Алмаз моей мечты

Столярова Александра

– Завтра я зайду к ним, – пообещал Ник угрюмо.

– Ладно, расскажи-ка мне, как ты представляешь нашу вылазку? Во сколько пойдем?

– Наверное, ночью надо. Вечером могут заметить соседи. Это тебе не в развалюшку к Иванцову влезать, у деда домик серьезный. Решетки, замки…

– И как ты будешь выходить из гостиницы? Прыгать через забор? – спросила Серафима. – Сегодня дождя нет, тем более обещали усилить охрану.

– Значит, выйдем вечером, как все нормальные люди, и где-нибудь перекантуемся…

– И я даже знаю где! – торжествующе перебила

его Серафима.

Было около половины одиннадцатого, когда из ворот «Приюта» вышла парочка. Сторож проводил их глазами: явно на вечеринку собрались. Девушка в босоножках на высоком каблуке, джинсовой мини-юбке, вместо майки что-то сильно смахивающее на верх от купальника, на спине – ярко-красный рюкзачок. Под ручку девицу вел кавалер в джинсах и майке.

– А твои взломщицкие игрушки порядочно весят, – пожаловалась Серафима, когда они выходили из ворот под внимательным взглядом сторожа. Особое внимание дедулька уделил ее топику – блестящей тряпочке, которая ничего не прикрывала, а, напротив, норовила выставить напоказ части тела, которые выставлять не стоило. «Лучше бы убийц ловил, чем на девушек глазеть!» – И чертовы каблуки… Надо было кроссовки надеть.

– И треники, – подсказал Ник. – Тоже очень удобно.

– Иди в баню, сам-то в джинсах, а не в смокинге!

– Ну хочешь, я понесу твою сумку? – примирительно предложил Ник.

– Это не сумка, а рюкзачок. И отстань от меня, сама справлюсь. Ты, главное, следи, чтобы я его не потеряла, а то я вечно забываю где-то сумки и потом не могу вспомнить где.

Ник пообещал следить за рюкзаком. Положить отвертки было больше некуда: не идти же в бар с пакетиком, громыхающим железяками! Поэтому орудия труда домушников Серафима тащила на собственной спине.

Обычно путь до «Байкер-паба» занимал у Серафимы пятнадцать минут: в кроссовках, спокойным шагом. Теперь же она тащилась со скоростью черепахи, ежеминутно чертыхаясь и проклиная тех, кто не удосужился положить в этой части городка нормальный асфальт. Ник предусмотрительно поддерживал ее под локоть, но толку от этого было мало. А впереди еще предстоял спуск с холма по лестнице, высеченной прямо в скале! При мысли об этом Серафима заранее покрывалась холодным потом и пыталась придумать способ безболезненно спуститься, не переломав при этом ног. Разве что скатиться с холма кубарем!

Босиком идти было опасно: лестницу в изобилии усеивали острые камешки и осколки. Пришлось ковылять, изображая горную козу, пораженную радикулитом.

Очутившись внизу, она не поверила своему счастью и задрала голову, с сомнением глядя на вершину холма.

– Не представляю, как я буду подниматься здесь ночью…

– Придется тащить тебя на руках.

Серафима представила эту захватывающую сцену и расплылась в улыбке. Правда, быстро спохватилась и придала лицу суровое выражение.

– Надорвешься! Слушай, достань у меня из рюкзачка сигареты, я сама не дотянусь.

Все-таки каблуки вкупе с крутой лестницей сделали свое черное дело, и ноги у Серафимы начали

весьма ощутимо болеть. Плюс какой-то нахальный камешек попал в туфлю и натер ступню почти до крови. Прихрамывая и затягиваясь сигаретным дымом, она под ручку с Ником доковыляла до «Байкера». Там уже звучала музыка – бархатный шепчущий джаз, который так приятно слушать под плеск волн. Через час, когда в баре уже будет полно народу, начнут зажигать местные музыканты.

Серафима заметила Ярика, который небрежно протирал бокалы за стойкой и заговаривал зубы девчонке в красном обтягивающем платье. Потянув за руку Ника, она вошла в бар, уверенно села на излюбленное место и кинула под ноги рюкзак.

– Все, Ник, следи за этой пакостью, а у меня уже спина болит. Эй, бармен, как насчет мартини?

– Зая! – Ярик широко улыбнулся, чмокнул в щеку привычным поцелуем и скользнул взглядом по Нику. – Наконец-то ты нас посетила! Да еще и не одна! Какая честь для нашего заведения!

– Яр, мартини! – напомнила она, смеясь.

– Черт возьми, мартини – это так банально, аж зубы ломит с тоски. Погоди-ка, сейчас забабахаю тебе коктейль, какого ты никогда в жизни не пробовала. Красавица, не скучай, я к тебе еще вернусь! – Это он уже погрустневшей девице в красном.

Наблюдать за Ярославом, который занимался любимым делом, – сплошное удовольствие. Для начала он пожонглировал бутылкой с каким-то диковинным алкоголем, потом с грацией циркового артиста влил в шейкер напитки, молниеносно взболтал, украсил вишенкой, кусочком ананаса, бумажным зонтиком – и все это за полминуты. У Серафимы даже в глазах зарябило, и она в восторге зааплодировала.

– Яр, ты прелесть! – объявила она, пробуя коктейль. – Кстати, познакомься – это Ник, сосед по гостинице. Ник, познакомься – Ярослав, тоже москвич, но летом подрабатывает в этом баре.

Парни пожали друг другу руки, при этом Ярик радостно улыбался, а Ник не сдерживал кислой гримасы.

– Рад познакомиться, – пробормотал он без особого энтузиазма. – А мне бы пива, если можно.

– Будет сделано! – откозырял Ярослав и нагнулся под стойку за чистым бокалом.

– Ну как тебе здесь? – спросила Серафима и покосилась на Ника. – Нравится?

– Вполне. Очень приятное место.

– Самое интересное будет потом, когда заиграет живая музыка в стиле восьмидесятых. А потом дискотека.

Она снова скосила глаза, представила Ника на танцполе, и у нее даже дыхание перехватило. Черт побери, ей в напарники достался такой красавчик, было глупо не воспользоваться этим в личных целях!

Ярик принес пиво, чистую пепельницу, подмигнул Серафиме и вернулся к скучающей девице в красном. У него вообще каждый вечер случались влюбленности в разных девиц, точнее, это девицы влюблялись в обаятельного бармена и пачками падали к его ногам. Сегодня вечером у него явно случится скоротечный роман с этой красоткой, после чего та будет каждый вечер пожирать его взглядом, держаться поближе и горестно наблюдать очередное сближение Ярослава с очередной барышней.