Арамус
Шрифт:
Конечно, было легко так думать, когда Райли находилась в другом месте. Тем не менее Арамус не мог не задаться вопросом, повторится ли сбой, если он снова захочет поговорить с ней. Его любопытство побуждало проверить теорию. А его логика кричала об опасности. Лоботомия, которая была способна лишить Арамуса чувств, с каждым разом выглядела все более и более привлекательной.
Добравшись до медицинского отсека, он вошел и обнаружил, что Авион полулежит в койке и выглядит лучше. Точнее, чище. Киборга тщательно вымыли, подстригли и побрили, но он все
ЭмДжей, единственный киборг с хоть какой-то медицинской подготовкой на борту, возился с пыльными трубками капельницы, пытаясь вставить их в запястья Авиона, которые были похожи на подушечки для булавок.
— Какого хрена ты делаешь?
— Пытаюсь влить в него немного жидкости.
— Так вылей ему в глотку.
ЭмДжей бросил на него гневный взгляд.
— Как же я сам не додумался. Спасибо за предложение.
— Не злись, — хрипло пробормотал Авион. — Я пробовал пить, но мой желудок все отвергает. Я давно ничего не ел, поэтому мое тело бунтует.
— Я прибегнул к более традиционным медицинским методам, так как наноботы в его коже отказываются поглощать жидкость.
Новость потрясла Арамуса. Он никогда раньше не слышал, чтобы наноботы киборгов выходили из строя. Проходя через кровоток и проникая в каждую часть плоти киборгов, наноботы были похожи на мини-компьютеры, регулирующие и укрепляющие их тела. Именно наноботы делали их киборгами, сильными киборгами. А без этих технологий… они были ничем не лучше людей.
— Ты пытался перезагрузить его, чтобы заставить наноботы функционировать?
— Перезагрузка не помогла. Я даже подключался к нашему бортовому медицинскому диагностическому компьютеру и еще кое-чему. Его тело продолжает отвергать все попытки заставить наноботы функционировать.
— Что они с тобой сделали, — высказал вслух свои размышления Арамус.
— Легче перечислить то, чего они не делали, — ответил Авион, вымученно улыбнувшись.
— Почему бы не начать с того, как, черт возьми, тебе удалось выжить. Я думал, что ты погиб при взрыве корабля, когда мы совершали налет на астероид.
— И я действительно чуть не погиб, но мне повезло… или нет, все зависит от индивидуальной точки зрения. От самого сильного взрыва меня защитил щит вокруг командного центра. И все же я получил сильные повреждения, из-за чего мой ИМК вырубил меня до тех пор, пока мое тело восстанавливали наноботы. Вскоре меня подобрал спасательный отряд. Когда я очнулся, то обнаружил, что нахожусь в электрической клетке, окруженной свинцом, без возможности войти и выйти, чтобы отправить сообщение.
— Военные?
— Изначально я тоже так предположил, пока не понял, что солдаты говорят на разных языках и носят гражданскую форму, а не федеральную.
— Значит, все это время ты был в плену?
Нехорошо. Учитывая истощенное состояние Авиона, Арамус невольно задумался, сколько секретов намерено или случайно раскрыл врагам киборг.
Должно быть мысли все же отразились на лице Арамуса, потому что Авион
— Да, но наши секреты остались в сохранности. Я отключил свои болевые рецепторы, как только понял, что попал в плен, и стер из своих банков памяти всю информацию о киборгах.
— Местоположение нашей родной планеты все еще засекречено?
— Настолько, что при побеге даже я не смогу найти дом. Кстати, однажды они позволили мне сбежать, надеясь проследить за мной и обнаружить нашу планету, но потерпели неудачу.
— Не помню, чтобы слышал, что ты предпринял какие-либо попытки связаться с нами.
— Потому что не мог. Чтобы обезопасить вас, мне пришлось стереть абсолютно все. Единственное, что я сохранил — информацию о нашем освобождении, а также то, кем я был и через что прошел. Когда дела шли совсем плохо, я постоянно вспоминал об этом. Все остальное исчезло. Я недолго бродил на воле, прежде чем они вернули меня в клетку и возобновили опыты.
— Ты вел подробный журнал экспериментов?
— Да.
ЭмДжей, закончив возню с трубками, заговорил:
— Мы загрузили журнал, когда пытались перезагрузить его наноботы. Надеюсь, Эйнштейн или кто-то другой сможет разобраться в воспоминаниях и выяснить, как исправить ущерб, нанесенный его системам. Я никогда не видел ничего подобного. Будто его тело воспринимает и использует механические части как обычную человеческую плоть. Вот почему он так медленно выздоравливает. Несмотря на свои усовершенствования, теперь Авион обычный человек.
Арамус в ужасе отшатнулся. Он не мог представить жизнь без своих улучшений. Как бы он ни ненавидел то, что с ним сотворили, нельзя было отрицать, что сейчас Арамус был улучшенной версией своего прежнего человеческого «я». Превратиться из сильного в слабого? Подобная вероятность потрясла его до крайности.
Он сжал плечо Авиона, радуясь, что из-за слепоты киборг не видел жалости в его глазах. Но Авион все равно понял.
— Не надо жалеть меня. Я киборг. Меня можно починить. Я стану сильнее, чем когда-либо. И когда это свершится…
— Мы вместе убьем виновных.
После визита к Авиону Арамус проведал новоприбывших киборгов. Женщина до сих пор была в отключке, пока ее тело исцелялось наноботами, которые функционировали должным образом. А мужчина уже пришел в себя и был допрошен, вот только не смог предоставить полезную информацию. Как оказалось, он многие годы провел в одиночестве на какой-то станции и только недавно был доставлен на скрытую базу.
Киборг был доволен изменением обстоятельств, особенно возможности больше не подчиняться приказам людей. Тем не менее Арамус не спешил освобождать его из-под стражи. Пока новые киборги не пройдут комплексную проверку и отладку, никто из них не получит неограниченный доступ к кораблю и компьютерам. Кто знает, какие скрытые бомбы замедленного действия могли быть спрятаны в их телах? Не в первый раз военные или компания превращали киборгов в ходячее оружие.