Аласдэр

Франк Элла

Аласдэр промолчал, и Лео продолжил:

— Я видел тебя в Греции. О господи, я даже видел твою невесту! Потом наблюдал за вами с Василиосом, когда ты поклялся ему принадлежать. — Лео сделал паузу и, умоляя Аласдэра услышать в его словах правду, вцепился в ткань пальцами. — Ещё видел тебя с герцогом Эссекса.

Аласдэр с силой сжал запястье парня:

— Откуда ты это знаешь?

— Я не знаю. Но знаю, — ответил Лео, ненавидя свой дрожащий голос. Аласдэр выпрямился, а Лео поморщился. Ему не осталось ничего другого, как тоже подняться. — Куда мы идём?

— Помолчи, — Аласдэр подошёл к боковой двери

и включил свет.

Внутри оказалась большая туалетная комната с ванной, душем и раковиной. Они вошли, и дверь за ними без посторонней помощи захлопнулась.

«Ещё одна странная вампирская примочка».

Аласдэр встал под душ и включил кран. Когда вода полилась на кафельный пол, вампир повернулся к Лео и начал раздеваться.

Лео открыл рот и попятился, пока не упёрся задницей в раковину.

— Что ты делаешь? — Лео сразу же захотелось забрать свои слова обратно. «А что, не видно? Собирается принять душ, идиот». Просто этот поступок казался настолько… человеческим.

Аласдэр молча снял рубашку и швырнул её в сторону. Лео увидел упругую кожу вампира и прикусил нижнюю губу, чтобы сдержать готовый вырваться вздох удовольствия. Интересно, кожа на ощупь такая же гладкая, как на вид, или всё же твёрдая?

Рука Аласдэра опустилась к пуговице на поясе, и Лео с ужасом понял: он с нетерпением ждёт, когда Аласдэр расстегнёт и спустит брюки. И это сейчас, когда жить оставалось совсем мало. Вампир снял брюки, и у Лео перехватило дыхание.

Парень уже видел Аласдэра обнажённым в спальне Василиоса. Но в тот раз он был слишком потрясён, чтобы смотреть по-настоящему. Но сейчас он смотрел. Лео скользил взглядом по чётко очерченным линиям мышц на животе и крепким бёдрам без единого волоска. Член, торчавший в сторону Лео, был впечатляюще длинным и толстым. Хотелось опуститься на колени и провести языком по выступавшим по всей длине венкам. Аласдэр выпрямил спину и уставился на Лео таким взглядом, что парню показалось, что прикосновения вампира он чувствует на своей коже.

«Ты останешься здесь. Не пытайся сбежать или пожалеешь».

Голос в голове Лео был уже привычен, только вот сейчас в нём звучала определённая резкость. Та, которую Лео не слышал с их первой встречи. Это и пугало, и одновременно волновало.

— Сегодня та самая ночь, да? Ты и вправду собираешься… убить меня.

Вопроса в сказанном не было. Наверное, и к лучшему. Потому что услышанное не было ответом, а очевидной констатацией факта.

— Да, собираюсь.

ГЛАВА 27

Аласдэр отступил от Лео, пока не наделал глупостей. «Глупости — это сорвать с парня одежду и оттрахать прямо у стены ванной комнаты».

Когда Лео ворвался в покои Таноса, Аласдэр подумал, что ему привиделось. Вампир думал о человеке, и Лео появился, как в каком-то извращённом видении. Но когда Василиос со старейшинами тоже заметили человека, Аласдэр понял, что Лео был настоящим.

Настоящим и, возможно, очень скоро станет мёртвым, если не остановить Василиоса.

Как только Лео покинул комнату, мозги Аласдэра заработали с удвоенной силой: нужно было придумать, как сдержать

жажду своего господина, рвавшегося убивать. Единственным выходом было пообещать покончить с Лео своими руками.

Для вампира и его клана человек представлял опасность. Но мысль самому лишить Лео жизни беспокоила Аласдэра куда больше, чем тот готов был признать. Поэтому, откинув беспокойство в сторону, вампир поклялся Василиосу, что до восхода солнца Леонид Чейпел умрёт.

— Знаю, ты не хочешь этого делать. — Голос Лео отвлёк Аласдэра от мыслей. Уверенность, прозвучавшая в его словах, несколько дней назад изрядно бы вампира повеселила.

Но проблема в том, что Лео был прав: Аласдэр не хотел убивать.

Лео, не увидев никакой реакции, потянулся тёплыми ладонями к его спине, но Аласдэр молниеносно развернулся и перехватил чужое запястье. Резко дёрнув на себя, затащил парня под душ, и ткань его одежды, намокнув, прилипла к обнажённой груди, бёдрам и члену Аласдэра. Вампир закрыл глаза, поднёс руку Лео к носу и глубоко вдохнул, заполняя лёгкие его запахом.

Лео, как всегда, был крайне притягательным — кровь человека манила, — и Аласдэр потёрся возбуждённым членом о пропитанную водой ткань брюк Лео. Вампир хотел парня с первой минуты, как увидел, и не понимал почему. Может, из-за того, кем или чем был Лео. Это сердило Аласдэра так же, как и неспособность отпустить человека.

Быстрый стук сердца рядом был ровным и сильным, отчего захотелось попробовать кровь Лео на вкус. Но это желание Аласдэра наверняка убьёт, а он, оказывается, так полюбил своё бессмертие, в котором, кстати, до недавних пор даже не сомневался.

— Если бы ты хотел, — прошептал Лео, — то давно бы меня убил.

Аласдэр припёр его спиной к стенке. Коснувшись гладкого кафеля сначала задницей, а потом лопатками, Лео поднял голову и посмотрел светлыми глазами прямо в тёмные глаза вампира.

— Я тяну, — ответил тот. — У меня есть время до рассвета. — Затем зачарованно уставился на рот парня: Лео высунул язык и слизал скопившуюся над верхней губой влагу.

— До рассвета? — переспросил Лео, заметная дрожь в голосе привела Аласдэра в крайнее возбуждение. — А потом что? Превратишься в тыкву?

Наклонившись к Лео так, что носы соприкоснулись, Аласдэр прошептал:

— Нет. Потом, если я тебя не убью, тебя убьёт Василиос.

Когда Лео изумлённо открыл рот, Аласдэр понял, что уже не мог сопротивляться своему голоду… по крайней мере, сексуальному. Если время им дано только до рассвета, он сделает с Лео всё, что давно хотел.

Вампир рванулся вперёд и прижался губами к горячему рту. Лео вцепился в бицепс, и Аласдэр подумал, что парень его оттолкнёт, но тот только застонал и подался ему навстречу бёдрами.

«Вот так, Леонид. Впусти меня», — послал вампир мысленный приказ, и когда Лео закрыл глаза и ответил: «Да», Аласдэр протолкнул язык в рот парня.

Лео ждал неотвратимого появления яркой вспышки. Когда очередное воспоминание вырвет его из реальности и заодно греховного наслаждения от поцелуя Аласдэра. Но ничего не происходило. Тогда Лео, откинув прошлый опыт и забыв сказанное о будущем, крепко вцепился в мускулистые руки, прижимавшие его к кафельной стене.