Алуим

Дарий Айкон

– Ну что ты вредничаешь? Я же каблук могу сломать. Такого кабана таскать...

– Ничего страшного. Уже стемнело, никто не увидит, что ты босиком.

В семь часов вечера мы с Максимом Сергеевичем возвращались на склад после доставки последнего на сегодня заказа. Максим Сергеевич был не в настроении. Он весь день ворчал на клиентов, матерился на пешеходов и был недоволен жарой, которая отняла его последние силы. Я не спрашивал, что с ним такое, намеренно игнорировал его реплики и старался при любом удобном случае сделать звук магнитолы громче. Во-первых, голос в моей голове заткнулся, он не произнёс сегодня ни слова. Невероятное облегчение. После долгой психологической атаки моя болезнь решила меня пощадить, так что

бубнящий напарник казался сейчас назойливой мухой в покоях царской опочивальни. Во-вторых, я всё пытался придумать, как помириться с Татьяной. Да, я с ней не ссорился, и ни капли не соврал в своём мистическом рассказе. Но какое это имеет значение? Она мне не поверила. Да ещё обиделась на слова, которые были адресованы не ей. Поэтому я раздумывал, как себя оправдать, в каком свете всё выставить, чтобы оставить вечер понедельника в прошлом? В этот момент в кармане рабочего комбинезона завибрировал телефон. На экране высветилось имя Матвея - моего знакомого из Орешковки. Честно сказать, этот звонок меня удивил, ведь Матвей из той категории знакомых, с кем ты обмениваешься номерами телефонов, но потом никогда не звонишь. Но ещё больше меня удивило другое - в трубке я услышал голос Мальвины. Мягкий, немного робкий. Очаровательный. Мальвина извинилась за свой столь быстрый и эгоистичный уход в прошлое воскресенье и попросила о встрече. Сегодня. В десять вечера. В центральном парке.

Порой в жизни мы настраиваем себя на одно, а потом делаем совершенно другое. Внезапно. Что-то осознав. Или наоборот, подвергшись чужому влиянию и сбившись с верного пути. Такое бывает со всеми. Ничего страшного. Даже если объекты выбора - люди. Даже если правильно выбора не существует в принципе. Гораздо хуже, когда это не единичный случай, а синусоида, по которой ты, как змея, ползёшь то вверх, то вниз. Ползёшь и пытаешься понять: каждый новый поворот - это естественный ход событий или многократное предательство? Я был готов любить Татьяну, но уже через два часа целовал Мальвину. А ещё через сутки - целовал Татьяну. Затем хотел ещё одной встречи с Мальвиной. Потом настраивался на встречу с Татьяной. Но всё-таки сейчас я с Мальвиной. Почему? Дело ведь не в драке и не в Руслане, не в ночных "гостях" и не в шизофреническом голосе. Правда такова: я в любом случае приехал бы на встречу с Мальвиной. Даже если бы голос ничего мне не говорил. Даже если бы я придумал, как объясниться с Татьяной. Даже если бы Татьяна тоже мне позвонила и предложила встретиться. А всё потому, что я не знаю, чего ждать от встречи с Мальвиной. И я хочу узнать. Но вот чего Мальвина хочет от меня, я не знаю. И уверен, что прямым вопросом ответа не получить. Наше знакомство началось с игры. Что ж, "шоу маст го он".

– Кстати, хорошая идея.
– произносит Мальвина, снимает туфли, берёт их в руку.
– Нужно хоть иногда позволять себе быть свободнее. Вот только, будь добр, положи мой мобильный себе в карман. Сегодня я без сумочки.

Жаркий летний пятничный вечер, и народу у Днепра как никогда много. Люди бродят по парку, сидят на парапете, поют караоке в недавно открывшемся кафе или, расстелив принесённые с собой покрывала, лежат на берегу. Самые отчаянные кружатся на "центрифуге" - сумасшедшем аттракционе без ремней безопасности, единственная радость от которого - не вылететь из кабины метров на тридцать в сторону. Оставив речной вокзал далеко за спиной, мы спускаемся вниз по металлической лестнице и ступаем на песчаный берег.

– Такой тёплый.
– произносит Мальвина.
– Снимай свои кроссовки. Почувствуй, как классно.

