Аврора. Заря сгорает дотла
Шрифт:
Фаррел поморщился от обилия экспрессии в речи посла и уточнил с плохо скрываемым сарказмом:
— Мерчевиль готов понести вину за покушение на жизнь имперского дознавателя?
Кастеллет заюлил:
— Увы, ваша светлость — отношения Буканбурга и Мерчевиля исстари не отличались теплотой, и даже в свете недавних событий при великолепном дворе королевы, ох, пардон — императрицы — Исмеи — перемены не происходят так быстро. В итоге столкновения случаются чаще, чем мы бы хотели. И то, что вы попали в одно из них — всего лишь досадное совпадение. Но если бы на «Звезде» только знали, что вы находитесь на борту «Искателя», никто бы в вашу сторону ведь и не посмотрел — уверяю вас! Республика верна короне!
Язык подвешен у этого эрла —
— Вам следовало заявить о своем присутствии сразу, тогда вопрос был бы исчерпан, мерчевильцы оказали бы вам полагающиеся при вашем звании почести и доставили на берега Объединенных Королевств куда с бОльшим комфортом, чем пираты Буканбурга! — с абсолютной уверенностью в собственной правоте заявил Кастеллет.
Вообще-то, дознаватель так и собирался сделать. Заявить. В этом был план, но он провалился с треском, когда Ро решила осуществить свою идею с кормовым фонарем. Идея вышла лучше плана по многим параметрам. И прокатила на «ура». Кроме дела с компасом. Но его все равно пришлось бы искать, не так ли? И просить королеву перенести завтрашнюю встречу с послами, потому что из двух зол иногда нужно выбирать.
— Уважаемый эрл Кастеллет, — обманчиво сладко улыбнулся Фаррел, — в море дипломатия между пиратами и торговцами работает иначе, чем на земле Объединенных Королевств — мне ли вам говорить? Хотя, возможно, именно мне — ведь я слыхивал, будто вы один из тех самых денди Мерчевиля: может, и в море не выходили ни разу?
Аврора ущипнула зарвавшегося дознавателя за локоть. Но на лице Кастеллета не пронеслось ни облачка — только брови легли домиком и наружу вырвался такой легкий смех: такой обычно прикрывают кружевным платком.
— А вы шутник, ваша светлость! Да, я сибарит до мозга костей, и канцлер выбрал меня в послы лишь потому, что я совершенно случайно оказался под рукой. Ну, и потому, что я в принципе хорош, — подмигнул Кастеллет Авроре неожиданно.
Настолько неожиданно, что она даже не успела отреагировать на такое хамство. А эрл уже хватал ее руку для приветствия:
— Так значит, это вы — великолепная Аврора Бореалис, что не побоялась рискнуть собственной жизнью ради мира в Объединенных Королевствах?
Губы коснулись ее пальцев неожиданно, легко и нежно, но скользкий тон эрла портил все. Захотелось отнять ладонь и отереть о штаны.
— Очарован, мадам. Ваша спутница вам под стать, ваша светлость.
— Благодарю, — сухо кивнул Фаррел; правда, блеснувший в глазах огонек говорил о том, что он горд, и что сам думает также. — Можем идти?
Всю речь Кастеллета Ро что-то неуловимо смущало, помимо его неприкрытой лести. И наконец она поняла что: дернула Фаррела за рукав и прошептала в его ухо:
— Мерчевиль — Республика, но почему тогда Объединенные Королевства?
К ее досаде, эрл услышал вопрос и не проявил ни малейшего уважения к факту, что прозвучал он только для Фаррела. Напротив — оживился и уточнил:
— Мадам не из этих мест?
— Госпожа Бореалис прибыла издалека, Кастеллет. Вы угадали, — ответил за нее Фаррел.
Аврора сразу почувствовала себя защищенной этим холодным как лед замечанием, и набычившиеся было страхи растворились в воздухе. Фаррел волшебник.
Так. Только не влюбиться, Ро. Только не влюбиться. С трудом подавила порыв похлопать себя по щекам.
