Алмазный башмачок
Шрифт:
А что, если бы она на самом деле выходила замуж за виконта Кирстона? Распаленная этой мыслью, она с такой страстью ответила на обращенные к ней слова, что удивила даже склонившегося к ней в свете свечей епископа.
Услышав, как Корделия произносит перед алтарем слова своего брачного обета, Лео крепко сжал губы. Он прекрасно понял, какие мысли сейчас у нее в голове. Она говорила ему, что любит его, и хотя многое из сказанного можно было отнести на счет девических фантазий, но он не мог не думать о тон искренности, которая звучала в ее дрожащем от
И еще он не мог не думать о той власти, которую она приобретала над ним вопреки его воле, вопреки укоренившимся убеждениям и всем доводам рассудка.
Епископ благословил кольца, которые вернулись в небольшую золотую шкатулку, откуда их должны были извлечь во время вторичного венчания, когда настоящий жених займет свое законное место.
— Что ж, венчание прошло просто чудесно, — объявил герцог Франц, когда все вышли из часовни в темный, окруженный высокими средневековыми стенами двор. — Надеюсь, ваши обязанности будут для вас не столь трудны, милорд.
Он сунул себе в нос понюшку табаку, потом стряхнул платком с лица крошки, словно сбросил с себя тягостные годы своего опекунства.
Корделия, которую в данный момент поздравляла императрица, слышала, как и все окружающие, эту кислую фразу.
Равнодушие, сквозившее в этих словах, пробило даже ту защитную оболочку, которую она возвела вокруг себя за последние годы. Девушка повернулась, чтобы посмотреть на своего дядю, на ее глазах уже поблескивали слезы обиды.
Мария Терезия ласково потрепала ее по плечу и любезно произнесла:
— Ты всегда была очень дорога нам, Корделия. Я считаю тебя одной из своих собственных дочерей и знаю, что ты и Мария Антуанетта будете и впредь столь же близкими подругами.
Корделия сделала самый глубокий реверанс, какой только могла себе позволить, не потеряв при этом равновесия в своем объемистом туалете.
— Я безмерно ценю каждый знак вашего внимания, которым вы дарили меня все эти годы. Мою благодарность я не могу выразить в словах.
Мария Терезия одобрительно улыбнулась ей и повернулась к стоявшему рядом виконту.
— Полагаю, по дороге во Францию вы сможете познакомить княгиню Саксонскую со всеми тонкостями жизни в Версале, милорд Кирстон. Я знаю, что тамошние обычаи несколько отличаются от наших.
Виконт склонил голову.
— Я приложу все усилия, ваше величество. Ноя бы хотел еще просмотреть сегодня мою почту.
— О, неужели вы будете работать в день вашей свадьбы! — воскликнула Корделия, потеряв осмотрительность. Почувствовав на себе укоризненный взгляд императрицы, она закусила губу. — Прошу прощения, — поспешно присела она в реверансе, — что я перебила ваш разговор.
Императрица задержала на ней свой осуждающий взор еще на несколько секунд, потом повернулась и двинулась в сторону дворца, спокойно и уверенно, как галион под всеми парусами.
— Ты так порывиста, — упрекнула ее Тойнет, целуя подругу. — Даже рассердила маму.
С милой улыбкой она обратилась к виконту:
— Но ведь вы
Нас ждут семейный ужин и концерт. Месье Полигний сообщил нам, что написал новую пьесу, которую его ученик Кристиан сыграет в честь вашего бракосочетания.
Корделия бросила взгляд на виконта. Он был сдержан, в его взгляде угадывался лишь укор за ее порывистость.
— Как я понимаю, Кирстон, вы не желаете участвовать во всех скучных церемониях, — произнес герцог Франц, засовывая в ноздрю еще одну понюшку табаку. — Все эти балы и приемы… ради парочки разукрашенных павлиньими перьями девчонок… одна капризнее другой…
Лео едва смог сдержать свое отвращение к этому человеку. Корделии не следовало быть на ужине у императрицы в такой день без родственников или без представителя ее мужа.
Тесный же круг присутствующих не позволит ей пуститься в чересчур интимные разговоры.
Коротко поклонившись герцогу, виконт направился вслед за приближенными императрицы в сторону ее апартаментов.
— Виконт, вы все-таки решили не лишать нас своего общества, — с улыбкой приветствовала его императрица.
— По зрелом размышлении мне показалось неудобным отсутствовать на званом вечере по поводу бракосочетания, ваше величество, — с поклоном ответил он, беря бокал шампанского у лакея.
— Я так рада, что вы передумали, милорд.
«Улыбка Корделии подобна солнечному лучу, пробившемуся сквозь затянутое тучами небо», — подумал Лео. Что же происходит с его рассудком, если вдруг приходят на ум столь прихотливые сравнения?
— Я не могла узнать тебя на вчерашнем бале-маскараде, Корделия, — произнесла императрица, занимая свое место за круглым столом и с милостивой улыбкой оглядывая своих немногочисленных гостей. — В каком же костюме ты была?
Вопрос застал Корделию врасплох, взгляд ее метнулся к Топнет, которая тут же закрыла лицо веером, оставив на виду лишь смеющиеся глаза.
— Пастушки, ваше величество, — сымпровизировала Корделия, вспомнив наряд одной из участниц котильона.
— Очень милый костюм. — одобрительно кивнула головой императрица. — Надеюсь, вам тоже понравился маскарад, лорд Кирстон?
Теперь пришел черед Корделии прибегать к помощи веера, из-под прикрытия которого она бросила озорной взгляд на своего кавалера.
Лео не успел открыть для ответа рот, как императрица произнесла, словно никто не сказал ни слова:
— Меня возмутила девушка, появившаяся в вызывающем костюме… Мне кажется, она хотела представить себя Дианой-охотницей. Совершенно бесстыдный костюм. Я была просто в ужасе. Но мне думается, что его обладательницей была одна из приехавших к нам француженок. Мои придворные дамы не осмелились бы появиться в таком виде. Хочу верить, моя дорогая, что ты будешь способствовать улучшению версальских нравов, оказавшись там.