Она вскидывает руки вверх и с детской улыбкой кружится на месте. Затем останавливается и зарывается пальцами ног поглубже в песок. Смотрит на меня с неподдельной радостью. Я не могу удержаться и тоже разуваюсь, заодно подворачиваю низ джинсов.

– Пойдём к воде.
– предлагает Мальвина и снова берёт меня за руку.
–

Сегодня я устрою тебе романтический вечер.

"Был у меня недавно романтический вечер. С пледом, чаем и бутербродами..."

У самого берега вода почти горячая. Даже если смочить ею лицо, то не особо и освежишься. Не разнимая рук, мы движемся вправо, по течению реки, подальше от всех.

– Хорошо всё-таки, что есть люди, с кем можно побыть собой. Ни о чём не думать, наслаждаться маленькими радостями жизни.

– Ты обо мне?
– спрашиваю я.

– Да.
– улыбается в ответ.
– Давно ты вот так гулял с девушкой по пляжу после заката?

– Никогда.

– Значит, я у тебя первая хоть в чём-то.

Песок постепенно уступает место растительности. На траве, у самой кромки воды, лежат два толстых бревна. Мы подходим, садимся, кладём на землю свою обувь. Мальвина явно переигрывает со всем этим романтизмом. Я наклоняюсь, черпаю свободной ладошкой воду и брызгаю на неё. Не рассчитав, слишком сильно мочу её рубашку в районе левого нагрудного кармана.

– Нуууу... У меня же там деньги.

Мальвина без всякого стеснения снимает с себя рубашку, достаёт купюры и проверяет их состояние. Под рубашкой прячется чёрный кружевной лиф, прикрывающий красивую грудь, а чуть ниже, на левом боку - татуировка в виде стилизованного атома с вращающимися вокруг него электронами - символ атеизма. Даже в темноте замечаю, что татуировка слегка выпирает. Трогаю её рукой, чувствую корочку - татуировка свежая, наверное, сделана дня три-четыре назад.

– Ну, хоть не за сиськи.
– Мальвина улыбается и протягивает мне деньги.
– Положи их тоже к себе.

– А если бы за сиськи?

– Испортил бы такой замечательный вечер.

– Мне не впервой портить вечера. Давай уже прекратим говорить не о чём!

Мальвина подвигается ближе.

– Хочешь провести время серьёзней?

– Да.

– Тогда ты не зря сегодня со мной.
– она коротко целует меня в губы, смотрит на часы, затем переводит взгляд в сторону Крюковского моста. Я поворачиваю голову и вижу белое пятно, движущееся по воде прямо к нам.
– А вот и Джим. Как всегда вовремя.

– Кто это?

– Мой приятель. Он нас отвезёт.

Небольшой четырёхместный моторный катер останавливается аккурат рядом с брёвнами. За штурвалом стоит небритый паренёк в белых шортах, белой кепке и с трубкой в зубах.

– Привет, капитан!
– произносит Мальвина и встаёт с бревна, надевая рубашку.

– Привет, чемпионка. Готова?

– Как всегда. К тому же, со мной отличная охрана.
– Мальвина поворачивается ко мне.
– Едем?

– Куда?

– В более интересное место. Садись, расскажу по дороге.

Сомневаться нет ни времени, ни смысла. Я ведь сам хотел неожиданностей. Захватив свои кроссовки, поднимаюсь на борт.

Катер несётся всё дальше от пляжа. Никакого освещения на носу, кругом темнота, но парень с трубкой, видимо, знает маршрут как свои пять пальцев. Мы проплываем мимо нескольких островов и начинаем смещаться к противоположному берегу.

– Мы едем на соревнования по "Варшлёпу". Не слышал о таком?

– Нет. Что это?

– Карточная игра. Самая крутая в мире.

– И эти соревнования проходят ночью в тайном месте, куда можно добраться только на катере, следуя по карте, которую гонец просунул тебе под дверь?

– Типа того. И там всё серьёзно.

– Играть будешь ты?

– Да.

– На деньги?

– Да. И не только.

– А зачем там я?

– Для моей безопасности. Матвей сказал, ты спортсмен. А там может быть сразу несколько имбецилов. Ты ведь меня не бросишь, правда?
– хлопает своими невероятными глазками.

– Ты уже всё сделала, чтобы я тебя не бросил.

Улыбается.

– Да, я знаю, что слишком лицемерно играла романтичную дуру. Но ты со мной в лодке, значит, сработало.