чем закопаете — неустанно читайте молитвы и не прикасайтесь к ней... — он тронул коня, и тяжеловоз заржал, раздувая ноздри, — Это не простой волк. Арти, едем!
— Спаси мою дочь, волшебник! — вскрикнула женщина и ничком упала в дорожную пыль. Когда же она подняла глаза, то проезжего мага и его ученика уже не было рядом. Лишь над торговой дорогой клубились розоватые пылинки и две длинные тени скакали на запад, в тлеющий закат.
***
Они устроили привал в тихом, седом лесу, наполненном тревожным шепотом гулкого ветра.
Арти развел костер, и пламя с треском вспыхнуло, очертив на маленькой, заросшей мхом поляне широкий круг дрожащего золотистого сияния. Вельбер нарезал хлеб и ветчину, снял сапоги, расстелил плащ и растянулся на нем во весь рост, подложив под голову порядком отощавшую торбу. Его ученик сел рядом и уставился в пламя костра.
Глядя в танцующий огонь, он вспомнил о том дне, когда впервые увидел Вельбера.
Вспомнилась жарко натопленная гостиная, ковер и камин, перед которым, положив на подлокотники кресла худые руки сидел тогда еще незнакомый, темноволосый человек.
"Это мой друг, могущественный маг" — шепнул отец и легонько толкнул Арти в спину, — "Подойди, представься ему. Он будет учить тебя своему ремеслу"... "Добрый вечер, я — Артлин, ваш будущий ученик". "Арти, просто Арти!" — неловко улыбнувшись, вклинился отец, — "Вельбер, помнишь, я просил тебя об одолжении?.."
Арти встряхнул головой, прогоняя видение. Перед ним, пылая, потрескивал костер. Рядом, раскинувшись на плаще, лежал учитель. Глаза его были полуприкрыты, но он не спал: из-под опущенных ресниц поблескивал блуждающий взгляд. Казалось, маг неотрывно следит за огнем.
— Почему ты не захотел стать мечником, как твой отец? — вдруг спросил Вельбер, словно бы прочтя мысли ученика.
Арти пожал плечами.
— А не люблю я оружие, — сказал он неуверенно и чуть сердито, — меч, алебарда, топор — это лишь железки, ничего в них интересного… Ни тайны тебе, ни скрытой силы какой. А магия — это и есть настоящая сила. Можно наслать на врагов молнию, огненную стену, вихрь, и всё, никакое оружие им не поможет…
Вельбер хмыкнул.
— Так значит, ты хочешь быть магом-воином? — спросил он.
— А разве не все маги — воины? — Арти недоуменно взглянул на учителя и тот покачал головой.
— Нет. Обращать свою силу в орудие убийства может каждый чародей, но не все видят в войне свое истинное предназначение, — волшебник приподнялся и подбросил в костер несколько сухих веток. Пламя взметнулось, стало теплее и ярче, — есть маги, которые ни разу в жизни не воевали. Они сторонятся людей и на протяжении всей жизни оттачивают своё мастерство, передавая его тем, кто кажется им достойным преемником...