Аlexandr

Бобух Максим Николаевич

– ваше высочество, а вы не плавали ли случайно с капитаном Мухой?

– Это что за намеки?

– Просто мне показалось, что вы выражаетесь высоким морским штилем.

– нет не плавал, зато был в походе с двумя тысячами казаков, там и не такое услышишь.

За завтраком мое новое украшение на лице вызвало нездоровый интерес. Екатерина уже хотела послать за лекарем для меня, и гвардейцами за Строгановым, для сопровождения последнего в Петропавловскую крепость. Но бурную деятельность бабки удалось погасить, объясняя, что никакого оскорбления

не было, просто мы тренировались.

Императрица попросила быть более осторожными, как никак имеют дело с наследником, и попросила Аракчеева, который уже был здесь присмотреть за нами, как самого ответственного. Во многом такое отношение к себе Алексей Андреевич заработал с рекомендации Салтыкова на вчерашнем балу.

– Саша, я жду тебя после обеда, к трем часам, - обратилась ко мне императрица к концу завтрака.

– Непременно буду, ваше величество. А я жду тебя в своем кабинете, через час, портитель царских физиономий.

Все засмеялись последней шутке и на этом завтрак был закончен.

Затем, мы с Лизой прогулялись по невскому. Меня не переставало удивлять то, что столь высокопоставленные лица могут спокойно прогуливаться без охраны. Хотя если вспомнить, эта идиллия закончилась при Александре втором освободителе. А до этого момента покушение на лиц монаршей фамилии, а уж тем более покушение на самого монарха было самым страшным святотатством.

Паша зашел ко мне в кабинет с огромной кожаной папкой, с золотым тиснением.

– Солидно, это все материал по нашему делу?

– И вам не хворать, ваше императорское высочество.

– Не паясничай. Дел у нас невпроворот.

– Хорошо, с чего начать?

– Сколько людей уже переправлено.

– Тысяча сто.

– Мало, нужно раз в десять больше.

– не так легко найти подходящих. Сам же говорил, должны быть полностью надежными. А где ж столько таких возьмешь. К тому же, по твоей рекомендации, зело проницательной, пытался отправлять как можно разными маршрутами и кораблями. Почти семь сотен людишек отправились посуху. больше месяца добирались.

– Ладно, хорош жаловаться, сколько мастеровых и куда отправил.

– Триста семьдесят душ. В Лондон, Бирмингем, Саутгемптон, Портсмут, Манчестер, Шеффилд. К корабелам как ты и говорил никого не отправил. только на железоделательные заводы, суконные мануфактуры. Всех проинструктировал.

– Сеть составил?

– Да. почти по всей Англии. Замкнул как и договаривались на Вите Кочубее. В случае чего он прикрыт Воронцовым, да и вообще, граф обещался помочь всем, и не просил раскрывать тайну. Я обещал в случае удачи, благосклонность со стороны вас. В общем, с этой стороны все в порядке. Касса тоже находится у Кочубея.

– Как насчет финансовых проектов. Нашли одного молодого еврея, только из Оксфорда. Сам из Киева.

– Что знает?

– Практически ничего, используем втемную. Через Анну Павловну Бейн, жена одного из лондонских аристократов. Урожденная Рогожина. Воронцов ей как то оказал помощь, в неофициальном порядке, сделав

дворянские документы, хотя она была дочкой купца первой гильдии. как об этом узнал Кочубей не знаю, он и не говорит. Я сам подходил к ней, представился чужим именем, намекнул на документы. Она оказалась девкой умной, не зря у нее папаша в первой гильдии, согласилась помочь. А уж когда узнала, что может немного денег срубить, - эх, дурной пример заразительный, - сказала что согласна на все. Новый муж оказался достаточным скупердяем, не балует ее как папаша. Через нее передали деньги Исааку Монштейну, он открыл игорные дома, в районе портов и салон в Челси. Твои придумки просто восхитительны. Прибыль бешеная, так что за финансы можно не беспокоиться. Вся сеть вербует новых агентов. Поляки даже не знают, что работают на Россию, думают помогают польским предводителям дворянства.

– Это хорошо, влияние на парламент?

– Когда уезжал было некоторое влияние. Несколько лордов имеют долги в игорных заведениях, другие имеют долги перед нашими агентами, а есть имеющие долю в нашем бизнесе.

– Во всяком случае будем иметь всю информацию из правительства. Как по военному ведомству.

– Больше шестисот человек смогли попасть во флот. Двести восемь стали унтер-офицерами, еще шестьдесят канонирами, восемь шкиперов. остальные матросы. Правда сто человек попало в вест-индийскую компанию.

– Это плохо. Хотя, кто знает где столкнемся. Списки все в порядке?

– Да. Кто на каком корабле мы знаем. раз в месяц они отправляют сообщения кураторам. Кочубей имеет всю информацию. И раз в неделю отправляет сюда.

– Хорошо. Оставишь мне все. постараюсь до завтра ознакомиться. как подготовка новых людей.

– Готовим. Опыта все больше, так что все лучше и лучше. Правда мне не понятно, почему ты не хочешь ввести эти преобразования у нас в стране. Наши рабочие тоже живут впроголодь. А крестьянство?

– Потому что, все это не работает, а только разваливает государство. Вот пусть у них будут стачки, митинги, и восстания. А мы будем работать постепенно. Поступательно двигаться вперед. Знаешь поговорку: тише едешь, дальше будешь. А будешь гнать окажешься в канаве.

– Тебе виднее. ты же у нас высочество.

– Тем более. Но главное направление у нас - это парламент и правительство. Нужно делать агентов влияния не только из правящих кругов, но и из оппозиции. Будет возможность, профинансировать ее, сделать правительство послушное нашей воле.

Ладно, на этом закончим. Сколько еще надо денег?

– В Лондоне деньги не нужны, там их с избытком...

– Можете тратить на себя, только в пределах разумного. Не для отдыха вас туда посылаю.

– А сейчас нужно тысяч десять.

Я написал расписку:

– Передашь это Салтыкову, он даст денег. Что еще?

– Мы посовещались, когда я был в Лондоне, решили откладывать твою долю. Вот счет. Он конфиденциальный. В Шотландском национальном. Когда я уезжал, там было девяносто тысяч рублей, золотом.