Адепт

Пшехшта Адам

– Олаф? Что ты думаешь? – спросил Самарин.

– А я знаю? С одной стороны, это полный абсурд, однако, с другой…

– Что?

– Демоны вышли из анклава, несмотря на то что барьер препятствует этому. Это факт. Разве это не означает, что существует какой-то другой проход? И если это проход, то может ли он действовать в обе стороны?

О чудо, Самарин не протестовал против понятия «демоны». То ли привык, то ли сам пришел к выводу, что что-то не так. Так или иначе, это не подняло настроение алхимику. Последовательный отказ

от концепции, что живущие в анклаве существа могут быть чем-то бо€льшим, чем просто животными, вопреки всякой логике, вселял в него чувство безопасности.

– В таком случае идем дальше! – принял решение полковник. – Если тут есть кто-то разумный, кто-то, кто знает, как можно выйти из анклава, то выход должен быть недалеко.

– Это почему? – удивился алхимик.

– Потому что пару минут назад нас атаковала стая этих псевдоволков. С десяток. А я никогда не слышал, чтобы они воевали большими группами. Они не собираются в стаи. Ну и этот стрелок… Нужно обязательно выяснить, кто он такой и откуда тут взялся. Если в анклаве начнут действовать снайперы, то ни один патруль не вернется без потерь.

– Ну тогда вперед, – вздохнул Рудницкий.

Следующие полкилометра они прошли без каких-либо проблем, хотя алхимик был уверен, что несколько раз замечал расплывчатые тени. Их видели и другие, поскольку солдаты дважды открывали огонь, однако наблюдающие за ними существа не оставляли после себя никаких следов, и на мостовой не обнаружено и капли крови.

– Вот черт! – буркнул Варецкий после очередной стрельбы. – Я могу поклясться, что видел кого-то в боковой улочке. Разве что это галлюцинации. Господин алхимик?

– Сомневаюсь, – ответил Рудницкий. – Я не слышал, чтобы кто-то видел тут какие-то галлюцинации. Вот только туман обманчив. К счастью, скоро начнет светать.

– Поскорей бы. Иначе еще немного и…

Капитан не закончил мысль и побежал. Один из разведчиков подал сигнал «Стоять!» Рудницкий неохотно последовал за ним. Что бы ни случилось, точно не обойдется без экспертизы Олафа Арнольдовича.

– Тела, – доложил солдат. – Это люди из аварийного взвода.

– Уверен? – быстро спросил Варецкий.

– Так точно, ваше высокоблагородие! Этих двоих я лично знаю, это Ванька Трифонов и Сережа Годулин.

Алхимик обернулся, услышав шаги Самарина. Полковник внимательно оглядывал трупы, потом подозвал его жестом.

– Ты мог бы достать пули из тел? – попросил он. – У тебя же есть при себе какие-то инструменты?

Рудницкий скривился, ему не улыбалось проводить вскрытие прямо на мостовой, в присутствии коллег убитых.

– Это обязательно?

– Обязательно. Посмотри, кто-то их застрелил, и это следы не от серебряных пуль. Серебро слишком мягкое, чтобы раны имели такую форму.

– Уверен?

– Нет, поэтому и прошу тебя о помощи. Поскольку теоретически кто-то мог поймать шальную пулю. Однако…

– Не похоже, – заметил Варецкий. – Они не воевали, они

убегали. Тут входное отверстие на шее и нет выходного. Словно кто-то стрелял в него сверху. Тут пуля прошла на вылет. Такое маловероятно в случае с серебряной пулей.

– Все зависит от пробы серебра и что добавлено в сплав, – вмешался алхимик. – Никто не делает пули из чистого серебра.

– Поэтому лучше проверить.

– Ну ладно, только пусть солдаты отойдут. Мне нужно немного места и свет.

Варецкий кивнул и отдал соответствующий приказ. Алхимик надел резиновые перчатки и принялся за дело. Он не заморачивался обследованием тела, просто разрезал там, где, по его мнению, застряла пуля. Через мгновение он вытащил кусочек металла, Варецкий помог ему ополоснуть его от крови.

– Стандартная пуля, – буркнул Самарин. – Свинец с мельхиором. Ни следа серебра…

– Можешь проверить, что за винтовка?

– Нет, тут нужен эксперт, лабораторные исследования. Ясно только одно, что оружие военное.

– Значит, снайпер?

– Снайпер, – хмуро подтвердил полковник.

– Ну что, идем дальше? – спросил Варецкий.

– Да, собери людей, – приказал Самарин.

– А тела? – неуверенно спросил алхимик. – Что с ними?

– Придем за ними позднее, днем. Сейчас все равно не сможем забрать всех, у нас только один автомобиль.

Предположения Самарина сбылись полностью: улица на протяжении ста метров была устлана трупами. Солдаты, гражданские, женщины… Похоже, советник Брагимов пригласил на экскурсию всех, кого только смог. Большинство имели следы клыков и когтей, несколько лежали в лужах крови без видимых внешних повреждений. Были и тела с огнестрельными ранами.

Идущий впереди Варецкий внезапно прицелился в темноту. Как и солдаты рядом с ним.

– Там что-то шевелится! – закричал капитан.

– Не стрелять! Это женщина! – заорал Матушкин.

Алхимик одним движением сорвал высокий ворот платья незнакомки, проверил пульс.

– Жива, – удивленно сказал он. – Ранена, но жива.

– Можешь что-то… – начал Самарин.

– Могу. Свет! И отступите, к чертовой матери! Я должен ее раздеть, и мне не нужны зрители!

Солдаты выполнили приказ, до того как кто-то из офицеров смог подтвердить его. Рудницкий разрезал одежду женщины. Внезапно тишину разорвал быстрый топот – возвращался один из разведчиков.

– Ваше высокоблагородие! Ваше высокоблагородие! Там есть люк в канализацию! Открытый, – доложил он.

– Ну, теперь мы уже знаем, каким образом эти монстры сбежали, – сказал Самарин. – Олаф!

– Что?

– Я оставляю тебе автомобиль и несколько солдат, забирай раненую и возвращайся.

– А ты?

– Я иду в каналы.

– Там решетка. И серебряные прутья в стене выше должны отпугивать этих созданий.

– Похоже, не всех, – сухо ответил россиянин. – Так или иначе, нужно это проверить. Бери автомобиль и уходи!