Алмазное ассорти
Шрифт:
Ухо не задал ему никаких вопросов и через двадцать минут подкатил к Лене на невзрачном сером «Гольфе».
Еще через двадцать минут банк закрылся, а из служебной двери потянулись служащие. Увидев Людмилу Кукушкину, Маркиз выбрался из машины и помахал ей рукой.
– И кто же вы такой? – спросила та, подойдя.
– Ну не будем же мы разговаривать на улице! – ответил Маркиз. – Хотите, я вас угощу кофе?
Людмила взглянула на «Фольксваген» и фыркнула:
– Я к незнакомым мужчинам в машину не сажусь.
– Ну,
– Ну, ладно… – Кукушкина недовольно поморщилась. – Не люблю «Шоколадницу», но так уж и быть…
Через пять минут они сидели за столиком. Перед Люсей стояла большая чашка капучино и тарелка с миндальным тортом, перед Леней – очередная чашечка эспрессо.
Пригубив кофе, он взглянул на Людмилу и проговорил:
– Наверное, вы думаете: почему я обратился именно к вам?
– И ничего подобного! – перебила его Кукушкина. – Это как раз понятно: я – единственная в этом банке, у кого есть мозги и кто не поверил в спектакль, который разыграла Алена!
– М-да, вы правы! Снимаю шляпу перед вашей проницательностью… – Леня взглянул на свою соседку с невольным уважением и даже с некоторой опаской.
– Меня другое интересует: кто же вы такой? – осведомилась Люся, отщипнув кусочек торта. – Не полицейский, это уж точно… частный детектив? Тоже вроде не похож…
– Я врач, – ответил Маркиз после непродолжительного раздумья. – Врач-психиатр.
– Оп-па! – воскликнула Людмила, уронив ложечку. – Психиатр?! А это-то при чем? Вам-то что нужно? Я понимаю, у нас в банке каждый второй псих, но пока без диагноза…
– Дело в том, Людмила, – проговорил Маркиз доверительно. – Дело в том, что я работаю в частной психиатрической клинике, а Алена – наша пациентка. То есть была нашей пациенткой.
– Что? – На лице Людмилы проступил искренний восторг, глаза загорелись, как бортовые огни заходящего на посадку самолета. – Алена – сумасшедшая?!
Леня слегка поморщился.
– Мы обычно не употребляем таких грубых выражений. Предпочитаем говорить о заметных отклонениях в психике.
Он неторопливо сделал глоток кофе, как бы собираясь с мыслями, и продолжил:
– Та женщина, которую вы знали как Алену Перепелкину… кстати, это не настоящее ее имя… так вот, у нее весьма необычное психическое заболевание. В психиатрии оно называется «сексуально-фантомный психоз». Страдают им исключительно женщины. Больная таким психозом выбирает какого-то мужчину и начинает… как бы деликатнее выразиться… начинает создавать вокруг него фиктивные отношения. Она фантазирует, делает вид, что их связывают сильные чувства, причем иногда умудряется убедить в этом окружающих.
– Ну точно, как Алена со Стрешневым! – перебила его Людмила. – Я же говорила девчонкам, что у них ничего нет, что она все это сочиняет, сама себе
– Еще раз выражаю восхищение вашей проницательностью! – проговорил Маркиз. – Так вот, позвольте мне продолжить. Может показаться, что такое психическое отклонение вполне безобидно, но это – только с первого взгляда! На самом деле женщины с таким заболеванием чрезвычайно опасны для окружающих, особенно для объекта своей болезненной страсти и для его близких. В первую очередь, конечно, для жены. Иногда вымышленный роман заканчивается вполне реальной трагедией.
Леня сделал драматическую паузу. Затем набрал побольше воздуха и заговорил, чувствуя, как, выражаясь простым языком, у него поперло вдохновение:
– Так было и с нашей пациенткой… для простоты будем ее называть Аленой. Так вот, она избрала в качестве объекта мужчину – кстати, очень приличного человека, известного веб-дизайнера. Алена работала в его мастерской офис-менеджером…
– Секретаршей, если по-простому! – вставила Людмила.
– Ну приблизительно. Сначала Алена осаждала его, как крепость, – засыпала записками, изводила телефонными звонками. Но мужчина на ее авансы не реагировал.
– Что, очень морально устойчивый?
– Во-первых, он был женат и любил свою жену…
Людмила недоверчиво фыркнула. Маркиз осуждающе взглянул на нее и добавил:
– Можете представить, такое иногда случается даже с известными веб-дизайнерами! А во-вторых, у него было железное правило – никаких шашней на работе. Но мы несколько отклонились от темы. Когда у Алены ничего не вышло с осадой, она перешла к следующей стадии – к стадии фантомного романа. Она оставляла самой себе любовные записки, посылала себе цветы…
– Точно как здесь!
– Старалась выходить с работы вместе с шефом и просила подвезти ее, хотя бы до метро, чтобы все сотрудники видели, как она садится в его машину…
– Точно как со Стрешневым!
– Когда она узнала, что шеф собирается в отпуск, подстроила так, чтобы получить отпуск в то же самое время, и намекала, что они проведут этот отпуск вместе. В конце концов, в мастерской уже никто не сомневался, что у них с шефом роман, и эти слухи дошли до жены шефа…
– Ну, всегда найдутся доброжелатели! – усмехнулась Людмила.
– Вы правы… – Маркиз тяжело вздохнул. – Жена задала мужу прямой вопрос, но он, разумеется, все отрицал. Сказал, что он эту Алену в лицо-то не очень помнит, не то что любовь с ней крутить. И тут наша Алена сама позвонила несчастной женщине и сказала, что хочет встретиться с ней и поговорить. Та, конечно, согласилась – она хотела узнать правду из первых, так сказать, рук, да и просто взглянуть на женщину, которая разрушает ее брак…
Леня немного помолчал, как бы собираясь с силами для того, что ему предстояло рассказать.