Александровский cад
Шрифт:
Придя домой, Лешка медленно стянул гимнастерку и тщательно умылся. Затем он разжег примус, поставил чайник и сел за стол, на котором лежали начерченные накануне схемы. Казарин взял в руки карандаш и приготовился внести изменения, однако мыслительный процесс был прерван стуком в дверь. Алексей нехотя поднялся со стула и пошел открывать. На пороге стояла Вера.
– Привет, можно войти?
– Привет, что случилось? – Лешка пропустил Веру в комнату. Она прошла и остановилась у стола,
– Голодаешь? – грустно усмехнулась Вера. – А что ты хотел? Такова участь всех холостяков!
Казарин нахмурился.
– Вер, ты опять…
– Ладно, ладно, – махнула рукой Чугунова. – Я по делу пришла. Мне позвонила Света Сталина, попросила помочь. Полчаса назад к ней зашел Власик и передал просьбу отца сегодня никуда из Кремля не уходить и не уезжать. Почему, она не поняла и сидит вся. в слезах. Попросила зайти, и вот…
Вера показала Лешке какое-то письмо. Казарин нехотя взял конверт и, повертев его в руках, спросил:
– Что это?
Вера перестала улыбаться и заговорила шепотом:
– Письмо к Каплеру. Умоляла меня обязательно сегодня передать. Дрожит аж вся, бедная… Говорит, ему угрожает какая-то опасность.
Казарин на секунду задумался.
– Значит, она уже вернулась из Зубалова. Ну вот и славно, – почему-то повеселел он.
Вера недоуменно пробормотала:
– Не знаю, как насчет поездки, но тебе придется пойти со мной.
Казарин давно понял, зачем пришла Вера, но ему хотелось услышать все, о чем говорили подруги.
– Это почему? – небрежно поинтересовался он. Вера зачем-то взяла в руки Лешкины схемы и сконфуженно произнесла:
– Света просила, чтобы ты меня проводил. У них сегодня свидание на той квартире… Ну ты знаешь где…
– Допустим, – холодно ответил Казарин. Чугунова помолчала и добавила:
– И еще она сказала, что Каплер только тебе доверяет.
– Это ты сама придумала? Вера вспыхнула:
– Казарин, я в детские игры уже давно не играю. Она подошла к двери.
– Так ты идешь?
Лешка молча взял со спинки кровати портупею и, застегнувшись на все пуговицы, ответил:
– Куда ж я денусь.
Он еще хотел что-то добавить про «рыцарство» и «героизм», однако пустая кобура на боку заставила его снизить пафос.
Каплер подошел к подъезду и уже взялся за ручку двери, когда за его спиной неожиданно раздался голос:
– Товарищ Каплер!
Писатель обернулся. Перед ним стоял человек в штатском.
– Пройдите, пожалуйста, в машину.
Из темноты вышли еще двое плечистых парней. Алексей Яковлевич оглядел всех троих:
– Я с мужчинами на свидание не хожу.
Дверца припаркованной у тротуара машины раскрылась.
– Давайте
– Ну, тогда вы угощаете.
Когда Кремль скрылся за поворотом, Вера взяла Алексея под руку. Он непроизвольно вздрогнул. Вера, как ни в чем не бывало спросила:
– Алешка, Татьяна объявлялась?
Казарин скрипнул зубами, но ничего не ответил и продолжал молча шагать по Солянке в сторону Ивановского монастыря.
– Слушай, я не хотела тебе говорить, но Татьяна приезжала в Москву.
– Я видел, – произнес Лешка, не сбавляя скорости и не поворачивая головы.
– Ты?! Видел?! С ним?! – изумилась Вера. – И вот так спокойно об этом говоришь?
Лешка вдруг остановился и посмотрел на бывшую одноклассницу: в его взгляде была невыносимая боль. Но уже через секунду он резко развернулся и быстрым шагом отправился дальше, так, что Вере пришлось догонять его бегом. Поравнялась с ним она лишь метров через десять и вновь взяла его под руку. Лешка не сопротивлялся.
В подъезд дома возле Астаховского переулка они зашли, не проронив больше ни слова. Вера и Алексей поднялись на третий этаж и нажали кнопку звонка. Вокруг было темно, единственная в подъезде лампочка горела только на первом этаже.
– Вам кого?
Голос был незнакомый, и Алексей, на всякий случай, переспросил:
– Алексей Яковлевич?
Щелкнул згамок, и в это время сзади на голову Казарина обрушился удар. Если бы рукоятка пистолета попала Лешке в затылок, то он в лучшем случае потерял бы сознание.
Но удар пришелся в плечо. Это Вера, успевшая заметить нападавшего, с визгом оттолкнула Казарина к стене.
А в следующее мгновение распахнулась дверь, и перед Вериным лбом появилось дуло пистолета.
– Светлана Иосифовна, стойте на месте и не дергайтесь, иначе я разнесу в щепки вашу красивую головку.
– Это говорил тот самый «летчик», с которым Казарин уже имел несчастье столкнуться в ресторане. Другой наставил оружие на Казарина. И в этот момент Вера вдруг ойкнула, закатила глаза и стала оседать на пол.
– Черт! – Один из диверсантов бросился к ней, а второй непроизвольно скосил глаза в сторону неподвижно лежащей девушки. Этого мгновения Алексею хватило, чтобы резко оттолкнувшись от стены, выбить пистолет у одного и со всего маху обрушиться на другого, одновременно выхватив кортик, торчащий у него из-за ремня. Диверсанта, располагавшегося ближе, он убил ударом под лопатку. Поднимающемуся второму резким броском метнул нож в горло. Рухнувшее тело придавило лежащую на полу Веру. Лешка бросился к ней и с удивлением обнаружил, что она в полном сознании, и даже в состоянии говорить.