8-й день недели

Дальний

– Вы только что сказали, что время остановилось.

Колганова не покидало чувство, что с начальником что-то не так.

– Разве?
– Тот удивлённо вскинул брови.
– Ты ослышался. Ничего такого я не говорил. Как спалось?

Журналист пожал плечами.

– Нормально.

Желания спорить с Бергом не было. Тем более с утра.

– Кофе?

Колганов внутренне съёжился ещё сильнее. Подобного

предложения ранее слышать не приходилось.

Он заболел что ли?

– Нет, спасибо. Не люблю кофе.
– Сфальшивил Колганов, желая, чтобы его перестали держать в неведении и поскорее перешли к делу. И тут же пожалел о сказанном.

– Врёшь, - Бергер доброжелательно подмигнул.
– Вся редакция знает, что ты обожаешь кофе. Как и я.

Крыть было нечем.

– Да и вид у тебя, скажем прямо, не айс.
– Главред внимательно осматривал всклокоченного сотрудника.
– Что стряслось-то?

Неожиданная забота Бергера удивляла и обескураживала. Раньше за ним такого не наблюдалось. Не то, чтобы он груб. Скорее, на первом месте для него значатся выгода и польза, которую способен принести для издания конкретный человек. А здоровье, душевное состояние и прочая розовая чепуха...в общем, это розовая чепуха и сопли, и нечего на это обращать внимание.

– Едва избежал ДТП.
– Колганов в этот момент думал о старушке, бешенном мусоровозе и о том, что главред сам выглядит не лучшим образом.
– По дороге сюда чудом не угодил под колёса грузовика. Тот разогнался так, что попади под него, и мокрого места не осталось бы.

Бергер соучастливо покачал головой.

– Ох, беда, беда. Летают тут, понимаешь, по дорогам общего пользования на космических скоростях. Терять такого талантливого сотрудника, да так нелепо, это плохо. Это ужасно скверно плохо. А сам куда смотрел?

Колганов выдержал пристальный пытливый взгляд.

– Его не было видно из-за деревьев и изгиба улицы. И, кстати, когда вышел из дома...
– Он хотел упомянуть старушку с палочкой, но в последний момент передумал и осёкся.

– То тебе позвонил я, и тем самым задержал на пару секунд. Чем спас твою жизнь.
– Самодовольно закончил фразу Бергер и улыбнулся.

Колганов внутренне возмутился подобной наглостью, но сразу сообразил, что тот частично прав. Сначала прозвучал звонок и телефон выпал из рук, и только потом старушка.

– Да...правда выронил трубу и не смог ответить, - согласился он.

– Я так и подумал. Потому что ты сразу же стал вне зоны доступа. Но фиг с телефоном, главное, что сам цел и невредим.

Колганов вытащил из кармана доселе покоящийся айф и грустно осмотрел повреждённый аппарат. Разбитое стекло retina преломляло отражение кабинета в причудливой конфигурации.

– Согласен. Но всё равно жалко. Недавно купил.

Хотя,

не стоит ни о чём жалеть. Тем более, о таком пустяке, как телефон. Ведь легко отделался же...

Из состояния задумчивости вывел бодрый голос Бергера.

– Вот на очередной гонорар и прикупишь новенький!
– Он кивнул на айф.

Колганов убрал сотовый обратно, раздражённый последней репликой. Ведь Берг отличается скупостью.

– Ловлю вас на слове, Михаил Борисович.

От главреда не укрылась искорка стёба, вспыхнувшая в глазах собеседника. Бергер не любил разговоров о деньгах. Точнее, о зарплатах сотрудников. Он нахмурился на мгновение, затем продолжил.

– Это нерядовое редакционное задание. Я бы и сам с удовольствием поработал над ним, но, к сожалению, не располагаю временем. Есть интересная щекотливая тема...и опасная. Да, опасная. Ты обязательно должен это учесть.

Колганову и впрямь стало интересно. Забыв про телефон и зарплату, придвинулся поближе к шефу.

– Соль вот в чём. В конце октября прошлого года на рублёвке сгорел дом. Это само по себе событие, потому что не часто там горят особняки. К сожалению.

Сделав многозначительную паузу, продолжил.

– Идём дальше. Домик-то сгорел, а случившее постарались замять. Ну вроде как кто-то неудачно покурил пьяным. Возможно, так и было. На пепелище нашли множество обгоревших тел. Не помню точно количество, вроде около двадцати. Все подростки. Сын владельца дома и его друзья. Отмечали Хэллоуин, но праздник закончился трагически.

– Вспоминаю...что-то в новостях проскакивало...вроде, - задумался Колганов. Дело принимало интересный оборот.
– Но странно, ведь такое событие должно хорошо размножиться.

– Да, - согласился Бергер, - странностей имеется в избытке. Я успел сделать несколько звонков. Но знакомые в органах беспомощно разводят руками и ничем не могут помочь. У всех рот на замке. Общался с коллегами, даже полазил по форумам, пока тебя ждал - всё без толку. В общем так: думаю, задание в целом понятно. Рой, ищи. Мне нужна хорошая чёткая статья. Голая правда. Что произошло на самом деле. Объёмом не ограничиваю. Если что, потом подрежу. По деньгам...- главред почесал подбородок и вытащил из внутреннего кармана пиджака купюру.
– Вот тебе для начала. Только экономнее, потом жду полный отчёт. И без платных "свидетелей", готовых за бабло или бутылку подписаться под любой ахинеей. С такой публикой я сам могу сочинить статью за полчаса.

– Ладно. Понял. Сделаем.

Колганов прекрасно знал, что Берг на выходе может изменить любой материал до неузнаваемости. И главное для него - не правда, а читабельность. "Сенсация", пусть даже высосанная из пальца - пропуск в тираж и мерило качества статей "8-го дня".

Но, несмотря на это, всё равно ощущал прилив возбуждения, какое раньше бывало перед интересным редакционным заданием. И сейчас наслаждался вновь нахлынувшему чувству, умиротворённо впитывая эмоции каждой клеточкой тела.