Аккорд

Хоуп Ава

Господи, храни видеомонтаж.

Что вы закатываете глаза?

Я не хочу весь свой клип валяться на льду. Так и яйца отморозить можно.

– Точно не хочешь кататься со мной? Тебе идет цвет льда. Я думаю, вышли бы отличные кадры, как ты ползаешь по нему.

– Ха-ха, – гримасничаю я. – Кстати, Джес рассказала тебе о моей идее для дня рождения?

– Да, ты же в курсе, что у тебя каштановые волосы? Какой из тебя, мать его, Кен?

– Я и не хочу быть Кеном.

– Тогда в чем смысл вечеринки?

– Я хочу, чтобы Джессика

была Барби. Только представь ее в коротком розовом платье и с двумя высокими хвостиками. – Воображение слишком ярко рисует то, что я делаю дальше, так что я резко вскакиваю со стула. – Дьявол, надолго это все? – интересуюсь у визажиста и обвожу рукой лицо Эбби.

– Еще минут пятнадцать.

– Отлично. Детка, я пойду подрочу, – чмокаю Эбби в щеку.

Эбс открывает рот, а я со стояком в штанах плетусь в туалет. Джессика Шоу сводит меня с ума. Полчаса назад мне могла отсосать довольно сексапильная брюнетка, но на нее у меня даже не дернулся, а стоило представить Джес в образе Барби…

ДЕРЬМО!

Глава 19

Yungblud – Cottoncandy (acoustic)

Тиджей

– Тиджей, можете встать немного правее? – кричит один из многочисленных фотографов, окруживших меня у входа в «Авеню», где с минуты на минуту начнется вечеринка радио.

Делаю то, о чем попросил мужчина, а затем вскидываю голову.

Мой взгляд находит шикарную блондинку, выходящую из черного «Мерседеса», и я цепенею. Пульс громко стучит в висках, оглушая меня. Сердце колотится так быстро, будто хочет вырваться и сбежать из тела такого засранца, как я. А глаза… глаза перестали моргать, чтобы за эту долю секунды не упустить из виду самую роскошную девушку в целой вселенной.

Джессика Шоу ставит на асфальт свою черную туфлю от Yves Saint Laurent, а затем из машины появляется ее длинная загорелая нога, виднеющаяся из-под глубокого разреза серебряного платья.

К моменту, когда она выбирается из машины, я уже залил все вокруг своими слюнями.

Удивительная красота Джессики сражает наповал любого присутствующего здесь. Она не просто красива, нет. Она роскошна. Изящна. Изумительна.

Ее длинные волосы локонами струятся по спине, большие глаза подведены черными стрелками, а на губах – помада цвета фуксии. На ней платье-футляр, лиф которого подчеркивает ее большую грудь. Его крупные кристаллы переливаются в свете многочисленных вспышек фотоаппаратов, принадлежащих папарацци, тут же окруживших ее.

Срываюсь с места и направляюсь к ней. Позабыв о том, что повсюду журналисты, я притягиваю Джессику к себе за талию и впиваюсь в сочные губы. Ее помада, кажется, со вкусом клубники. И я издаю стон, наслаждаясь сладостью этого поцелуя. Джесси раскрывает губы, и я тут же проскальзываю языком внутрь. Целую нежно и медленно, зарываясь рукой в распущенные волосы и наслаждаясь ею.

Джесси отстраняется, чтобы глотнуть воздуха, и шепчет мне в губы:

– И что это значит?

–

Я только что заявил на весь мир, что ты моя, – шепчу я в ответ.

– Твое сердце ведь свободно… вроде как? – вскинув бровь, интересуется она.

Усмехаюсь:

– Смотрела шоу Роксаны с утренних съемок клипа?

– Ага.

– Тогда ты должна знать, что после этого интервью она хотела мне отсосать.

– Очень полезная информация, Морган.

– Но я ей отказал.

– М-м-м. А что так?

– Подожду, когда ты решишь отсосать мне.

– Какая честь.

Широко улыбаюсь:

– Я так соскучился, детка. Какая же ты красивая.

– Тебе не кажется, что мы уже долго здесь стоим и мешаем остальным знаменитостям?

– Мне плевать, – шепчу ей в губы и снова целую ее.

На этот раз целую ее так, как целовал каждый раз: жадно, страстно, дико. Прижимаю Джес ближе к себе, проводя ладонью по ее обнаженной спине, которая тут же покрывается мурашками. Ощущаю болезненную пульсацию члена в боксерах, хотя сегодня я уже дважды дрочил, и разрываю поцелуй, чтобы не опозориться и не кончить в брюки сию же секунду.

Дьявол!

Никогда не хотел никого так сильно, как хочу ее.

– Пойдем? – Я тяжело дышу, протягивая ей ладонь.

– Пойдем, – улыбается она, переплетая наши пальцы.

Полтора часа спустя я стою, прислонившись спиной к стене, с содовой в руке, и наблюдаю за тем, как Джессика идеально вписывается во все происходящее. Первый час вечеринки я знакомил ее со всеми, кого знал, представляя своей девушкой. И это было чертовски приятно. Оставшуюся часть вечера, пока я давал интервью, Джес сама заводила знакомства и вливалась в тусовку. Сейчас она стоит рядом с моим агентом Моникой и Эллен, женой моего звукаря, обсуждая что-то уже около десяти минут. Слышу, как искренне она смеется, и не могу сдержать улыбки.

– Она хороша, – усмехнувшись, произносит появившийся из ниоткуда Рейнольд, мой продюсер.

Рейнольд Дарк – самый адекватный мужик в сфере шоу-бизнеса. Он продюсирует множество молодых исполнителей, помогая им достичь невероятных высот, при этом не заставляя их превращать свою жизнь в цирк. Я начал работать с ним пару месяцев назад, когда понял, что меня больше не интересует возможность хайпиться на скандалах. И сменить продюсера было одним из моих лучших решений.

– Не знал, что ты будешь здесь, – удивленно вскинув бровь, пожимаю ему руку в качестве приветствия.

– Я ненадолго. Так кто она?

– Ее зовут Джессика.

– Пиарщики ничего мне не говорили.

– Это не пиар, Рейнольд.

Он вскидывает бровь:

– У тебя в самом деле появилась девушка?

Закатываю глаза.

Рейнольд усмехается и стукает меня по плечу:

– Я приятно удивлен, Тревор. Но ты же понимаешь, что после того, что ты устроил на ковровой дорожке пару часов назад, каждый теперь будет это обсуждать.

Дерьмо. Об этом я не подумал.

Дерьмо!