Античный Чароплёт. Том 4
Шрифт:
Сейчас же Ордан смотрел на свою армию и вспоминал все это, прокручивая в голове. Скоро он убедится, что там правда, а что ложь. Он смог после смены управителя стать воином дружины нового. Потом стал десятником. Сотником не стал. Сотник уже был… А позже в те края пришел Лорд Кеннис. Впрочем, постепенно его стали именовать князем. Сила — вот единственное легитимное право. И у Кенниса оно было. Ордан был одним из первых вампиров, обращенных в Новом Свете. И сам он обратил многих и многих, за что его за глаза звали “отцом”. Кеннис не обращал на это прозвище внимания. Он обладал абсолютной властью над своим родом. Полной, безграничной… И покуда он жив, других родов вампиров от него не потянется.
Ордан был самым компетентным в делах военных среди первых обращенных, и он создал войско вампиров. Первое войско.
Вампиры ветви Ордана пользовались простыми приемами войны. Но действенными. Ордан лично обращал лучших воинов, которых встречал. Они были офицерами. Остальная армия состояла из людей и скота. Люди нужны были, чтобы пополнять силы. И сражаться, конечно. Со слабым противником. Против сильного же был иной метод. Людей обращали в вурдалаков. Нужно было выпить всю кровь человека, капнуть частичку своей и подчинить тело собственной воле. Ничего сложного. Чем сильнее враг, тем больше солдат становились вурдалаками. По факту весь легион состоял из дружины Ордана и огромного количества расходного материала. Настоящая пищевая цепочка. Люди едят скот. Вампиры едят людей. Если людей становилось слишком мало, то они переводились в функцию охранников. А для обращения в вурдалаков отбирали массу народа в местных деревнях. Эта стратегия, выдуманная Орданом перед вторжением, прекрасно себя зарекомендовала на побережье. И вот теперь ей предстояло испытание на практике — сражение с полноценной армией корбинов, а не местных владетелей.
На поле, к которому подходили вампиры, строились отряды ящеров. И выглядела их армия куда как внушительнее трех легионов крови, которые вел Ордан. Те вообще больше напоминали оборванцев. Прекрасные, сильные и грациозные вампиры терялись на фоне хмурых и сосредоточенных солдат, многие из которых даже доспехов не имели. Но и тех было куда меньше, чем собранных толп народа с захваченных деревень. Детей и подростков, некоторых взрослых вампиры оставляли “на развод”, остальные же всей кучей вступали в ряды легиона. Ордану было без разницы, кого обращать в зубастую злобную нежить. Так что для него каждый потенциальный “новобранец” был практически на равных по ценности с солдатом. Просто вторые нужны были, чтобы не тратить время вампиров на контроль первых. Ящеры уже выстроились.
Они знали бронзу. Знали даже железо. Почти все воины Великого Змея были облачены в доспехи, сверкающие на солнце. Армия крови, шедшая в тени деревьев, недовольно морщилась, смотря на эти отблески. Некоторые её члены. Но это скоро должно было закончиться.
Первый серьезный бой. Толпы безоружных новобранцев строились на опушке леса. К Ордану подвели нескольких подростков.
Удлинившиеся клыки впились в тело первой жертвы. Остальные кричали, вырывались, но дети Ордана держали их крепко. Сам же он наслаждался жизненной силой, праной, шедшей к нему вместе с кровью. Её было много. Она наполняла нутро, взрываясь живительным огнем, расходящимся по жилам. У Ордана было много женщин… Там, в прошлой жизни. Но удовольствие от соития и близко не стояло к чувству вампира, насыщавшегося жизненной силой. Наконец, он закончил. С первым из четырех. Затянутые поволокой тумана наслаждения глаза медленно сосредоточились на шее следующего… Следующей. Это была девушка. Ордан чувствовал её кровь, пульсирующую жилу на шее, бьющуюся артерию… Она даже писк едва-едва сумела издать. Потерявший самообладание лидер вампиров, бросившись к ней, буквально разорвал ей шею, начав жадно глотать. Затем следующий. Еще один… Все? Это все?.. Ах да…
Силы было так много, она так бурлила в теле… Пусть плюнут в лицо тому глупцу, который скажет, что вампиры не живые! Когда они выпьют крови, то становятся живыми. Живее всех живых. В буквальном смысле.