— Видите ли, дорогая госпожа Бореалис, — с готовностью отозвался Кастеллет, виртуозно похищая ее незанятую Фаррелом руку и увлекая по набережной прочь от пристани, — история полна забавных шуток. Республика Вольных Торговцев — явление уникальное. Много поколений назад — не буду вспоминать каждое, дабы не утомлять вас — власть в Мерчевиле принадлежала монарху, как и в остальных королевствах, ныне Объединенных. Монарх наследовал трон в день своего совершеннолетия. Однако, когда пришел черед королевы Мерче, знаете, что она постановила? Отдать власть народу
— Госпожа Бореалис не задержится, — отрезал Фаррел тоном, не терпящим возражений.
Аврора и не заметила, что посол таки полностью завладел ее вниманием, заставляя забыть о спутниках. Оглянулась назад — Фаррел был хмур, но шел следом, как и Барти с Седриком. Чарльз Кастеллет поймал этот взгляд и лукаво улыбнулся то ли себе, то ли вовсе парням в банданах и коричневых и красных штанах. Только последнее было маловероятно.
Улочки Мерчевиля оказались узкими и людными, прямо как улицы старого Неаполя. Вот живописная лавочка, манящая полумраком, запахом кожи и атмосферными сумками, вот магазинчик с живописно расставленными на оконной полке цветными бутылочками, вот булочная, раздирающая желудок запахами, а глаз — образами, пивная, вылезшая прямо на перекресток простыми столами и стульями, и человек двадцать теснится друг на друге, совершенно друг другу не мешая, покуривая, посмеиваясь, попивая и ожидая свою еду. Вон переулок струится вниз, и на нем и с встречным не разминешься, и тонет он в неясной тени трехэтажных домиков, из окон которых можно другу руку протянуть и поздороваться. А вот сморщенная и смуглая старушка просто вынесла стул за дверь, села прямо на проходе и знай себе плетет кружево и весело болтает с соседом. Тот, в свою очередь, что-то строгает и мастерит. И выставлены у него на столе невероятной подробности домики с двориками, и внутри люди двигаются, а снаружи вода в водопаде течет и крутит колесо водяной мельницы… Чудеса! Между домами на веревках соленый ветер треплет разноцветное белье, будто вымпел свободы и буйства жизни… Аврора, окончательно погрузившаяся в магию Мерчевиля, остановилась возле диковинных живых домиков; мужчины не стали ее торопить.
— Это называется презепе, — с готовностью подал справку Кастеллет. — Древнее искусство Мерчевиля, берущее начало еще в монаршьем прошлом. Чао, матушка, чао, братец! Как торговля?
Это уже относилось к старушке с кружевом и парню-мастеру.
— Чао! — с готовностью переключились мерчевильцы в своей болтовне на гостей.
— Видящий не балует, — потужила старушка, — да вот, вас послал — верно, передумал.
— Ты, бабуля Вив, хулу не возводи, — отозвался парень-мастер и заметил Аврорину красную сумку: — А что у тебя тут написано? Откуда диво такое?
Аврора нервно переступила с одной босой ноги на другую и завела сумку за спину. Фаррел слегка загородил девушку плечом. Еще бы — в сумке имперская реликвия и бумаги по особо опасному преступнику.
— Не приставай к красавице, — вступила в бой за покупателя старушка. — Девушка, не хочешь принарядиться? Недорого отдам! Тебе к лицу будет!
— И домик на память, — предложил парень. — Без презепе не дело из Мерчевиля уплывать.
Мир, державшийся так неплохо, лопнул в один миг. В голове Авроры пронеслась тысяча смерчей, в наступившей внутри пустоте она могла только открывать рот, улыбаться и стрелять глазами по сторонам в поисках возможности сбежать. Море Белого Шепота или не море — судьба ее всегда одна. Ро сжала ручку сумки. Пожалуйста… В настоящих политических обстоятельствах ее побег сделает хуже всем. Крепись, Ро!