1992 год
Шрифт:
– Господи боже! Слава богу, вы пришли! Слава богу! Я так рад, что вы наконец пришли!
Люди в белых комбинезонах расступились, пропуская вперед высокую, затянутую во все черное, фигуру в плаще.
Арон замер. Глаза его расширились.
Было в Черном Человеке что-то, заставляющее людей сжиматься и чувствовать себя жалкими и беззащитными.
– Добрый день,- хрипло выдавил тюремщик,- Я - Арон, личный номер 47-103. Заместитель начальника тюрьмы.
Человек в черном аккуратно обошел его и направился дальше
Арон растерянно посмотрел ему вслед.
Подошедший спасатель резко обратился к тюремщику:
Где лейтенант Рипли? С ней все в порядке?
Голос был странным. Безжизненным и тусклым.
Арон попытался разглядеть его глаза за темными стеклами очков, но не смог. И ему стало страшно. Все эти люди были очень необычными. Ни одного слова. Ни одного лишнего движения. Никаких эмоций на пустых равнодушных лицах.
Тюремщик ожидал, что спасатели начнут распрашивать его, будут улыбаться… Словом, они должны были вести себя как-то иначе. Но люди не проявляли к нему вообще никакого интереса. Совсем. Словно Арона не было вовсе.
Стоявший перед ним спасатель повторил все тем же бесцветным голосом:
– Я задал вопрос. Где лейтенант Рипли? Что с ней?
Тюремщик судорожно сглотнул. Он мог бы поклясться, что в голосе появилась угроза. Ледяная, колючая. И Арон испугался еще больше. Ему показалось, если он не ответит, то произойдет что-то страшное. Его, наверное, убьют. Пристрелят. Он снова сглотнул.
– Мне следует повторить еще раз, мистер Арон, личный номер 47-103?- спасатель ни разу не пошевелился, не изменил позы. Только слабое движение губ.
– Нет, нет, сэр,- залепетал Арон. Им овладела паника,- Я просто… просто…
– В чем дело, мистер Арон, личный номер 47-103? Вам непонятен вопрос?
«Это же не люди!- в ужасе подумал тюремщик,- Это не люди!!!»
– Нет, сэр! Вопрос понятен,- скороговоркой забормотал он,- Вопрос абсолютно понятен. Лейтенант Рипли, наверное, погибла.
– Господи, он даже не смотрит на меня!
–
Заключенные собрались возле печи, сэр. Они пытаются заманить туда зверя.
Не говоря больше не слова, спасатель двинулся следом за группой, оставив трясущегося от ужаса тюремщика в одиночестве.
Несколько секунд Арон смотрел на маячащий в темноте белый комбинезон, а затем быстро побежал за ним, вопя:
– Подождите, сэр! Подождите!
Он быстро сообразил: лучше уж уйти с этими… чем погибнуть в лапах ЧУЖОГО.
Морс столкнулся с Чаком в узком переходе, соединяющем коридоры «Б» и «Ц». Он бежал так быстро, что даже не успел толком разглядеть, что вдруг возникло перед ним. От удара Чак вылетел в широкий тоннель, а Морс выкатился следом, едва успев сжать зубы и удержать рванувшийся наружу вопль. Чак ударился спиной о стальную стену и сполз
– Черт!- Морс, наконец, смог разглядеть, кто же перед ним. Он нервно усмехнулся,- Вот черт! Ну ты даешь, приятель! Ну ты даешь! Напугал меня чуть ли не до смерти. Фууу,- «Хорек» шумно выдохнул и усмехнулся еще раз.
– А я подумал, что ты и есть этот зверь…,- в тон ему попытался растянуть губы Чак.
Получилось довольно жалко, и Морс засмеялся во весь голос.
– Что, сдрейфил, да? Сдрейфил? Уааааааа…,- «хорек» зарычал, изображая чудовище,- Сдрейфил! Я тоже.
Чак хохотнул, хотя глаза у него оставались серьезными.
Морс засмеялся еще сильнее. Он откинул голову и в этот момент услышал странный звук.
Заключенный замолчал и уставился на приятеля. Чак даже не изменил позы. Он так и остался сидеть, как сидел. Только теперь у него не было головы. Совсем. Что-то снесло ему череп до самой шеи, и Морс тут же увидел, что.
Тварь стояла чуть в стороне, низко опустив окровавленную голову, и медленно покачиваясь из стороны в сторону. Длинные передние лапы подрагивали, а хвост медленно свивался в кольцо.
Ужас накрыл Морса. Он шумно вздохнул и пополз в сторону, продолжая смотреть на длинную змеевидную шею.
«Хорек» понимал: тварь сможет догнать его в два прыжка, но все-таки полз. Пальцы цеплялись за стальное перекрытие, стискивая его, словно оно могло чем-то помочь заключенному. Ноги отталкивались от мусора, продвигая тело вперед. Сантиметр за сантиметром.
Втянув голову в плечи и зажмурив глаза, Морс с ужасом ожидал смерти.
Вот сейчас раздастся топот за спиной. Сейчас. Секунда, и все будет кончено. Господи, помоги мне!
Но чудовище не двигалось, и он никак не мог понять, почему, пока не уткнулся головой в чьи-то ноги.
Морс замер, а затем поднял голову. Рипли. Это была Рипли. В этот момент она показалась «хорьку» не слабой и напуганной, как было все это время, а высокой и сильной. Несокрушимой.
В руке женщина держала горящий белым огнем факел. Пламя бросало на лицо блики, отчего оно производило впечатление жесткой, высеченной из камня маски. Только чуть прищуренные влажные глаза жили своей, особой, жизнью. Да еще перекатывались желваки на острых скулах.
– Ну-ка, сволочь, оставь его в покое,- громко и спокойно заявила женщина, делая несколько шагов вперед, чтобы продолжающий стоять на четвереньках Морс оказался у нее за спиной,- Попробуй сожрать меня, ублюдок!
Чудовище не шелохнулось. Оно все так же покачивало черной от крови головой, но не делало попыток напасть на Рипли. «Хорек» быстро вскочил и остановился позади женщины.
– Иди сюда!- Рипли взмахнула факелом, и пламя с гудением описало в воздухе белую дугу,- Иди сюда, ублюдок.