Алекс [СИ]

Максим Казакевич Валерьевич

— Отстань от них, Боп. Совсем запугал. А вот, кстати, интересно, вы на них хоть летать-то обучались?

— Да, сэр. Последние недели нас только на них и гоняли. А до этого все больше на «МТ».

— Значит, на тренажерах летать умеете?

— Так точно, сэр.

— И старт с земли, выход на орбиту и заход на базу тоже можете?

— Да, сэр.

— Летные комбинезоны с собой?

— Да, сэр, у нас в ранцах.

— Прекрасно. Тогда сегодня будете поднимать суда на орбиту. Под нашим присмотром, конечно же.

Алекс не поверил, подумал, что над ними так подшучивают,

но оказалось, что техник-лейтенант Стохордон и не думал шутить. Он говорил вполне серьезно. Ни у кого из пилотов «Могучего» не было практики на новых машинах, только несколько часов на тренажерных моделях. После настоящих судов, полеты на тренажерах казались им какими-то обделенными, не хватало ощущений и потому на тренингах появилась аварийность, чего в реальном полете никогда не происходило. Потому Леви и решил, пусть уж первые «Скво» выведут на орбиту курсанты, им привычнее, а они с Боппартом в случае чего подстрахуют. Благо опыта им было не занимать.

Пока было свободное время друзей отвели в специально отведенную комнату, где они не спеша и переоделись. Повседневную униформу они аккуратно скатали и уложили в заплечные ранцы. Теперь они были как остальные пилоты, и только их молодость и не разношенное шуршание комбинезонов выдавало в них новичков. Шелковые шарфы, как и полагалось, они обмотали вокруг шей.

Через час к ангару подъехал капитан третьего ранга Дочити. Он прошел внутрь, нашел играющих в карты пилотов и сообщил:

— На сегодня я пробил взлет двенадцати машин. То есть выходить каждому надо будет сделать по два рейса. Успеете?

— Без проблем, сэр. А как мы с орбиты спустимся?

— Я договорился, вас подберет какой-нибудь попутный орбит-тягач. Ничего не поделаешь, придется потрястись в кузове. Все! Первое судно должно стартовать через час. Готовьтесь.

Тотчас засуетились техники с линкора, забегали местные рабочие. Мощный тягач вытащил из двух ангаров шесть машин и поставил их перед взлетной площадкой рядом друг с дружкой, так чтобы все «Скво» могли стартовать поочередно с наименьшим разрывом.

Алекса Леви Стохордон посадил на переднее кресло пилота, а сам сел назад и связался с диспетчером.

— База, борт шестнадцать-тридцать Фокус — приписка линкор «Могучий», просит разрешение на взлет.

В эфире на секунду установилась молчаливая трескотня, а затем ему ответили:

— Номер приписки?

— Одиннадцать, восемнадцать, девяносто шесть, — сухо сказал Леви.

— Ваш взлет разрешая. Коридор для вашей группы выделен. Вы должны уложиться в течение часа.

— Вас понял…. Ну, курсант, флаг тебе в руки и ветер без сучков в задницу, начинай.

Алекс вспотевшими руками взялся за штурвал, включил движки и задрал голову в небо. Наверху было чисто, значит взлетать действительно можно. Он плавно прибавил движкам мощности, воздух вокруг мелко задрожал, и машина оторвалась от бетона. В полуметре от поверхности машина прикрытия замерла, словно в нерешительности, затем поднялась на двадцатиметровую высоту, там медленно развернулась строго вертикально и стремительной свечой пошла вверх. Перегрузок почти не было — спасибо шибко головастым ученым.

Вообще-то абсолютно

все космические малые и сверхмалые суда не были предназначены для полетов в атмосфере планет. Максимум на что они были способны так это аккуратно взлететь с поверхности и так же аккуратно сесть. У них были другие цели, другие задачи и совсем другая среда обитания, где нет ни сопротивления воздуха, ни мощной силы земного притяжения. Для полетов в атмосфере и околоземном пространстве были совсем другие суда — универсальные, но такие уязвимые. Главной их задачей было максимально быстро напакостить на поверхности планеты противника и слинять на свой космический авианосец. Эти суда имели штатное название «Дольф-17», но военные, так охотно дающие всему свои имена, между собой прозвали их «Шакалами».

Когда Алекс вывел «Скво» в стратосферу, он услышал за спиной одобряющий голос Леви:

— Молодец, курсант, хорошо справился. Только не дрожи, а то штурвал чувствительный — машине передается.

— Да, сэр, — принял к сведению Алекс. Во рту у него от волнения пересохло. — Куда дальше, сэр?

— Координаты у тебя на экране.

Алекс сместил взгляд вниз и действительно увидел на экране строку координат. Сначала набор цифр показался ему бессмысленным, но затем он огромным усилием мозгов расшифровал его и повел судно в нужную сторону.

— Хорошо…, - хмыкнул сзади Стохордон.

Скоро «Скво» вышел в открытый космос, и едва видимые с земли небесные верфи сейчас повисли над головой во всем свое великолепии. Что ни говори, а зрелище это было действительно впечатляющим и завораживало в первую очередь своей масштабностью.

Леви позволил курсанту поднять «Скво» еще на пару десятков километров и потом перевел управление на себя. То, что впереди сидел Алекс, ему не было помехой — место второго пилота было несколько выше. Алекс занервничал, завертел головой, когда почувствовал, что машина перестала его слушаться, и техник-лейтенант поспешил его успокоить.

— Сейчас я попробую, — сказал Леви и, замедлив подъем судна, положил его на орбиту. — Начнем, пожалуй, с простейшего — с бочки….

«Скво» неожиданно резко ускорилось, и желто-зеленый горизонт планеты закрутился колесом, а вместе с ним завертелось и солнце, и черный космос, и сверкающая огнями верфь. Алекс поначалу пытался сохранить ориентацию в пространстве, и вроде ему это поначалу удавалось, но когда техник-лейтенант бросил машину в крутой вираж, затем еще в один, сделал бочку, петлю и еще что-то, он «потерялся». Голова натурально закружилась, и под кадык подкатило очень неприятное ощущение.

— Хорошая машинка, — услышал он удовлетворительный голос Леви. — Резковата немного, но это даже хорошо. Привыкнуть только. А потом еще с полной нагрузкой попробовать…. Ну, как, курсант, понравилось? Э-эй, Але! Ты чего? Слышь…, ты это, блевануть здесь не смей. Не уханькай кабину, а то сам на нем летать будешь. Дыши глубже и, вообще, рот ладонью заткни, здесь пакетов нету….

Алекс так и сделал, задышал глубоко-глубоко и зажал ладонями рот.

— Твою мать…, - ругнулся вполголоса Леви, — понаберут молокососов, а нам с ними мучиться. Ну что за жизнь?!