Алмаз моей мечты
Шрифт:
Ник чем-то звякнул, потом заскрипели несмазанные петли, и он обернулся, потянув Серафиму за руку.
– Идем же!
И они вошли в распахнувшуюся калитку.
Поначалу действовали в полной темноте. Ник велел подать ему инструменты. Раздраженная тем, что под ноги ей постоянно попадались какие-то неровные булыжники, Серафима уточнила:
– Шпильки? Детский ножик? Что именно тебе нужно?
– Откуда я знаю, что может понадобиться? Давай все.
Пришлось ей рыться в рюкзаке, на ощупь выбирая нужные предметы.
Провозившись несколько минут, он плюнул и с горечью заметил:
– Никак. Мне ни черта не видно. Вроде бы у нас был фонарик?
– С фонариком мы будем тут как на ладони!
– Я его рукой прикрою. Доставай!
Но и при жалком свете фонарика действовать легче не стало. Выяснилось, что замок какой-то особенно сложный, навороченный и одним ножом тут не обойтись. В ход пошла отвертка. В душе у Серафимы медленно вскипало раздражение.
– Так не годится, – сказала она страшным шепотом, стоя у Ника над душой. – Мы сломаем замок, и все – заходи кто хочешь и воруй с чистой совестью. Придется придумать что-то другое.
Ник вытер пот со лба и довольно нервно посоветовал не говорить ему под руку. А чем отвлекать человека от дела, лучше бы ей обойти дом и посмотреть, что там и как.
Серафима была только рада отойти подальше от раздраженного сообщника. Фонарик был нужен Нику, поэтому она воспользовалась проверенным способом и пошла по периметру дома, подсвечивая себе под ноги мобильником.
Особняк окружал старый запущенный сад. В зарослях растений стрекотали цикады, пахло цветами и землей. Вокруг дома шла дорожка из природного камня – вот обо что Серафима постоянно спотыкалась!
Окна были зарешечены. Что и следовало ожидать: человек, хранящий у себя драгоценный камень, должен был позаботиться о собственной безопасности. Да и дом был немаленьким, наверняка под завязку набит дорогой техникой. Вот только как теперь проникнуть внутрь?
Серафима повернула за угол. Со всех сторон возвышались густые заросли каких-то благоухающих растений, а впереди маячили темные силуэты средневековых башен. Журналистка здраво рассудила, что это пространство уже не просматривается из соседних домов, а со стороны крепости вряд ли кто-то разглядит жидкий свет фонарика и человеческие фигуры. Это ее слегка ободрило.
На задах дома она обнаружила еще одну дверь, тоже металлическую и снабженную нехилым замком. Такой вряд ли можно проковырять дамской шпилькой. Серафима подняла голову, посветила вверх, убедилась, что и здесь на окнах решетки.
Пожалуй, в какой-нибудь бастион легче проникнуть, чем в особняк старого ювелира!
В этот самый момент Серафима услышала рядом чье-то дыхание и на плечо ей легла тяжелая рука. Сердце ее на какой-то момент перестало биться, в глазах потемнело от страха, хотя куда уж темнее. Журналистка уже приготовилась падать
– Фиговый план, и взломщик из меня фиговый.
– Ник! – Серафима стряхнула с плеча его руку. – Ты что, спятил, вот так подкрадываться в темноте? Я чуть не померла от страха.
– Извини, – буркнул он. – Дай сигарету, пожалуйста…
– Плохи дела? – уточнила девушка, протягивая ему пачку. – Кури осторожнее, мало ли что.
– Не получается у меня сломать этот замок. Он какой-то заколдованный! Ужас, эти твои вонючие ментоловые палочки!..
– Не заколдованный, а просто супернавороченный. А ты как хотел?
– Я смотрю, ты тут вполне освоилась. Что здесь?
– Задняя дверь, точно такая же, как и та, входная. Дохлый номер.
Ник тяжко вздохнул, присел на корточки, опершись спиной на кирпичную стену, и тут же отскочил.
– Что там такое? – заинтересовалась Серафима.
– Какая-то решетка. Посвети мне! Где фонарь?
– Так он же у тебя был!
Выяснилось, что фонарик Ник забыл возле крыльца. Пока он бегал за пропажей, Серафима принялась усердно светить на стену мобильником, чтобы понять, что же заинтересовало Ника.
И обнаружила почти у самой земли маленькое зарешеченное окошко, по всей видимости, подвальное. Свет дисплея внутрь помещения не проникал, зато Серафима подергала решетку и с азартом констатировала, что прикреплена та весьма слабо.
– Вот, смотри! – радостно зашептала она, почти ткнув Ника носом в эту решетку. – Открутить эти винтики ничего не стоит, тем более у нас отвертка с собой!
– Но мы же не дождевые черви, чтобы протискиваться в это крошечное оконце!
– Ничего, как-нибудь пролезем!
Ник с удвоенным рвением взялся за решетку. Открученные винты он прятал в кармане джинсов, чтобы потом вернуть все на место. Работа кипела, и уже через несколько минут решетка стояла прислоненная к стене, а сообщники с удовлетворением взирали на результат своих трудов. Серафима подергала раму, и окно вдруг с ужасающим стуком распахнулось.
– Вот это сюрприз! Оно не заперто. Так, давай я первая попробую. Где фонарь?!
Она склонилась над окном и посветила вниз. Луч фонарика выхватил из темноты плиточный пол, стиральную машинку, пустую корзину для белья. Под окном стоял верстак, на котором громоздились какие-то коробки.
– Я, пожалуй, смогу спуститься вниз, – уведомила Серафима. – Вот только не уверена, что не грохнусь. Ладно, я пошла.
Кое-как она протиснулась в узкое окошко, чуть не оставила на улице свой топ, который норовил за что-то зацепиться и коварно оставить свою владелицу голышом. К счастью, родители наградили ее достаточным ростом и худобой, чтобы позорно не застрять на полпути. Серафима пролезла внутрь, дотянулась ногами до верстака и с чувством глубокого облегчения спрыгнула на пол.
– Все в порядке! – объявила она и помахала Нику, который с интересом наблюдал за акробатическими трюками, подсвечивая сообщнице фонариком.