Альфа Грей
Шрифт:
— Говори, — говорю я прямо.
Она делает еще один глубокий вдох, снова сцепляя руки перед собой. Она сжимает их так сильно, что белеют костяшки пальцев.
— Я так сожалею о том, что произошло, — начинает она. — Я потеряла контроль, и это больше не повторится. Просто… — она замолкает, и я чувствую запах ее свежих слез, прежде чем она отводит глаза, чтобы скрыть их от меня. — Пожалуйста, не прогоняй меня, — шепчет она.
Это как удар кинжалом прямо в мое сердце. Я тяжело сглатываю, пытаясь сохранить стоическое выражение лица.
— Как я могу позволить
Фэллон поднимает на меня взгляд, вытирая глаза, прежде чем из них может выкатиться слеза. — Потому что все, чего я когда-либо хотела, — это быть в отряде. Это значит для меня все. Я потратила годы на тренировки, учась драться, чтобы у меня получилось. — Ее голос немного срывается, и она делает паузу, втягивая воздух. — Я не знаю, кто я без этого. Я не умная и не преуспеваю ни в чем другом.
Мой волк скулит от ее самоуничижительных комментариев, но я остаюсь невозмутимым.
Взгляд Фэллон опускается в пол. — Пожалуйста, — шепчет она. — Это единственное, чего я когда-либо хотела. — Медленно она снова поднимает на меня взгляд, удерживая зрительный контакт. — До тебя.
Это как будто нож в моей груди повернули. Мне, блядь, конец. Я хочу броситься к ней, заключить в объятия и зацеловать до смерти. Я крепче скрещиваю руки на груди, чтобы сдержаться.
— Фэллон… — Я вздыхаю. Несмотря на все мои усилия, я ничего не могу с собой поделать. Я подхожу к ней, раскрывая объятия. Почти инстинктивно она прижимается ко мне, и я притягиваю ее ближе, прижимаясь лицом к ее макушке и вдыхая ее аромат.
Такое чувство, что она цепляется за меня изо всех сил, но я заставляю себя отстраниться, наклоняюсь, беру ее за подбородок и наклоняю ее лицо к своему.
Ее губы не шевелятся, но глаза говорят мне все, что мне нужно знать. Они полны печали и сожаления, и я знаю, что она искренне так думает. Тем не менее, это не отменяет ее действий; нет кнопки перемотки назад, которую она могла бы нажать, чтобы стереть свои ошибки.
Я отстраняюсь, отворачиваюсь от нее и делаю несколько шагов дальше в свою комнату. Потеря ее прикосновений мучительна, но я должен установить дистанцию между нами, чтобы мыслить здраво. Я снова поворачиваюсь к ней лицом, протягивая руку, чтобы потереть тыльную сторону шеи.
— Ты знаешь, почему я пошел в службу безопасности? — Спрашиваю я, пощипывая напряженный узел мышц на задней поверхности верхней части позвоночника.
Фэллон снова складывает руки перед собой. — Чтобы защитить шесть стай.
Я вздыхаю, прислоняясь спиной к комоду. — Верно, но дело не только в этом.
— «Стая Теней»? — осмеливается спросить она, уставившись себе под ноги.
Я киваю. — Да. — Между нами повисает долгая пауза, прежде чем я продолжаю. — Вас всех учили бояться «Стаи Теней», но вы не знаете, насколько они опасны на самом деле. Вам никогда не приходилось
Глаза Фэллон поднимаются, чтобы встретиться с моими.
Я выдохнул. — А я да.
Фэллон
Я чувствую, как сжимается моя грудь в ответ на признание Грея. До меня доходит, что, хотя я уже несколько недель тоскую по этому парню, на самом деле я ничего о нем не знаю. Я ничего не знаю о его прошлом, или как он стал Альфой, или что привело его стаю на нашу территорию. Я не знала, что у него была стычка с ними. «Стая Теней» всегда была абстрактной идеей; чем-то, чего я научилась бояться, толком ничего не зная о них.
— «Стая Теней» пришли за нами, — заявляет Грей, опустив глаза в пол. — К тому времени, когда мы узнали, что они приближаются, было слишком поздно. У нас не было ни единого шанса.
Медленно Грей переводит взгляд на меня, и я вижу боль, клубящуюся в его глазах. — Они убили мою семью. — Его голос звучит немного напряженно, выражение лица искажается, как будто его преследуют воспоминания.
— Выжило меньше половины стаи. Моего отца убили, поэтому они надеялись, что я стану их Альфой. Какое-то время мы были предоставлены сами себе, просто выживали, пока не нашли стаю Рида. После чего уже был создан альянс «Шести Стай».
— Грей… — шепчу я. Его история опустошает меня. Я подхожу к нему, притянутая как магнитом, и прижимаюсь к нему всем телом, обвивая руками его шею. — Мне так жаль…
Грей просто качает головой, кладя руки мне на талию. — Мне не нужно твое сочувствие, — говорит он, его голос снова становится жестким. Его темные глаза широко раскрыты и искренни. — Я хочу, чтобы ты поняла, насколько реальна угроза, и что она существует. Я знаю, у тебя есть идеализированное видение вступления в отряд, становления воином, но это не игра. Наша работа — защищать шестерку, мы — все, что стоит между ними и «Стаей Теней». Это вопрос жизни и смерти.
Серьезность его слов тяжела. Я хочу унять его боль, сразиться за него с его демонами. Я протягиваю руку, чтобы коснуться колючей щетины на его подбородке. — Я понимаю, и я не боюсь боя. Позволь мне остаться.… Я буду рядом с тобой, буду сражаться вместе с тобой.
Без предупреждения Грей притягивает мое тело к своему, прижимаясь своим ртом к моему. Между нашими губами вспыхивают искры, когда я поднимаю руку к его волосам, запуская в них пальцы. Я настойчиво целую его в ответ, приоткрывая губы и просовывая язык в его восхитительный рот, переплетая его с его собственным.
Он не прекращает целовать меня, скользя руками вниз к моей заднице, обхватывая обе ягодицы и приподнимая меня. Я раздвигаю ноги, чтобы оседлать его, когда он разворачивает меня и усаживает на комод, кладя одну руку мне на талию, а другую — на затылок.
Он прижимается ко мне всем телом, и я чувствую твердость его члена, прижатого к моей сердцевине. Моя киска начинает пульсировать от необузданного желания, когда он прикусывает мою нижнюю губу, проводя по ней зубами. О, да.