Адепт

Пшехшта Адам

Несмотря на то что Рудницкий находился в центре колонны, он вздрагивал от каждого громкого звука. Ночь была не лучшим временем, чтобы наведываться в анклав…

Идущий впереди разведчик поднял руку, и через мгновение свет одного прожектора направили на мостовую.

– Гильзы и кровь, – громко доложил он.

Рудницкий тяжело вздохнул, когда Самарин позвал его энергичным жестом. Солдаты молча расступались перед алхимиком, воспринимая его так, словно он был офицером. Кто-то, скорее всего Варецкий, распустил слухи

о его подвиге на Пекарской и предыдущих вылазках в анклав. Благоразумно опуская навыки стрельбы алхимика.

– Что думаешь? – спросил Самарин.

– Я не эксперт, – попытался отмахнуться Рудницкий.

– Пока у меня нет никого лучше, ты – эксперт, – отрезал россиянин. – Ну так что?

Рудницкий присел, разглядывая пятна крови.

– Похоже, что они подстрелили что-то или кого-то, – с неохотой сказал он. – Хотя не слишком тяжело, мало крови.

– И?

– Воодушевленные успехом, они пошли дальше. Возможно, не проявляя должной осторожности…

– Ты предполагаешь, что это осознанное действие местной фауны?

– Я ничего не предполагаю! – с гневом рявкнул алхимик. – Но та дама с голубой кожей, что мы встретили в анклаве, не выглядела как неразумное существо. Точно так же, как и то чудище с мечом.

– Ты преувеличиваешь, поскольку я не заметил…

– Правда? – прервал его Рудницкий со злостью. – Тогда ответь мне на вопрос: тот рогатый махал мечом, словно цепом, или он чуть не уложил за пару секунд нескольких опытных мечников?

– Если бы не особые свойства того оружия и сверхъестественная регенерация…

– Ну, конечно! – снова оборвал его на полуслове Рудницкий. – Только помни, что наши предшественники тоже не лыком шиты. И насколько бы пьяным ни был господин советник, солдаты, которые были с ним, могли сражаться, правда?

– Он прав, – Матушкин неожиданно поддержал алхимика. – У меня такое ощущение, как тогда на Кавказе. Лучше приготовиться…

Самарин смерил их обоих тяжелым взглядом, но не стал спорить.

– Ладно, пусть будет так, – наконец буркнул он. – Капитан Варецкий!

– Слушаю, ваше благородие!

– Удвоить разведчиков, приготовиться к битве!

– Слушаюсь!

Через минуту они снова двинулись вперед, в этот раз впереди идущие солдаты не только высматривали трупы, но и врагов. Пронзительный кровожадный вой разорвал ночную тишину, вызывая у Рудницкого ледяную дрожь. Алхимик нервно вытащил оружие.

– Готовсь! – рявкнул Самарин.

Разведчики бегом вернулись к главной колонне, солдаты молниеносно сформировали две шеренги. Первая опустилась на колено, давая второй возможность стрелять над их головами.

В конце улицы появилось около десятка теней.

– Пли!

Раздался двойной залп, потом еще один.

– Примкнуть штыки!

Тусклый блеск штыков развеивал мрак. Самарин вытащил саблю и возглавил контратаку. У немногочисленных еще живых созданий

анклава не было шансов, они гибли пронзенные, рассеченные и задавленные численным превосходством. Рудницкий двинулся за солдатами, довольный, что в этот раз ему не нужно принимать участие в битве.

Внезапно что-то его напрягло, краем глаза он заметил какое-то движение. В окне ближайшей каменицы промелькнула тень. Луч прожектора лизнул стену здания, и Рудницкий разглядел длинный ствол, нацеленный в находившегося возле автомобиля Самарина.

– Окно! Третий этаж! – закричал алхимик и нажал на курок.

Пуля, совершенно случайно, поскольку у алхимика не было времени целиться, попала в окно выше, и падающие осколки стекла спугнули таинственного стрелка. Тень исчезла.

– Что случилось?! – спросил подбежавший Самарин.

– Я видел там кого-то с оружием!

Полковник направил нескольких солдат в каменицу, а сам остался снаружи, нервно наблюдая за окнами.

– Невозможно! – сказал он. – Если только уцелел кто-то из людей Брагимова. Но почему тогда этот кто-то прячется от нас?

– Может, он в шоке? – предположил Варецкий.

Капитан расставил посты и приказал направить лучи прожекторов на каменицу.

– Кто знает? Однако…

Из каменицы вышел один из солдат, в руке у него была винтовка с оптическим прицелом.

– Нашли на подоконнике, – сказал он.

– Снайпер, – буркнул Самарин.

– Что? – не понял его алхимик.

– Стрелок, экипированный винтовкой с оптическим прицелом, – пояснил Варецкий. – Якобы во время последней бурской войны снайперы нанесли англичанам огромные потери. Но тут, в Варшаве?

– В анклаве, – сухо поправил его Самарин. – Ты видел, что он делал? – спросил он у Рудницкого.

– Мне показалось, что он целился в тебя…

– Наверное, так и было. Это стандартная практика, сначала убрать офицеров, – подтвердил Варецкий.

– Откуда такое странное название?

– С английского «снайп» – это бекас. Снайпер – это охотник на бекасов, их всегда считали лучшими стрелками.

– Может, уже займемся нашими проблемами? – рявкнул полковник с грозной миной. – Поскольку, если против нас не только местная фауна, но и люди, нужно решить, не лучше ли вернуться. До того как наши потери сделают невозможным наше возвращение.

– У солдат, что пошли с Брагимовым, было такое оружие? – поинтересовался Рудницкий.

– Точно не было, – ответил Самарин. – После бурской войны кто-то из наших написал меморандум о подготовке снайперов, но, насколько мне известно, пока это только теория. А если у нас нет снайперов, то нет и оружия для них.

– Тогда кто это был? До этого времени в анклав пускали только лицензированных магов и алхимиков, и очень сомнительно, чтобы они владели особыми военными навыками, – заметил капитан. – К тому же все они вернулись.