Арамус
Шрифт:
— Ты бы хотела этого, да? Остаться наедине с Авионом и медицинским оборудованием, чтобы поиздеваться над киборгом. Получить шанс заложить одну из тех программирующихся бомб в разум моего друга и убить его, чтобы он не смог поделиться с нами ценной информацией.
Райли шокировано открыла рот.
— Ты точно спятил. Совершенно и безоговорочно.
— С моими когнитивными способностями все в порядке.
— Ха. Проверь еще раз.
Они оба обернулись на смешок Авиона.
— Вы двое такие забавные.
— Не вижу ничего забавного в сложившейся ситуации.
— Согласна, — кивнула Райли.
— Ох, пожалуйста.
— Я и не обижаюсь. Спасибо.
Авион так откровенно высмеял его нелепое поведение, что Арамуса сжал губы в тонкую линию и отступил. До конца осмотра Арамус больше не произнес ни слова… но и ее руки ни разу не коснулись мужских органов Авиона. И слава богу, потому что Арамус не был уверен, что предпринял бы в этом случае.
Закончив визуальный осмотр, Райли сняла перчатки с помощью прорезиненной кнопки и выкинула их в мусорный бак.
— Он нормальный.
— Нормальный?
Она пожала плечами.
— Честно? Нормальный для человека. Если бы я не знала, что осматриваю киборга, то никогда бы и не догадалась. Авион не обладает какими-либо физическими особенностями. Истощенный мужчина лет тридцати с внешними признаками насилия. Строение его скелета без особенностей. Бледность кожи даже близко не похожа на серую. И хотя я не видела его внутренние органы, на теле нет деформированных бугорков или выпуклостей, указывающих на изменения. Если бы Авион был обычным пациентом, то я бы назначила ему отдых, сытную пищу и физические упражнения. Но это скажет любой, имеющий здравый смысл. Опять же, я не эксперт по живым людям.
Арамус натянул простыню на Авиона… выше, чем следовало.
— Значит, он не подвергался экспериментам с ДНК?
— Нет, если судить по визуальному осмотру. Но для уверенности лучше сделать анализ крови и взять образцы тканей.
Уже сделано. Заикающийся идиот Перси проводил диагностику в другой комнате под пристальным взглядом Кентри. Мужчина в коме справился бы лучше с поставленной задачей, учитывая его квалификацию, но он до сих пор находился в отключке, поэтому Арамусу пришлось обходиться имеющимися силами.
— Мы уходим. Отдохни, Авион.
— Так скоро? Я надеялся немного поболтать с доктором, — слепой или нет, Авион без проблем сверкнул улыбкой в сторону Райли.
«Друзья не бьют друзей за то, что они улыбаются людям».
Арамус еще несколько раз повторил эту мысль, затем приобнял Райли за плечи и вывел ее из комнаты, бросив напоследок Авиону:
— Позже я загляну проведать тебя.
— Пока, — крикнула Райли, прежде чем дверь закрылась. — Ты был очень груб, — заметила она, когда он повел ее по коридору.
— В чем именно?
— В том, как ты вылетел из палаты, будто комната была объята огнем.
— Мы закончили.
— Знаю, но ведь ты бы не умер, если бы попрощался должным образом? Или подбодрил бы друга, или поздравил бы его с прохождением медосмотра?
— Авион не ребенок, которого нужно держать за руку. Он понял результаты и не нуждается в бессмысленной болтовне.
— Не согласна. Ты упустил
Арамус не сумел сдержать ухмылку.
— Манеры? Мы же киборги. Зачем нам нужны манеры?
— Не нужны. Но, учитывая, что ты считаешь себя лучше людей, нельзя было проявить хоть немного учтивости?
— Ты раздражаешь.
— Такой вежливый, даже когда ведешь себя как осел, — Райли улыбнулась. Арамус зарычал. Она улыбнулась еще шире.
— Пожалуйста и спасибо — это пустая трата времени и кислорода.
— Спорить бессмысленно, но, похоже, здесь у тебя тоже проблемы.
— Не вынуждай меня затыкать тебе рот, — эрекцией, над которой Арамус уже не имел власти. Почему нелепый спор с женщиной сделал его тверже стальной балки? Ранее у него не возникло проблем с игнором другой раздражающей женщины, Кармен. Его член вел себя прилично, хотя она откровенно демонстрировала свои женские прелести. А этот крошечный доктор со своими колкими замечаниями, улыбками и отсутствием страха, даже когда Арамус повышал голос, пробудила в нем вихрь эмоций. Воспламенила его и испортила схемы, притом без единого прикосновения. Никому раньше не удавалось подобного.
— Хм, заткнешь мне рот как в прошлый раз?
Казалось, Райли сама удивилась своим упоминание о поцелуе, но правда состояла в том, что Арамус не мог забыть об этом. О том, как ощущались ее губы и тело. Теперь выяснилось, что он был не одинок в воспоминаниях эротичного момента. Его сенсоры уловили изменения в ее теле: пульс участился, а женственный аромат, сигнализирующий о возбуждении, распространился по коридору.
Потеряв контроль над своим телом, Арамус через несколько секунд обнаружил, что плотно прижался к девушке, уперев ладони в стену по обе стороны от ее головы. Он наклонился так, что их носы практически соприкасались, и пристально посмотрел в ее широко раскрытые голубые глаза. Райли затаила дыхание. Он ожидал, что она будет умолять его отойти, отталкивать и бороться. Вместо этого… девушка потерлась кончиком носа о его нос.
— Что ты делаешь?
— Эскимосский поцелуй.
Серьёзно? Неожиданно Арамус громко рассмеялся.
— Не могу поверить, что ты сделала это.
Озорная улыбка тронула ее губы, а глаза заблестели.
— Как и я. Но ты выглядел нуждающимся в таком поцелуе.
— Нет. Мне нужно было вот что, — он прижался губами к ее устам. Большая ошибка. Самая потрясающая неисправность в истории.
Две теории столкнулись, но Арамус проигнорировал логическую часть своего ИМК, требующую, чтобы он отошел в сторону и избежал того, что, казалось, вызывала только Райли: страсть. Истинная страсть. Она заставляла его кровь кипеть, электронное сердце биться быстрее, а разум погружаться в хаос.
Неправильное действие, но удовольствие, ох, удовольствие от прикосновения ее мягких губ, прерывистого дыхания и крепких объятий заставило Арамуса радоваться поломке.
Пока он не услышал приближающийся топот. Арамус не хотел прерывать поцелуй, но все же пересилил себя и отстранился как раз в тот момент, когда Ксило завернул за угол.
— Все в порядке, сэр? — спросил Ксило, наклонив голову.
— Отлично. Веду пленницу в ее новое жилище.
— Хочешь, я займусь ею? Как раз иду в этом направлении.