Аврора. Заря сгорает дотла
Шрифт:
У Таурона можно будет остановиться на ночь. Друид не откажет. Деревья, вообще, уже должны были ему сказать, что она в дороге. Если он с ними консультировался, конечно. Знать бы, как он это делает?.. Достать пульфита, еще трав, оповестить жителей, что она скупит несколько плетеных ковриков-шторок на пробу — продать в Стольном городе, а там можно и поговорить о поставках. Завтра с утра посмотреть, что принесут, раздать все бубрики и... вдруг получится посетить убежище Сваля и срисовать карту до отъезда?.. Тогда при разговоре с Блэквингом насчет пользования тоннелем
Как бы там ни было, на дверях дома с пилястрами повисло карандашное объявление «двадцать второго белья лавка будет закрыта. зато двадцать третьего здесь вы сможете приобрести сувениры и предметы быта из земли друидов. готовьте ваши бубрики! *_* ».
Конечно, мастерство рекламы никогда не было сильной стороной Авроры. Как и крючкотворство, впрочем. И оба, тем не менее, в этом чуждом пока капитализму мире вышли на отлично.
И завтра Гаррик с Винни должны проследить, чтоб прибили новую вывеску над входом...
Неожиданно Тильда хрюкнула, словно от плохо сдерживаемого смеха. Ро очнулась и уставилась на кудесницу-фею Сирени с ее черными косами вокруг головы.
— Подумать только, я побываю в Тополе...
— А ты не была никогда?
— Совсем ребенком... В Бубильоне, правда, не в Альпурхе.
Бубильон. Надо же.
— Я... тоже надеюсь туда подняться.
— Раз мы с ночевкой, то почему нет. Мы ездили одним днем. С дядей. Там замечательные тропки с видами.
Именно на такую тропку ей и надо. Найти карту на стене пещеры... После торговли, только бы Тильду сбыть. Отчего ж столько задач?.. Которые и давят, и воодушевляют одновременно?.. Ро схватилась за голову и взъерошила волосы.
Ро! Остановись.
Дорога превратилась в развилку. Тиль уверенно повернула в лес и наверх. Здесь они промчались с Фарром два дня назад.
В воздухе раздался попугаячий крик. Девушки задрали головы.
— Это твой Какадук, — сказала Тильда, и белый большой попугай опустился Авроре на плечо.
Опустил хозяйке в протянутую ладонь гроздь спелого винограда.
— Виноград?.. В мае?.. То бишь, балья?
Тильда усмехнулась.
— Кто его знает, откуда стырил. Хищные птицы чаще приносят мясо, а попугаи вот... легкомысленные всякие штучки. Воры из них настоящие.
Аврора рассеянно погладила попугая по перьям, а тот любовно потеребил мочку ее уха и довольно что-то забулькал. Попробовала темную крупную виноградину.
— Первый сорт. Хочешь?
Глаза Тиль смеялись, отражая солнце, отчего казались почти золотыми. Она отщипнула с грозди и выдала энциклопедическую справку:
— Какаду — одни из самых дружелюбных дрессируемых птиц и быстро привязываются к хозяевам.
Какадук слетел Ро на колени и заглянул хозяйке в лицо влюбленным взглядом.
— Ну прямо как Фарр, — фыркнула кудесница снова. — Тебе надо было его назвать Фаррелом.
И получила резкий тычок
— Хватит уже! — рыкнула Ро.
Тиль лукаво усмехнулась и стеганула клячу. Дорога круче и круче забирала в гору, вилась спиралью и требовала все больше внимания.
— Теперь я понимаю, почему Фарра вчера домой привез мясник.
Аврора утихла мгновенно и сунула очередную виноградину в рот.
— Говорю тебе, Тиль — ничего у нас не выйдет. Время не то да и характеры не те. Цели. Я для него просто кукла, я обрезаю ниточки, а он пытается их вернуть на место. Ты же помнишь про настоящих мужчин и женщин? Ты знаешь, что это... ну, не то. Вряд ли он настоящий... А даже если...
Тильда глубокомысленно кивнула и приложилась к винограду. Не было понятно, согласна кудесница с доводами зари или нет, а от грозди вскоре осталась только жалкая веточка, которая полетела в кусты.
— А ты знаешь про тайный ход, да?
— Фаррел хвастался все детство, что может попасть в башню дознавателя, не выходя из дома.
— А знаешь, как его открыть?
— Что ты! Это ведь государственная тайна.
На востоке появился бледный серп месяца, а за очередным поворотом в поле зрения появились ласточкины гнезда Альпурхи на скале. За темнеющими уже верхушками деревьев.
Тильда думала, что жаль, что ей не пришло в голову позвать с ними хотя бы Барти Блэквинга. Он кажется недотепой, конечно, но все же буканбуржец, племянник самого Хьюго, да и Фарр его в тАйники произвел, а значит, хоть чего парень да стоит. Защитил бы коли что. Все же, места при границе Тополя и Вестланда давно не имели репутации безопасных, и это неспроста.
Купилась на чарующее влияние зари Авроры, которая про ОК не знает ровным счетом ничего. А отвечать кто будет?.. Если... Тильда сунула вожжи Авроре и достала свисток, чтобы позвать Голубинку.
— Подержи-ка.
Ро от неожиданности ойкнула, схватилась, на повороте повозка едва не угодила в кусты.
Тиль успела свистнуть и перехватить вожжу.
— Ровнее! Хочешь правее — тянешь правую легонько, левую...
— Левую, понятно, — кивнула Ро и, закусив губу, отдалась всем существом управлению повозкой.
Будто в первый раз, честное слово. Вероятно... в первый. Фарр просил не спрашивать Ро про происхождение в лоб — просто быть ей другом, оставаться рядом. А язык чешется... с самого начала.
Голубинка, тихонько свистнув в тон свистку, спикировала на протянутое предплечье.
— Письмо писать будешь?
— Ага. Срочное. Прости, я сейчас.
И накалякала карандашом на обрывке бумаги для таких дел:
«Ро и я на дороге в Альпурху. Пришли по возможности кого-нибудь для сопровождения. Вроде бы, торговые дела, но она еще вроде собирается в Бубильон. Не знаю, что ей взбредет в голову, а остановить не могу — рядом с ней мир так и вертится, я забываю о безопасности и даже своем имени. Прости, я плохо справляюсь с твоей просьбой. Помоги.»