Алекс [СИ]

Максим Казакевич Валерьевич

— По живому режешь, начальник. Не разбивай нашу пару, сукой будешь.

— Боп, перестань давить на меня своими уголовными штучками. Я так решил и вам остается только со мной согласиться. А если вы не согласны, то я могу издать письменный приказ с подшивкой в личное дело. Вам это надо?

Боппарт угрюмо промолчал и Леви отрицательно мотнул головой.

— Вот и хорошо, с этим вопросом разобрались. В-общем, все остается, как вы решили до моего прибытия. Курсант Дронин будет летать ведомым у Леви, а Тапиока у тебя,

Боп. Вы уже вроде слегка привыкли друг к другу, так что особых проблем быть не должно. И не надо делать такое недовольное лицо — это не смертельно.

— Это, смотря с какой стороны посмотреть…,- заметил Леви.

— Елы-палы, ну ты-то хоть не начинай все с начала! Не навечно же это, только на несколько месяцев, пока практика не закончится. И потом, я не сказал самое главное. Хоть я и разбил вашу пару, но порознь работать в космосе категорически запрещаю. То есть фактически я сделал из вас боевой квадрат. Надеюсь, это вас устраивает?

Леви и Боппарт переглянулись и решили согласиться.

— Вполне….

— Рад слышать, — без особых эмоций произнес Андерсон. — К этому вопросу мы больше возвращаться не будем. Сейчас надо решить другой — на чем ваш квадрат будет летать? На новых машинах или на старых?

— То есть на «Скво» или на «МТ»? — уточнил Леви.

— Да. «Скво» они конечно лучше «мотыг» и я бы их всем выдал, он не могу. На склад я должен отправить восемь машин, так что часть пилотов будет летать, как и раньше на «МТ». Вот я и думаю, кого же на старушках оставить? Вы как считаете?

Боппарт, перед тем как высказаться, зачем-то прочистил горло:

— Я не знаю кому что, но вот Безумному Максу я бы «Скво» не давал. Все равно раздолбает как обычно. Не умеет он летать по-человечески.

— Про Безумного Макса разговор вообще отдельный, — согласился капитан-лейтенант. Я для него хочу «Ишак» выписать, как раз под его манер ведения боя подходит. Да он и сам его давно просит.

— Тогда для него сразу несколько штук заказывать, а то не хватит, — грустно пошутил Леви.

— Это уж как обычно. Любит он вражеские снаряды задницей собирать, — улыбнулся командир пилотов прикрытия.

Боппарт медленно расползся в улыбке. Улыбнулись и курсанты, напряжение несколько спало.

Андерсон откинулся на спинку кресла и взял в руки одно из личных дел курсантов, небрежно пролистал распечатки и вдруг обратился к новичкам:

— А вообще, на чем вас в академии учили летать? Я имею в виду, на каких конкретно моделях?

— На «МТ», «Ишаках» и «Скво», сэр, — доложили Алекс и Ксиу в один голос.

— И все?

— Еще немного учили управлять барками.

— Как долго вы обучались на «Скво»?

— Все последние недели, сэр.

Андерсон помолчал, подумал, потрепал бумаги в руках и решил:

— Значит так, ваш квадрат будет летать на новых машинах.

Леви и Боппарт облегченно выдохнули. Именно такого

ответа они и желали.

Андерсон бросил бумаги на стол.

— Для ваших машин отдаю боксы пятнадцатый, шестнадцатый и двадцатый с двадцать первым. Сами разберетесь кому какой достанется, а потом мне сообщите. Своих техников можете забрать с собой.

Пилоты оживились.

— Во-от, это здорово. Вот за это, тебе, начальник, огромное спасибо. Васко с собой заберу и Вашингтона. Парни обрадуются, что в новый бокс переезжают, а то в старом новых баб уже как целый месяц вешать некуда.

Андерсон махнул рукой.

— Всё, свободны. Больше задерживать мне вас незачем.

Пилоты поднялись с дивана. Курсанты встали следом за ними. И тут Боппарт неожиданно спросил:

— Начальник, а как ты смотришь насчет «обмыть» и «спрыснуть»? Разрешаешь?

— Разрешаю, — улыбнулся капитан-лейтенант. — Но не слишком усердствуйте, завтра чтобы были как огурчики.

— Да рази можно иначе-то? Мы всегда только с разрешения и не больше своей нормы.

— Угу, я за вами это давно заметил. Особенно вашу норму по три литра на рыло.

Боппарт возмущенно хватанул ртом воздух.

— Какие три литра, начальник? По двести грамм, ни больше. И то только для улучшения пищеварения и поднятия общего тонуса.

— Я на тебя через час посмотрю, в каком ты будешь тонусе.

— Ну а что, тонус как тонус, — потупился Боппарт. — Чего там смотреть-то?… Разрешите идти?

— Разрешаю, идите. Все, кроме Дронина, свободны.

Оба пилота и Ксиу дружно козырнули и направились к выходу. Возле самой двери лейтенант притянул к себе Ксиу за ворот кителя и шепнул на ухо:

— Ты у нас самый молодой, тебе и бегать. Вот тебе ключ от тысяча сто двадцатой каюты. Это склад бара. Тащи из него в мой старый бокс два ящика пива и четыре бутылки шампанского. Понял?

— Да, — также шепотом ответил Ксиу. — А деньги?

— Какие деньги? — удивился Боппарт Сон. — Не знаешь, как надо воровать? Знаешь? Ну, тогда — бегом!

Когда дверь за ушедшими захлопнулась, Алекс остался наедине с Андерсоном. Он встал по стойке смирно и задышал через раз, лихорадочно соображая, зачем же ему приказали остаться. Тем более что капитан-лейтенант стал пристально вглядываться в его лицо, словно что-то выискивая, и это сильно нервировало.

Наконец, через некоторое время, Андерсон сказал:

— Присаживайся, чего торчишь? — и показал на мягкий стул, стоявший напротив его рабочего стола.

Алекс осторожно присел.

Опять установилась небольшая пауза. Андерсон нервно побарабанил по столу пальцами.

— Даже не знаю с чего начать, — сказал он, скорее сам себе, чем курсанту. Затем кашлянул в кулак и попросил, — Скажи, пожалуйста, свое полное имя.

— Алекс Дронин Марка-Марии, сэр, — без запинки быстро ответил курсант.