Акцентор
Шрифт:
Кингстон, Шотландия.
Тень.
Такое ощущение, что вся Шотландия превращается в один большой потоп. Дождь льет не переставая, заряжая воздух до предела.
Я смотрю на лицо Эммы и заставляю себя не нервничать. Катерина называет Эмму бурбоном восемнадцатилетней выдержки, и, черт возьми, подобное сравнение лучше всего описывает эту девушку. Для мисс Кларк не существует никаких правил, у нее довольно ограниченный
Больше всего на свете я хотела бы перенять это качество у своей лучшей подруги, но мир слишком жесток, чтобы мы могли получить все, что хотим.
Сегодня состоится футбольный матч между Кингстоном и Грейс-Холлом. Мы сидим на трибуне стадиона, держа в руках огромный черный зонт, и молимся, чтобы нас не затопило.
– Напомни, почему я согласилась пойти с вами? – спрашиваю я Эми, пытаясь перекричать болельщиков.
– Потому что ты очень хорошая девочка? – Эмма широко улыбается, а затем морщится, когда жует конфету «Черный Джек». – Эль, пожалуйста, держи зонт крепче.
Хмыкнув, я глубоко вздыхаю и перевожу взгляд на игровое поле. Вода превращает газон в скользкую глиняную массу, делая игру сложной и непредсказуемой. Некоторые футболисты уже покалечены. Почему? Потому что воздух так мрачен не только из-за погоды, но и из-за их присутствия.
В последнее время Кингстон стал отвратительно шумным, в поле зрения появились пугающие лица с ссадинами и гематомами, и все просто сошли с ума.
Номер двадцать три, Аарон Кинг, несется на всей скорости, не заботясь о безопасности людей на поле. На экране мелькает его приближенный портрет. Аплодисменты и крики студентов смешиваются с шумом дождя.
– …Кинг!
– …Кинг!
– …Кинг!
Боже, ему определенно не помешает психологическая помощь.
Наслаждаясь скандированием своего имени, Аарон широко улыбается и стягивает мокрую футболку через голову, показывая твердый пресс и четкую V-образную линию, уходящую под шорты. Чертов эксгибиционист.
Его телосложение феноменально, даже смертоносно, а паук на его груди и змея, оплетающая ключицы, излучают зловещую, хищную силу.
Женская половина трибун превращается в сплошной оглушительный гул. Мне пришлось снять один из слуховых аппаратов, потому что девушка справа не перестает визжать.
Я сжимаю зубы.
Черта с два я буду считать его привлекательным.
Аарон смахивает со лба потемневшие от дождя пряди и после небольшого перерыва почти сразу же с легкостью зверя перехватывает мяч у соперника, передав его Кастилу – темноволосому парню с глазами психопата.
Я уверена: каждый из этой четверки – психопат, без исключения.
И еще один гол, опять крики, и его безумная харизма на огромном экране. Кинг как будто точно знает, какую силу он имеет, и нарочно нервирует
– Черт. А он хорош, – выдыхает Эмма.
– Да, – Кэт смотрит на игру с хмурой складкой между бровями. – Но им стоит быть осторожнее.
Я хочу отвлечься на разговор, но тут на мой телефон приходит сообщение.
Неизвестный номер: Привет, ангел. Соскучилась по мне?
Сначала я думаю, что это может быть он. Гребаный маньяк в маске.
Но за следующим сообщением возникает уверенность – вместе со рваным дыханием и жжением в груди.
Неизвестный номер: Приходи поиграть.
Неизвестный номер: Замок Даффус. Девять вечера.
Неизвестный номер: *эмодзи красное сердце* *целующий эмодзи* *эмодзи красное сердце*.
Дрожь пробегает по моему позвоночнику, сопровождаемая резким всплеском адреналина.
Каждый дюйм тела кричит и умоляет, чтобы я убиралась отсюда. Немедленно. Но я не могу. Я не убегаю от проблем, я их решаю.
Я сжимаю переносицу пальцами и с шумом выдыхаю.
– Что-то не так, Эль? – голос Катерины встревожен. Она дотрагивается до моей руки, протянувшись через Эмму.
Все.
Все не так, Катерина. Ужас, странная реакция моего тела, бешеное сердцебиение и чудовище, которое всю неделю жило у меня в голове. Мое сердце бьется так быстро, и мне приходится думать о скучных академических этюдах, чтобы перевести дыхание.
– Если честно, я не имею ни малейшего желания здесь оставаться.
– Матч почти закончился, – отвечает Эми. – Маловероятно, что результат изменится, но мы досидим до финала?
Пять – ноль в пользу Кингстона. У Грейс-Холла изначально не было ни единого шанса на победу.
Я киваю, не желая отрывать девочек.
Мои подруги всегда были удивительными и давали почувствовать себя любимой с самого первого дня нашего знакомства. Я вполне способна потерпеть каких-то жалких двадцать минут. Но это ошибка.
Стоило дыханию хоть немного прийти в норму, как Эрик Боулмен со всей силы влетает в нападающего команды соперников, а затем на экране мелькает кровь, очень много крови и кость, порвавшая кожу голени.
О господи.
К горлу подступает тошнота, и я закрываю глаза, пытаясь ее сдержать. Мне показалось? Мне просто показалось, верно? Тогда почему трибуны затихают до ужасающего шепота?
– Твою мать, – лицо Эммы бледнеет. – Это очень серьезный перелом. У парня сломан…
– Пожалуйста, без подробностей, – выдавливаю я.
Глубокий вдох.
Долгий выдох.
Меня трясет, и я даже не могу сделать гребаный вдох, потому что в голове крутится всё тот же кошмар.
Вечер, кровь, крики, а затем оглушительная тишина.