Алекс [СИ]
Шрифт:
— Это почему? — опешил Гихилиан.
— Не каждый же день полиция лупцует сильных мира сего. Должен и народ иметь свои радости.
— Гм, — хмыкнул губернатор, — ладно, твоя взяла. На все у тебя найдется отговорка…. Кстати, надо бы тех полицейских, что меня защитили как-то наградить. Может паек для их семей удвоить?
— Лучше медаль дать и чисто символическую премию. Нечего их баловать.
— Медаль…, - как-то неопределенно произнес Гихилиан. — Не ценишь ты мою жизнь, Вано. Они можно сказать почти, что вырвали меня из костлявых рук смерти,
Валонсио улыбнулся, но ничего не ответил.
— Ладно, черт с тобой — медаль так медаль, — неожиданно сдался Гихилиан. — Но не простую, а «За особые заслуги перед Народом».
— Это золотую что ли?
— Именно. Если уж ты мою жизнь не ценишь, то я совсем наоборот. Очень даже дорожу ею.
Когда этот вопрос был решен, они немного подумали и отправились ждать помощника министра в кабинет начальника космопорта. Там тоже было уютно, стояло пара диванов, кресла. При случае можно было даже вздремнуть. Так же там имелся небольшой бар и очень качественная аппаратура связи.
Войдя в пустой кабинет, Гихилиан сходу упал на одно из кресел и закрыл глаза. Валонсио же приземлился на диван и включил стоявший напротив телевизор.
Через десять минут в кабинет ворвался сам начальник порта. Увидев отдыхающих первых людей планеты, он одернул на себе модный кургузый пиджачок и как настоящий вояка щелкнул каблуками. Губернатор приоткрыл один глаз.
— Пасети? — удивленно спросил он.
— Да, господин губернатор. Как узнал что вы прибыли, так сразу же поспешил вам на встречу. Я не застал вас в общей комнате отдыха и потому предположил, что вы можете находиться здесь. Я не ошибся!
— Надо же, проницательный какой, — ехидно заметил Гихилиан и снова закрыл глаза.
Пасети так и остался стоять, не поняв что, хотел этим сказать губернатор. Валонсио же, заметив его недоумение, небрежно махнул рукой, — не обращай, мол, внимания. Пасети расслабился.
— Так что у нас там с прибывающим транспортом? — спросил секретарь.
— В данный момент транспортное судно стоит на приколе на орбите и проходит перегруз. Первый орбит-тягач прибудет примерно через полтора часа, — доложил начальник порта, косясь на губернатора. — Всего должно быть около сотни рейсов, чтобы доставить весь груз на поверхность планеты. Выгрузка займет чуть более суток.
— А сопровождающий груз человек, когда прибудет?
— Я полагаю, что на первом рейсе. Как же иначе?
— То есть уже через полтора часа?
— Да.
— В таком случае, этот тягач нужно посадить как можно ближе от нас. Это возможно?
— Конечно, господин секретарь, это не проблема. Посадим его на ближайший пятачок.
— Вот и отлично. Скажите там кому надо, пусть они готовятся к встрече. И за пятнадцать минут до посадки предупредите нас, а пока мы отдохнем. Ночь, знаете ли, была совсем короткой — дела спать не дают.
Начальник космопорта заверил, что все будет в самом лучшем виде, козырнул, хотя он был совсем не военным, и спешно вышел из
Валонсио приглушил звук телевизора и последовал примеру своего босса, то есть тоже закрыл глаза и попытался расслабиться. Работающий телевизор в этом деле совсем не мешал, наоборот, с некоторых пор секретарь без его звука никак не мог уснуть. Такие вот были нервы. А вот губернатору хоть бы хны, сопит как младенец.
Похоже, Валонсио все же заснул. Он не услышал, как постучали в дверь и не услышал тактичного покхекивания осмелившегося зайти Пасети. Он открыл глаза только тогда, когда его легонько толкнули в плечо. Открыл глаза и увидел прямо над собой смутившегося начальника порта.
— Э-э, извините…. Орбит-тягач приземлится через пятнадцать минут. Вы просили предупредить.
— Конечно…, - зевнул Валонсио. — Сейчас мы спустимся.
— Я подожду вас снаружи.
Пасети тихо вышел, а Валонсио встал, потянулся и не очень вежливо растолкал своего босса.
— Пора идти встречать дорогого гостя.
Вдвоем они неспешно спустились вниз, и на выходе их встретил начальник Пасети.
— Нам вон туда, господа. Всего сто метров, — он показал направление.
Гихилиан с Валонсио посмотрели туда и увидели, что там уже находились все приглашенные. Съемочная группа стояла чуть в стороне и фиксировала все происходящее. Там же стояли два лимузина и танкетка, ствол пушки которой стоял строго вертикально.
— И что, нам надо пешком топать?
— А что? — не понял намека Пасети.
— Де нет, ничего, — встрял Валонсио. — Расстояние не столь велико чтобы требовать машину. Можно и пешком пройти, так ведь?
Гихилиан испепелил своего секретаря взглядом и согласно кивнул. А затем наклонился и шепнул ему на ухо:
— Я тебе это припомню, сволочь. Я, по-твоему, кто — губернатор или так, чирей на интимном месте? Могу я покапризничать или нет?
— Можешь, — шепнул в ответ Валонсио, — но не сейчас. Нас снимают.
Губернатор выпрямился и заулыбался во все свои тридцать два искусственных зуба.
— Кстати, — вспомнил он, — как хоть этого помощника зовут?
— Лиза О`Нил.
— Баба!?
— Гм…, скорее бабец. Он трансвестит…. Или транссексуал — не знаю как правильно. Короче — сиськи с членом.
— Да ты что! — ошалел Гихилиан. — Куда катится мир — они уже в правительстве!
— Ну, это еще не самое страшное. Там еще парочка гермафродитов какие-то должности занимают, — добил Валонсио и губернатор серьезно загрузился.
К посадочному пятачку они подошли молча. Встали в сторонке, и рядом пристроилась охрана.
Орбит-тягач показался в небе буквально через пару минут. Сначала он показался маленькой точкой высоко в небе, так что даже общих очертаний судна было не различить. Прошли секунды, и точка увеличилась настолько, что стало понятно — тягач просто падает. Падал он, правда, как-то странно — не так быстро как полагалось при свободном падении, без раскаленных газов вокруг бортов и… вполне управляемо.