Аласдэр

Франк Элла

«Господи. Видение снова изменилось», — подумал Лео, а потом заметил в углу зала вампиров.

В черном костюме Аласдэр, как всегда, выглядел прекрасно. Василиос расположился прямо у него за спиной. Мужчины стояли друг к другу очень близко, наверняка соприкасаясь телами. И судя по самодовольному выражению на их лицах, оба получали от этого удовольствие.

— Там. Видишь? Герцог Эссекса. Сегодня вечером он выглядит очень стильно. И каждый раз, проходя мимо, рассматривает тебя, ag'ori.

Его можно понять. В вечернем костюме ты очень привлекателен.

По тому, что Василиос не сводил с человека глаз, Лео понял, что вампир охотился и с удовольствием использовал Аласдэра как приманку. Василиос провёл рукой по плечу своего обращённого, привлекая внимание герцога. Старший вампир явно наслаждался вниманием других к его ag'ori и читавшимся во взглядах желанием.

Казалось, Василиосу нравилось, что окружающие находили его собственность привлекательной. Но Лео также чувствовал: посмей кто-нибудь без разрешения к нему прикоснуться, тут же лишится руки. Или жизни.

— Уверен, что не хочешь вернуться в нашу комнату и…

— Ты голоден, — ответил Василиос. — Тебе нужно поесть.

— Я могу подождать.

— Нет, ты ждал слишком долго. Пора прекращать себя испытывать.

Аласдэр усмехнулся:

— Василиос, это сложно назвать испытанием. Я делаю так уже не первый век. Просто я более избирателен, чем ты.

— Да. Но тебе не кажется, что это лишнее, когда вокруг столько еды?

— Знаю. Но ты избаловал меня с самого начала. Я попробовал тебя, и теперь меня можно соблазнить только чем-то особенным.

Мимо вампиров неторопливо прошёл герцог и в приветствии низко склонил голову в сторону Аласдэра. И когда тот, приподняв в ответ уголки губ, сверкнул глазами, рыжеволосый мужчина по-павлиньи гордо расправил плечи.

Не желая привлекать лишнее внимание, герцог прошёл дальше, а Аласдэр тихо произнёс:

— Думаю, он подойдёт.

Василиос поднёс стакан к губам и, сделав большой глоток, заметил:

— Столько энергии. Никогда не поздно добавить ощущениям немного остроты, ag'ori. Подразни его, а потом возьми. Я подожду здесь. Не задерживайся. Мне вдруг захотелось утолить другой голод.

Аласдэр ухмыльнулся, и Лео заметил показавшиеся острия клыков. Потом вампир сжал губы и последовал за герцогом на выход.

Наши дни. Покои Аласдэра

Аласдэр материализовался в своих покоях и сгрузил Лео на

огромную кровать в центре. Вампиру не хотелось оставлять парня без присмотра, тем более, когда вокруг творилась полная неразбериха. Но другого выхода не было. Не брать же человека с собой в Зал собраний, где, как вампир чувствовал, уже собрались все старейшины. А идти туда было нужно.

Аласдэр закинул руку Таноса себе на плечо и в последний раз посмотрел на лежавшего на кровати парня. Если повезёт, до возвращения Лео будет оставаться в обмороке… или где он там находился. А сейчас Таноса требовалось доставить к старейшинам. Если и была хоть малейшая надежда спасти кузена, то это могли сделать только старшие вампиры.

Из комнаты Аласдэр переместился вместе с Таносом в зал, появившись там довольно неуклюже: он пытался устоять на ногах и одновременно удерживал растрёпанного грязного кузена.

Итон встал и поморщился. Как и его первообращённый, старший вампир был светлокожим и высоким. Но в отличие от Таноса, обладавшего крепким мускулистым телосложением, Итон имел довольно стройную и гибкую фигуру. Его взгляд остановился на вампире, которого поддерживал Аласдэр. По позе и выражению лица старейшины чувствовалось, что тот испытывал боль, будто он — последний представитель рода — видел приближавшуюся смерть своего потомства.

Итон оказался рядом прежде, чем Аласдэр смог объясниться.

— Я чувствовал, что что-то случилось, но не понял всей серьёзности ситуации. Что с ним? — спросил старейшина, и в его глазах полыхнула тревога.

Как Аласдэр с Василиосом были схожи по характеру и внешности — и у того, и у другого преобладали тёмные тона, — так и Танос с Итоном были схожи своей мальчишеской красотой. Они с одинаковой силой очаровывали и мужчин, и женщин. Поэтому вид немощного Таноса и серьёзного Итона вызывал шок.

Когда старейшина опустился рядом с Таносом на колени, Аласдэр впервые задумался, как отреагируют остальные, если один из троицы умрёт. Что именно было причиной тревоги, читавшейся в глазах Итона? Танос? Или собственная безопасность?

— Я не знаю, что случилось. — Аласдэр взглянул на Василиоса, который, обойдя подиум, направился в его сторону. — Меня там не было, — признался младший вампир, а затем посмотрел на третьего мужчину в комнате — Диомеда.

Аласдэр знал, что следовало сказать дальше, и не особо радовался реакции, которую наверняка вызовет его известие. Но уверенно посмотрел в глаза третьему старейшине и громко, чтобы все услышали, произнёс:

— Айседора… она пропала.

Диомед уставился на Аласдэра немигающим взглядом. Глаза старейшины потемнели до цвета обсидиана. Аласдэр не успел даже моргнуть, как между ними вырос Василиос. Обнажив клыки, он удерживал господина Исы на расстоянии:

— Диомед, остынь.

— Василиос, отойди — зашипел старший вампир и грозно рыкнул на заглядывавшего ему за спину старейшину.

Если бы не Василиос, Аласдэр давно валялся бы на полу мёртвый. И вампир это знал.

От гнева Диомед потерял способность размышлять здраво. Он понял только то, что прочитал в разуме Аласдэра: его первообращённая пропала, и именно младший вампир допустил её исчезновение.