Алхимик 2
Шрифт:
Пока прессованные таблетки сохли, я получала первый урок техник от Бай Шаня, выглядевшего задумчивым и несколько растерянным. Похоже, для него использовать ци так же естественно, как и дышать, а объяснить процесс дыхания понятными для человека терминами — та ещё задачка. Ну ничего, я верю, что он справится.
— Думаю, ты уже знаешь, что ци бывает внешней и внутренней, — начал он, расхаживая из стороны в сторону, заложив руки за спину. Для образа мудрого наставника не хватало только длинной бороды и мудрого взгляда, смотрящего куда-то вглубь веков.
Я кивнула. Как говорится, это
— Внешняя и внутренняя ци находятся в условном равновесии, — продолжил Бай Шань. — Когда внутренняя ци заканчивается, практики погружаются в медитацию, поглощая ци извне или производя собственную, но последнее долго, а все мы хотим быстрого результата. Так вот, когда ты медитируешь, чувствуешь ли ты, как движется энергия?
Я задумалась. Вопрос был неожиданно сложный. Вроде, конечно, чувствовала, но сильно уверена в этом не была. Может, я что-то не то чувствовала? Поэтому осторожно кивнула, не вдаваясь в подробности. Бай Шань, заметив мои сомнения, тяжело вздохнул.
— Простейшая техника давления — это когда твоя внутренняя ци вырывается вовне, направленная на конкретный объект. Пример.
Пискнуть я не успела, как меня припечатало к земле. Дышать стало тяжело, горло сдавило, в глазах потемнело, и в этот момент я поняла, что сейчас умру. Но вдруг всё исчезло. Я сделала глубокий вдох и закашлялась. Рука сама собой принялась искать метлу или хотя бы полотенце. Мне понадобилось пара секунд, чтобы понять, что мы снаружи и ничего подобного рядом нет, и это — часть урока. Пусть неприятная, но всё же часть. Будем надеяться, я по итогу смогу так же. А пока я прокашлялась и поморщилась и жестом показала, что готова внимать дальше.
— Сейчас, — продолжал Бай Шань, делая вид, что не замечает моего состояния, — к давлению внешнего ци, которое и так действует на всех людей, я прибавил своё, направленное конкретно на тебя. И да, госпожа Лу Шиань, вы очень даже неплохо держались: обычные люди уже должны были валяться без сознания, а у вас сопротивляемость очень даже неплохая для обычного человека. Для практика она должна быть чуточку повыше.
Я кивнула, соглашаясь с его словами. Вот вроде похвалил, конечно, но как-то всё равно обидно стало. Я считала себя практиком и, соответственно, надеялась, что моё сопротивление окажется неплохим хотя бы для ученика секты. А меня опять сравнили с обычными людьми.
— Обычные люди крайне чувствительны к перепадам ци, даже очень маленьким. Так что сейчас ваша задача — научиться направлять ци вовне. Посмотрите вниз.
Я опустила глаза и увидела, как у ног Бай Шаня трава приминается кругами, при том что полы его халата остаются недвижимыми.
— Сейчас первым этапом вам надо научиться делать так же: заставить свою ци расходиться кругами, потом направлять её в одну точку, но не едва заметным потоком, а словно вы ведро воды выливаете — резко и мощно. Сейчас все ваши манипуляции с энергией едва ли не полуосознанны, хотя и это позволяет вам творить удивительные вещи. Что будет, когда вы овладеете ци в полной мере, мне и представить страшно. Ну а пока попробуйте вдавить траву кругами.
Звучало вроде понятно и просто. Вот только это оказалось совсем не так.
Бай Шань некоторое время смотрел на меня, а потом вздохнул:
— Госпожа Лу Шиань, управление ци — это как дыхание, вы же не думаете, когда дышите?
Мне снова захотелось в него чем-то кинуть. Не люблю чувствовать себя дурой, а с ним это слишком часто получалось. И самое обидное — получалось так потому, что всё, что он рассказывал, было для меня ново. Одно дело читать в манхве, как легко и непринуждённо с помощью ци парень швыряется галактиками, другое дело — понять хотя бы, как работает ци, потому что это всё ещё не влезало в рамки моего сознания, в котором царствовала наука.
Дышать, да? Вдыхаем условный кислород, выдыхаем углекислый газ, который во что-то преобразуется или не преобразуется. Чем больше я думала, тем менее понятным мне всё становилось. Я даже насчёт правильности дыхания загоняться начала: что там первое — вдох, выдох, а правильно ли у меня расширяется грудная клетка? Или правильнее дышать животом или ещё чем? Так, к чёрту, попробуем по-другому!
Я закрыла глаза и начала втягивать в себя ци принудительно, понимая, что у меня своей ещё много и ей надо куда-то уходить, так пусть уйдёт вовне, перельётся через край, как вода в бочке, в которую доливают и доливают. Я буквально ощутила, как моё ци небольшой волной «вылилось» наружу. Уже хорошо, но мне нужны не отдельные плюхи, мне нужно равномерное выливание. То есть в мою условную бочку надо лить не из ведра — нужен шланг с постоянной подачей воды. И тогда выливаться будет со всех сторон равномерно.
Я настолько увлеклась этой визуализацией, что вздрогнула, когда меня тряхнули за плечо.
— Госпожа Лу Шиань, вы в порядке? — во взгляде Бай Шаня было заметное беспокойство.
— А не должна? — неподдельно удивилась я. — Ты же сам сказал, что это базовая техника.
— Да, — согласился Бай Шань. — Базовая техника, когда трава под воздействием ци приминается, а не когда она с одной стороны замерзает, с другой начинает гореть.
Я опустила взгляд вниз. Часть травы действительно казалась обгоревшей, а часть — покрытой инеем. Это вообще как?
— Вы это вообще как сделали?! — задал мне мой же вопрос Бай Шань.
— Случайно? — включила я дурочку, а потом вздохнула. — Честно говоря, сама не знаю. Я представила себе бочку, в которую равномерно льётся вода, а она так же равномерно выливается.
Бай Шань на секунду задумался, закрыл глаза и уточнил:
— Примерно так?
И тут я увидела, как трава под его ногами с одной стороны пожухла и обледенела — там реально были травинки, закованные в лёд, — а с другой стороны они же вспыхнули ярким пламенем, под которым лёд не таял, а то, что было не во льду, буквально исчезало под языками пламени. Я истерично хихикнула, а Бай Шань удовлетворённо кивнул.