Ордану же требовалось с этой жизнью сейчас расстаться. С частью её. Другие так пока не умели, но его учил сам Князь Кеннис. И долго учил. Целых восемь лет. Он справится…
Лидер легионов крови посмотрел на небо, затянув шипящий речитатив. Он медленно повел рукой по горизонту. Раньше требовалось резать руку — жертвовать крови… Но у вампиров
Ордан не любил первых обращенных Кеннисом женщин. И не понимал смысла, который они несли. Вампиры не занимаются сексом. Не продолжают род деторождением. Потому первые из обращенных Кеннисом не были его личным гаремом. Наверное, князю просто больше нравились женщины. Эстетика… Но он все равно лучший из детей Князя!
Сосредоточившись, прозванный Отцом собрал клубящуюся в теле прану. Смысл магии крови вампиров в жертве. Нужно было пожертвовать жизненную силу вселенной, выпустить её. Ордан знал о пране и мане, пусть и называл их по-другому. И примерно знал, что мана может, казалось бы, больше. Её достаточно было выпустить, четко вложив желание. И она стремилась воплотить его. Любым способом. Прана иная. Она не оформляется желанием, не податлива мысли… Но она сливается с маной так, словно они есть общность одного целого. И лучше всех это выходит у вампиров. Корбины тоже умеют что-то такое. Князь Кеннис и не скрывал, что первые его знания пошли от этих разумных ящеров. Но Корбины выпускали прану вместе с кровью и использовали ману, чтобы направить свое желание. Смысл в том, что мана и прана живого существа очень близки. И, если их источник изначально один, даже капля маны может трансформировать прану, заставить жизненную силу творить невозможное. Слить жизнь со вселенной и воплотить даже каплей праны такое, что и лохань чистой маны сделать не сможет! Но магия корбинов ущербна. Их колдовство не синергично. Другое дело — вампиры.
В отличие от ящеров, кровососы обладают двумя огромными преимуществами. Первое — они могут пить чужую жизнь и обращать её в свою. Даже капля собственной праны корбина-колдуна ценнее иногда всей жизни другого существа. Для вампира же вся поглощенная жизненная сила суть своя. И второе. Вампиры, их жизненная и магическая силы были практически едины. Их мане почти не требовалось усилий для того, чтобы направить пожертвованную прану, а потому они с легкостью учились и творили колдовство…
Армия корбинов заволновалась. Ведь они видели, как и кто творил чары. Один чародей. Да, он принес в жертву четырех людей, но лишь мановением руки лидер вторженцев заставил чернеть небо. Весь небесный купол начал затягиваться тучами, которые нарождались из ниоткуда. Темные клубы, возникшие в небе, затягивали все вокруг непроглядной мглой. Солнечные лучи тускнели, пока не превратились в рассеяный свет, идущий в основном откуда-то издалека, с краев огромной массы клубящихся колдовских облаков. Теперь низшей нежити ничего не будет мешать…
— Обращайте вурдалаков! — Самодовольно отдал приказ отец Ордан.
***
Я вынырнул из воспоминаний самого мира. Это было уже шестое погружение в прошлое за последние десять дней. И я чувствовал, что подошел к границе дозволенного. Где-то на грани сознания я знал — Хаухет не слишком довольна, что я пользуюсь дарованными мне умениями столь часто и столь утилитарно. Но это было просто недовольство. Недовольство, которое предполагало, что мне стоит пока подождать. Я же не местный маг-фабрикант, я чародей и жрец, и про это забывать не стоит.
— Значит, эту армию возглавлял Ордан, отец крови… — Задумчиво покачал головой мэтр Ракоста. — Вот уж никогда бы не подумал…
— Почему, профессор? — Осторожно уточнила студентка, стоящая рядом. Все они внимательно изучали проекцию моего воспоминания. Очень детального, позволяющего рассмотреть каждую пылинку, поднимавшуюся от шагов воинов в сандалиях или движения хвостов корбинов.
— Ордан, отец крови. Этот вампир мало встречается в летописях. Все больше как основатель клана Ордианцев. Средняя прослойка вампирской аристократии, которую не пускали выше определенного уровня должностей. Сам Ордан умер в начале первой войны Империй Крови и Великого Змея. Это был первый вампир высшего круга, которого сумели упокоить корбины. Скорее всего, именно поэтому его ветвь оказалась в том положении — многочисленной, но далекой от трона, ведь у неё не было патриарха. И теперь мы понимаем, где именно шла его армия. Возможно, удастся найти место упокоения, где чародеи-корбины сумели сокрушить это существо и уничтожить его.