Агентство «БМВ»

Кашин Александр Петрович

Диана Павловна вошла в зал для приемов и несколько раз продефилировала среди гостей, рассыпая вокруг обворожительные улыбки и демонстрируя посетителям искусственные фарфоровые зубы и не менее искусственные доброжелательность и незамутненное состояние души. Более же всего в тот момент ей хотелось найти Хмельницкого и посмотреть в его лживые, вечно затененные тонированными стеклами очков глаза. Виктора Юрьевича, однако, нигде не было видно, хотя в числе приглашенных он значился и в самом начале приема Зинаида доложила ей, что банкир приехал.

Теперь же Зинаида с тревожно поблескивающим

взглядом пробиралась к ней навстречу, искусно лавируя среди группок оживленно переговаривающихся гостей и официантов с нагруженными под завязку подносами.

Ну, что ещё у тебя? — недовольно спросила хозяйка компании «Троя». — До конца приема нельзя было подождать, что ли?

Вам, Диана Павловна, звонит Летова с отчётом, — сказала, запыхавшись, Зинаида. — И еще — вот это письмо… — Зинаида передала Шиловой не большой белый конверт без подписи. — Его вам просил отдать Хмельницкий, когда уезжал из офиса. Предупреждал, что сообщение срочное.

Передай Летовой, чтобы подождала — заодно, кстати, посмотри по определителю, откуда она звонит. — Шилова прошла к окну и повернулась спиной к гостям, тем самым на минуту отгородившись от всего мира. Нервным, резким движением Диана Павлов на вскрыла конверт, и из него выпал небольшой четырёхугольный листок бумаги, который она поймала налету.

На бумаге неровными печатными буквами от руки было написано: «ПОСМОТРИ СЕГОДНЯ «ДОРОЖНЫЙ ПАТРУЛЬ», СТЕРВА».

* * *

Когда Игорь Кортнев несколько раз шаркнул ногой по резиновому коврику у двери, под ним что-то зазвенело. Игорь нагнулся и вынул из-под коврика ключ на колечке.

Гляди-ка, — весело сказал он, обращаясь к Маришке, — а у меня, оказывается, кто-то побывал. — Увидев в глазах девушки испуг, он торопливо добавил: — Не бойся, это не дрессированный вампир. Скорее всего, здесь была мать. Она и оставила ключ. Помнится, я как-то раз ей жаловался, что потерял тот, что всегда был при мне, — вот она и привезла мне запасной.

Странно, — произнесла Маришка, мгновенно успокаиваясь. — А я ничего не услышала.

Это промашка с твоей стороны, Мата Хари, — бросил Кортнев, открывая дверь своим ключом и укладывая запасной в карман. — Тебе, как шпионке, надо постоянно тренировать слух — да и зрение тоже… Ты ведь наверняка не заметила, что в одном месте коврик чуть вспучивался — как раз там, где лежал ключ.

Игорь вступил в свои скромные апартаменты и любезно придержал дверь, помогая девушке войти. Потом он сорвал с себя пальто, шарф, закинул все это на вешалку и с размаху бросился на диван.

Вот я и дома. Будто бы и не уходил никуда. Будто бы и не было этого бесконечного года.

Марина, посмеиваясь, за ним наблюдала. Казалось, диван, на котором растянулся Игорь, хранил на себе отпечаток его тела, оставшийся с тех самых времен, когда он здесь жил. В принципе в квартире имелось все, что было нужно для жизни, — только малость пыльновато…

Девушка сняла дубленку, засучила рукава и прошла в ванную за ведром и тряпкой. Подобрав необходимый инвентарь и перевязав волосы забытым ещё в незапамятные времена на батарее носовым платком, она без

лишних слов приступила к уборке. Протерла влажной тряпкой полы, вымыла громоздившуюся в раковине посуду, убрала со стола и выбросила в помойное ведро сделавшиеся каменными объедки.

Потом, вооружившись другой тряпкой — поменьше и помягче, — она прошла в комнату и, предварительно коснувшись поцелуем губ Игоря, который, закинув руки за голову, с ухмылкой на нее поглядывал, стала вытирать пыль с мебели — с книжных полок, с секретера, с письменного стола. Неожиданно ее внимание привлек длинный фирменный конверт с несколькими печатями и цветной, хорошо известной эмблемой в углу.

Игорь, а ты здесь бываешь — хотя бы изредка? — спросила она без особого интереса, словно для того, чтобы снова завязать угасший было разговор. При этом она продолжала делать своё дело — стирать с мебели пыль.

Кортнев перевернулся на бок и внимательно посмотрел на девушку.

Какая ты любопытная, Мата Хари. С тобой не поймёшь — то ли ты заботу проявляешь, то ли допрашиваешь. Но если тебе и вправду любопытно — отвечу: бываю — и даже не так редко, как это может показаться из-за этих геологических наслоений. Приеду, улягусь на диван и думаю, как отомстить Шиловой.

Ну и как, надумал? — осведомилась Марина, старательно полируя поверхность стола.

Надумал, Мата Хари, но тебе не скажу — потому что это тайна. — Кортнев вскочил с дивана, двумя большими шагами пересек комнату и, подойдя к Марине со спины, заключил её в объятия.

Марина ловко вывернулась из его рук.

Ты забыл, что мне надо еще позвонить твоей Шиловой и отчитаться о проделанной работе? — Тут Маринка хихикнула.

Так позвони ей отсюда — уж чего, кажется, проще… — Игорь снова приблизился к Летовой, раскинув руки, но та опять от него увернулась — со стороны можно было подумать, что они танцуют сложный ритуальный танец.

Как же, позвони… Она мигом установит номер по определителю. Короче, — сказала Марина, — мне пора уходить — да и тебе тоже не след здесь задерживаться. Вспомни шиловского вампира… Вот только почищу твой пиджак — ты же плюхнулся прямо на покрывало, а его, должно быть, год не вытряхивали — и уйду… Кстати, где тебя завтра можно будет найти? — поинтересовалась она, помогая Игорю избавиться от пиджака и выходя с ним в коридор, но не закрывая двери, — чтобы было слышно ответ Кортнева.

Мир не без добрых людей, Мата Хари. У бывшего мужа Шиловой еще есть друзья. Вот только переночую — и уберусь отсюда к чертовой матери.

К Штерну ведь уберешься, не иначе? — спросила Марина, осторожно заглядывая в портмоне Кортнева, извлекая оттуда паспорт и открывая его на нужной ей странице.

Могу и к Штерну, — последовал ответ.

А ведь Штерна твоего тоже ищут — тот самый вурдалак, о котором я тебе говорила. Вся ваша милая компания — как говорилось в одном известном фильме — находится под колпаком у Мюллера. — Марина аккуратно сложила паспорт и сунула его в портмоне, а портмоне вложила во внутренний карман пиджака. Пару раз шаркнув по пиджаку щеткой — для очистки совести, — девушка вернула его владельцу, после чего стала натягивать дубленку.