Альфа Грей
Шрифт:
Что бы с ней ни происходило, у меня плохое предчувствие, что это как-то связано со мной, потому что она замирает всякий раз, когда я подхожу близко. Итак, я пытался сохранять дистанцию, наблюдать за ней издалека, пока мой волк недовольно воет.
К тому времени, как Брок объявляет окончание дневного сеанса, мое беспокойство достигает предела. Я немедленно направляюсь туда, где Фэллон сидит в грязи после того, как ей в сотый раз за сегодняшний день надрали задницу. Ее глаза широко распахиваются, когда я присаживаюсь рядом с ней на корточки
— Как запястье? — Спрашиваю я, беря его в руку и проводя кончиками пальцев по изгибу кости. Я чувствую тепло искр на ее коже от моего прикосновения.
— Прекрасно, — ворчит Фэллон. Она поднимает на меня глаза, такие большие, такие голубые.
— Мы можем поговорить?
Некоторое время она ничего не говорит, только нервно оглядывается по сторонам.
— Где? — бурчит она.
Я тоже оглядываюсь. Тренировочное поле по-прежнему заполнено людьми, а в комплексе их должно быть еще больше.
— В лесу? — Предлагаю я.
Фэллон просто слегка кивает, вырывая свое запястье из моей хватки.
— Я найду тебя, — шепчу я, выпрямляясь и поднимаясь на ноги.
Я направляюсь присоединиться к другим альфам, пока новобранцы уходят с поля в казармы, чтобы принять душ и перекусить. Я краем глаза слежу за Фэллон, наблюдая, как она отстраняется, затем направляется к воротам.
Джакс тоже замечает ее уход, проследив за моим взглядом.
— Куда она направляется? — спрашивает он, когда Фэллон проходит мимо ворот в лес.
Я бросаю на него предупреждающий взгляд, но выражение моего лица должно меня выдать. По лицу Джакса расползается ухмылка.
— Ах, я понял, — посмеивается он. — Продолжай, лапочка.
Я игриво бью его по руке, немного сильнее, чем намеревался.
— Разве мы не собираемся подводить итоги? — Спрашивает Брок, хмуря брови. Все по делу.
Я вздыхаю, проводя рукой по лицу. — Позже?
Брок не выглядит довольным, но кивает.
Я убегаю от других парней, закатывая глаза, когда слышу, как Тео издает звук хлыста. Из всех людей этот парень понятия не имеет, каково это — испытывать чувства к женщине. Он отъявленный бабник, который заманивает к себе в постель волчиц и заводит романы на одну ночь. Он никак не смог бы понять, через что я сейчас прохожу.
Выйдя за ворота, я иду по следу Фэллон в лес. Далеко она не ушла — отдыхает на пне на краю поляны, где я нашел ее тренирующейся с Бойдом на прошлой неделе. Когда я приближаюсь, под моей ногой хрустит ветка, и Фэллон вскакивает на ноги, глядя в мою сторону.
Она не похожа на саму себя. Фэллон, которую я знаю, жестокая, грозная… но девушка, стоящая передо мной, похожа на испуганного кролика: ее глаза широко раскрыты, плечи напряжены.
Я собирался подойти к ней, зацеловать до бесчувствия, но, увидев ее такой, я задумался. Я сделал что-то не так? Неопределенность
— Привет, детка, — бормочу я, резко останавливаясь перед ней. Я ничего не могу с собой поделать — я должен протянуть руку, должен коснуться ее. Я беру ее лицо в свои ладони, приподнимая ее голову, чтобы она посмотрела на меня. — Что происходит?
Фэллон качает головой, мои руки соскальзывают с ее лица, когда она делает шаг назад. — Ничего. Просто не мой день, — ворчит она.
Я смотрю на нее сверху вниз, но она не смотрит на меня. — Я сделал что-то не так? — Наконец спрашиваю я.
Она снова качает головой, но когда я делаю шаг к ней, она складывает руки на груди, словно защищаясь.
— Детка… — Я выдыхаю, провожу пальцем под ее подбородком и приподнимаю ее голову. — Поговори со мной.
Выражение ее глаз подтверждает, что что-то определенно не так. Они стеклянные, как будто она борется со слезами — выражение ее глаз чертовски ломает меня.
Она, должно быть, чувствует это, потому что отворачивается, резко оборачивается и поворачивается ко мне спиной. — Почему бы тебе не избавить нас обоих от лишних хлопот и не перестать притворяться, что тебе не все равно, — бормочет Фэллон.
— О чем ты говоришь? — Спрашиваю я, разворачивая ее лицом к себе. Она борется со мной, толкая меня в грудь.
— Это ведь то, чем ты занимаешься, верно? Встречаешься с девушками, а потом бросаешь их после полнолуния? — Фэллон прищуривает глаза, в ее тоне слышится яд.
Я недоверчиво качаю головой, мои глаза широко распахнуты. Это было последнее, чего я ожидал. — Что? Нет! С чего ты это взяла?
Фэллон снова пытается оттолкнуть меня, но я продолжаю держать ее за плечи. Я не отпущу ее, пока она не объяснится и я не смогу это как-нибудь исправить.
— Я услышала это от Ханны, Грей, — хрипит она. — Ты знаешь, как это унизительно? Услышать от нее, что я всего лишь еще одна в длинной череде девушек, попавшихся на твои уловки.
Ее обвинение выводит меня из себя.
— Ханна? Ты, блядь, издеваешься надо мной? Почему ты веришь хоть единому ее слову?
Я хмурюсь, убирая руки с плеч Фэллон.
Она выглядит немного удивленной моей реакцией, ошеломленной тем, как я повысил голос.
— Зачем ей лгать об этом? — Спрашивает Фэллон, недоверчиво качая головой.
Я вздыхаю, зажимаю переносицу большим и указательным пальцами и закрываю глаза. — Я не знаю, Фэллон. Вероятно, потому, что она хочет быть Луной, как и любая другая самка без пары в стае.
Я делаю вдох, затем заставляю себя открыть глаза и снова смотрю на Фэллон. — Она двоюродная сестра Холли, и Холли пыталась свести нас, когда Ханне исполнилось восемнадцать. Но я клянусь тебе, что она никогда не интересовала меня, и полнолуние подтвердило, что мы не пара.
— Ханна — двоюродная сестра Холли? — Спрашивает Фэллон, морща нос.