1992 год
Шрифт:
Рипли была удивлена. Насколько же иногда близко оказывается то, что нужно. Уже через двадцать минут она могла точно сказать, как им поймать в ловушку ЧУЖОГО. «Гениальное - просто»,- говорили мудрые. План Рипли тоже был гениален и прост. Отвечая на вопрос, Арон объяснил, что для разведения огня в топках они используют определенное горючее вещество на фосфорной основе.
С момента официального закрытия тюрьмы огромные запасы этой - довольно опасной - смеси оказались попросту ненужными. Вывозить их отсюда обошлось бы намного дороже, чем просто оставить на планете.
План, хоть и казался сложным, выглядел вполне осуществимым. Трудность заключалась в том, чтобы не
пропустить ни одного ответвления основной шахты, ни одной, пусть даже самой маленькой отдушины, иначе все затея могла полететь в тартарары. Это и было слабым местом идеи. Но тут, как говорится, все зависело только от людей.
Арон не без некоторой гордости подвел Рипли и Девида к бункеру. Огромная стальная плита, служившая дверью, казалась незыблемой твердыней и поражала воображение своей массивностью. Тюремщик кивнул:
– Это не открывали очень давно. Сперва туда хотели бросить ядерные заряды, да так и не собрались.
Он открыл два магнитных замка и с трудом потянул дверь на себя. Видимо, ею и правда очень давно не пользовались, поскольку Арону пришлось приложить немало усилий, прежде чем появилась достаточно широкая щель.
– Это единственный выход?- на всякий случай спросила Рипли.
– Да,- тюремщик кивнул и охотно добавил,- Толщина двери два метра.
– Значит, если нам удастся загнать эту тварь туда, ей не выбраться,- констатировала Рипли.
– Конечно,- радостно подтвердил Арон,- Никоим образом, мать его.
Он зашел внутрь. Рипли и Девид последовали за ним.
– Ну вот,- тюремщик сделал неопределенный жест рукой, как бы говоря: «Смотрите, неплохой ведь я хозяин, а?»
Если на «Ярости» и было лучшее помещение для того, чтобы поймать ЧУЖОГО, Рипли его не знала.
Бункер представлял собой длинное, но довольно узкое помещение с высокими ровными потолками и без единой щели. Аккуратные ряды черных бочек тянулись от входа до дальней стены. Кле0где они стояли в два яруса, а в одном месте даже в три. Рипли на глаз попыталась определить их количество. Даже по самым скромным подсчетам выходило, что запасов горючего было бы достаточно для того, чтобы сжечь половину комплекса.
– Неплохо,- кивнула женщина.
– Да уж,- довольно подтвердил Арон.
– Значит, нам придется это все перетаскивать?- Девид оглядел черные, застывшие в безмолвном строю бочонки.
– Да.
– Так что, Девид, начинайте,- Арон шагнул к выходу, хлопнув заключенного по широкой крепкой спине.
–
Тюремщик вздрогнул и нервно сказал:
– И… не называй меня так.
Он вышел из бункера и загремел подошвами бутсов по коридору.
Рипли усмехнулась.
– А почему «восемьдесят пять»?- спросила она стоящего рядом Девида.
– Ребятам как-то удалось взглянуть на его личное дело,- ухмыльнулся тот, словно в ответ,- Это его коэффициент умственного развития.
Она засмеялась, но быстро оборвала себя. Девид все еще стоял у двери, когда Рипли шагнула к ближайшему бочонку и, обхватив его за края, попыталась сдвинуть с места. Стальное основание проскрежетало по полу. Маленькая желтая искра проскочила между дном бочонка и бетоном. Заключенный быстро подошел к женщине и положил широкую ладонь на ее руку.
– Я однажды видел, как такой бочонок взорвался,- глядя на нее, сказал Девид,- Клеевая штука.
Он обхватил бочонок крепкими сильными руками и, легко оторвав от пола, вынес из бункера. Разделавшись с первой бочкой, Девид вернулся в бункер. Наклонившись над второй, он вдруг обернулся к женщине.
– Так я правильно понял, ты хочешь выжечь его, да? Выгнать его сюда из тоннеля и закрыть дверь, чтобы зверь остался тут, взаперти?
– Да,- спокойно ответила она.
– А почему мы должны помогать тебе?
– А у вас есть какие-нибудь еще неотложные дела?- усмехнулась Рипли.
– Почему мы должны подвергать свою жизнь опасности ради тебя?- поставил он вопрос по-другому.
Улыбка сползла с лица женщины. На секунду воцарилось молчание, а затем она жестко и зло произнесла:
– Ваша жизнь уже в опасности. Вопрос теперь состоит только в том, что вы собираетесь делать.
Девид оскалил в усмешке крупные белые зубы и, обхватив бочку, шагнул к стальной двери.
30
Дела хватило на всех. Одни растаскивали бочонки по исходным точкам, вторые вскрывали емкости и разливали густую, маслянистую, едко пахнущую жидкость по полу, третьи искали батарейки, факелы, готовили ловушку. Люди вышли из состояния первой растерянности. Теперь они были сосредоточенными, быстрыми. Каждый занимался своим делом, и Рипли нравилось, как это происходит. Четко и слаженно. Никаких посторонних разговоров. Отрывистые, сухие команды. Заключенные, словно муравьи, умело и быстро делали ДЕЛО.
Она следила за тем, чтобы все было выполнено, как надо, ничего не забыто, ничего не упущено. Даже Диллан беспрекословно выполнял ее указания и заставлял это делать других.
Теперь Рипли вспоминала разговор с Девидом, разгоняя шваброй горючую смесь по стальному полу воздухоотводного тоннеля. Рядом с ней работал Диллан. Тяжелые мокрые тряпки размазывали жидкость, и она ложилась ровным маслянистым слоем. Пол блестел, становился скользким. Женщине приходилось прилагать немало усилий, чтобы подошвы бутсов не скользили по этому «катку». Она старательно задерживала дыхание. Едкая смесь источала вокруг себя неприятный острый запах. Казалось, что все вокруг уже пропиталось им. Одежда, лица, руки.