Адепт
Шрифт:
Алхимик кивнул. Кроме Самарина, в группе находились два офицера: Варецкий и Будаков. Оба, как ни странно, относились к нему с упреждающей вежливостью. Офицеры считали себя классом выше гражданских и обычно демонстрировали это на каждом шагу.
– Как вы думаете?
– Я не солдат, – ответил Рудницкий.
– Но вы были в анклаве и лучше нас знаете, чего ждать.
– Ну…
– Минутку! – остановил его Самарин и обратился к Будакову: – Поручик, прошу позвать унтер-офицеров. Я хочу, чтобы все услышали то, что расскажет господин Рудницкий.
Через
– Олаф Арнольдович?
– Прежде всего не отходите по одиночке даже на шаг. Вы должны разбиться на тройки или четверки. И не сильно рассчитывайте на свое оружие, на короткой дистанции оно не даст вам преимущества, на которое вы надеетесь. Потому…
– То есть оно не сработает? – перебил его Будаков, нахмурив брови.
– Сработает, но даже серебряные пули не убивают сразу. Не берегите патроны! И цельтесь в голову. Я бы еще посоветовал прикрепить штыки к карабинам, а офицерам сражаться с саблей в одной руке, и револьвером – в другой.
– Это все? – спросил Самарин.
– Еще одно: каждого раненого сразу ко мне. Не важно, как выглядит рана. Даже царапина может нести смерть.
– Слышали! – рявкнул Самарин. – Начинаем! Разделиться на группы по трое, лучший стрелок в тройке получит специальные боеприпасы.
Солдаты быстро выполнили приказ и через минуту исчезли внутри здания. Возле Рудницкого остался только Варецкий и несколько солдат, хотя каменицу и дальше окружал наряд полиции.
– Мы должны вас охранять, – объяснил офицер, заметив вопросительный взгляд алхимика. – Ну и обеспечить лазарет. Как вы думаете, у нас получится…
Его прервали звуки стрельбы и гневные крики, через мгновение раздалось пронзительное, нечеловеческое вытье. Рудницкий нервным жестом отвернул полу плаща и положил руку на рукоять револьвера.
– Что это? – удивленно спросил Варецкий. – Это не человек?
– Без малейшего понятия, – ответил алхимик. – А что касательно второго вопроса, но я не был бы так уверен, я как-то слышал, как кричит мужчина, которого живьем поедают волки. Ну, то есть что-то типа волков…
– Я думал, вы – эксперт.
– Эксперт? Никто из посещавших анклав не прожил настолько долго, чтобы стать экспертом.
– Но вы же дрались с этими… созданиями?
– Раз или два, – с неохотой признался Рудницкий. – В основном я убегал.
– А в последний раз? Я слышал, что вы были в анклаве вместе с полковником.
– Да, нам удалось убить двух бестий. Высшего уровня.
– У вас есть какая-то классификация? – с недоверием спросил Варецкий.
– Откуда?! Насколько мне известно, ни у кого нет таких сведений. Скорее определенные впечатления: даже абсолютный новичок, попав на охоту, отличит лису от медведя. И угрозу, какую они могут представлять.
Стукнули двери, из каменицы выбежали двое солдат, волоча обмякшее тело.
– Сюда! – закричал Рудницкий. – Что с ним?
– Не знаю, – пробормотал старший из мужчин с нашивками сержанта на погонах. – Она закричала –
– Выживет ваш Степан, – сказал Рудницкий. – Посадите его на землю и придержите, я не хочу, чтобы он захлебнулся.
Алхимик достал из сумки эликсир, запахло миррой и нардом.
– Это правда поможет? – спросил Варецкий.
– Правда. Испробованное средство, – рассеянно ответил алхимик. – Ну, хватит! Сейчас отнесите его в госпиталь, – посоветовал он. – Ему нужны покой и пара дней отдыха.
– Слушаюсь, ваше благородие!
Рудницкий хотел спросить, на каком основании сержант оценил его как благородие, но передумал. Это было не лучшее время для шуток.
– Медицинским пунктом такого ранга в основном руководит унтер-офицер или офицер, начиная с лейтенанта, – объяснил шепотом Варецкий, видя выражение лица алхимика. – Не протестуйте, – посоветовал он. – Так проще, чем каждому объяснять, кто вы такой.
Рудницкий принял правоту капитана кивком головы и посмотрел на часы.
– Интересно, сколько это продлится, – вздохнул он. – И какие будут потери.
Звук разбитого стекла нарушил нервную тишину: из окна первого этажа выскочил среднего размера пес. Варецкий молниеносно достал оружие из кобуры. И так же быстро опустил его.
– Это только какая-то псина, – рассмеялся он с облегчением.
– Стреляй! – заорал Рудницкий, неловко вытаскивая револьвер.
А тем временем зверь кинулся в сторону ближайшего полицейского и в мгновение ока разорвал ему горло. Солдаты открыли хаотичную пальбу, но собака, а скорее похожая на собаку тварь, металась длинными, в несколько метров, прыжками, мешая прицеливаться. Почти каждый ее прыжок сопровождался фонтанами крови.
Рудницкий чувствовал себя как в кошмарном сне: дуло револьвера медленно поднялось, словно разводной мост, ноги приросли к земле. Ни выстрелить, ни убежать… Когда он, наконец, нажал на курок задеревеневшим пальцем, псевдопес был уже возле него. Плечом сбил Варецкого и кинулся на алхимика.
Первый выстрел не попал в цель, а от удара о мостовую у Рудницкого перехватило дыхание. Слюнявая морда демона находилась возле его лица. Не думая, что делает, алхимик сунул дуло в полную зубов пасть и снова спустил курок. Его что-то обрызгало. Когда он открыл глаза, Варецкий стягивал с него тушу твари.
– С вами все в порядке? – с беспокойством спросил капитан.
– Вроде… вроде как, – неуверенно ответил алхимик.
– Слава богу! Когда вы упали, я подумал, что это конец. Он убил пятерых.
– Все в порядке, – уже спокойней заверил его Рудницкий. – Есть раны?
– Похоже, что нет, – хмуро ответил Варецкий. – Я прошу у вас прощения. Я должен был вас защищать, а оказалось, что это вы спасли мне жизнь. И нашим солдатам…
– Повезло, – сказал Рудницкий. – Сам не знаю, каким чудом его застрелил, он двигался так быстро…