Античные хроники
Шрифт:
Мертвый воин был одет в ту же тунику и плащ, что и сын Зевса, даже сандалии у них казались одинаковыми. Поборов отвращение, Геракл с трудом перевернул мертвое тело на спину – и… ноги у великого героя впервые в жизни похолодели.
Остекленевшими глазами на Геракла бессмысленно взирало его собственное окровавленное лицо…
Наверное, от ужаса сын Зевса потерял сознание. Когда же он открыл глаза, до его слуха донесся чей-то пронзительный крик:
– Великаны! Шестирукие великаны…
– Что, опять?!! – Геракл стремительно вскочил
Кого теперь убивают свихнувшиеся безумцы?
Свихнувшиеся безумцы мчались по освещенной лунным светом дороге в нескольких шагах от ошарашенного Геракла. Их обнаженные мечи зловеще переливались в свете Селены.
– Значит… – Волосы на голове сына Зевса зашевелились. – Значит, это был всего лишь сон и еще не поздно все исправить?!!
Геракл быстро посмотрел на небо, где за облаками прятался летающий остров Олимп.
– Я понял твой намек, отец! – прошептал великий герой.
Благоразумно обойдя вырубивший его на несколько долгих секунд камень, Геракл с диким звериным ревом устремился следом за аргонавтами, собирающимися учинить кровавую расправу.
Услышав у себя за спинами рев десяти немейских львов, греки мгновенно протрезвели, так и не успев добежать до логовища шестируких великанов (дворца царя долонов).
Аргонавты бросились врассыпную, но жуткое чудовище уже настигло их. Почему-то пахло от чудовища жжеными коровьими лепешками, но никто из греков так и не успел этому удивиться.
Двадцать девять героев были сметены мощным и неотвратимым, как длань Зевса, вихрем…
А очнулись они только на следующее утро, крепко связанные, на дрейфующем в открытом море «Арго». (Что, не верите? Тогда перечитайте древнегреческие мифы! – Авт.)
Геракл скептически осмотрел своих спутников.
Двадцать девять упившихся прошлой ночью лоботрясов красиво, в три ряда лежали на палубе, крепко связанные веревками по рукам и ногам. Судя по более-менее осмысленным выражениям на опухших лицах, герои медленно, но верно приходили в себя.
– Э-хе-хех, – тяжело покачал головой сын Зевса, недовольно глядя на страдающих от тяжкого похмелья греков.
Не ожидал Геракл от братьев-аргонавтов такого опрометчивого поступка. Это ж как нужно было упиться, уму непостижимо!
– Чего это вы там вчера налакались? – не очень дружелюбно спросил сын Зевса у Ясона, который первым из всех героев окончательно очухался.
– А ты меня развяжи, тогда и отвечу. Геракл быстро взвесил все «да» и «нет».
Ясон не Тесей, с ним сын Зевса и одной левой справится.
– Ладно, – кивнул Геракл, – только чур не кусаться.
– Договорились, – легко согласился Ясон. Освободившись от веревок, юноша недовольно потер саднящие запястья.
– Ну, сначала мы выпили немного вина. Этот царь Кизяк такой забавный парень, все шутки травил. Но организмом слабоват оказался: после третьего кубка начисто вырубился и под трон упал. Крепкое, однако, вино делают эти долоны.
– Ну а потом что вы пили?
– Тоже вроде вино, –
– А потом… – продолжал свои назойливые расспросы Геракл.
– Потом… – Юноша потер рукой лоб. – Потом… что же было потом?… А, ну конечно же!… Тесей отправился в винные погреба Минотавра искать.
– Минотавра?!
– Ну да, он ведь, как выпьет, сразу идет Минотавра искать. Причем независимо от того, где он в этот момент находится, на суше или в открытом море.
– М-да, не знал, – задумчиво протянул сын Зевса. – Ну и зачем ему этот Минотавр нужен?
– Да сатир его знает. – Ясон безразлично пожал плечами. – Может, убить его хочет или, скорее всего, вместе с ним выпить.
– Так-так. – Геракл с уважением посмотрел на тушу храпящего Тесея.
– Значит, спустился Тесей в царские погреба Минотавра искать, – морщась от головной боли, нехотя продолжал свой рассказ Ясон. – Отсутствовал он где-то около часа. Потом возвращается и странный винный бочонок на плече несет, вроде как полностью сделанный из меди.
– Из меди? – удивился Геракл. – Какой же дурак будет бочонок для вина из меди делать? Вино-то сразу в такой бочке испортится!
– Не знаю. – Ясон снова пожал плечами. – Наверное, то не медь была, а какой-то неведомый мне, но очень похожий на медь материал. Вскрыли мы этот бочонок, а там…
– Вино! – предположил Геракл, увлеченный рассказом юноши.
– Не совсем. – Ясон хитро ухмыльнулся. – Запах… не передать словами. Наверняка из самого царства Аида пойло. Недаром его царь долонов в особом тайнике, в самом дальнем углу винного погреба, прятал. Но разве кому-нибудь удастся что-то спрятать от Тесея, особенно если это что-то можно выпить в хорошей компании? Короче, вино не вино, непонятное что-то. Налили мы его в кубок, а оно, как вода, прозрачное.
– Да ну? – не поверил сын Зевса.
– Так все и было, – нахмурился юноша. – Незачем мне тебе врать, Геракл. Тесей даже факел к кубку с удивительным напитком поднес, чтобы получше прозрачную жидкость рассмотреть, а тот от огня как вспыхнет.
– Кто, Тесей? – не понял Геракл.
– Да нет. – Ясон в очередной раз поморщился. – Кубок. Мужики, говорю, это Танатово пойло. Я о таком раньше слышал. Его псинофаги за краем земли из пшеницы готовят, называя свое прозрачное вино огненной водой!
– Да, славно, славно. – Сын Зевса глубокомысленно погладил густую черную бороду.
– Сделал Тесей один небольшой глоток этой жидкости и сразу скопытился, – подвел итог своему увлекательному рассказу Ясон. – Ну а дальше я ни сатира не помню. Вроде и я к тому кубку приложился. Эх, здорово мы вчера погуляли!
– Это точно, – подтвердил Геракл, с содроганием вспоминая вчерашнюю ночь. – Ты, конечно, меня, Ясон, извини, но с этого дня я беру командование «Арго» на себя.
– Что?!! – Последние остатки хмеля мгновенно вылетели из головы обалдевшего юноши.