1894. Часть 2
Шрифт:
– Случайно. Один из последних выстрелов пушки невероятно удачно попал в борт японского корвета, под ватерлинию. Эти неумехи не смогли даже навести обычный пластырь на отверстие в борту, поддались панике, попрыгали в шлюпки, и бросились к берегу. Вода залила машинное отделение, и паровая машина взорвалась, - Гусев добросовестно излагал Стивенсу каноническую версию конфликта в проливе Лаперуза.
– Что вы, мистер Гусев, намерены делать?
– Я? Я здесь обычный капитан милиции. Что премьер прикажет, то и буду делать. Скажет
– Я намерен завтра же отправить ноту протеста на действия Японии в США, Англию, Францию, Германию, Россию и Китай, опубликовать её во всех главных газетах этих стран, - сообщил своё решение Вилкокс.
– Китай?
– удивился Стивенс.
– Япония готовится напасть на Китай. Это наш естественный союзник, - поддержал Вилкокса Гусев.
– У меня нет таких данных.
– Население Японии существенно выросло и голодает. Захват Окинавы мало что японцам дал, им нужен существенно больший кусок территории, Корея. Из-за этой страны японцы готовят войну с Китаем. Англия их вооружает и полностью поддерживает, - выложил Вилкокс свое понимание конфликта.
– Как скоро Япония будет готова?
– лениво поинтересовался Стивенс. Он не верил.
– Меньше, чем через год. Летом будущего года, если обычная неразбериха возьмет верх, то в августе, - уточнил Вилкокс.
– Мистер Гусев согласен с прогнозом?
– Я бы сказал сентябрь, я скептически отношусь к японцам, - Гусеву заплохело, он с трудом ворочал языком, его акцент стал ужасен. Стивенс с трудом понимал его речь. Тем убедительнее выглядела для американца новость о близкой войне.
Тут же, как из-под земли появилась Елизавета, и, молча, без ругани и жалоб, потащила Гусева из-за стола. Вилкокс попытался изобразить, будто он встает, желая помочь другу.
– Роберт, я сам, - остановил его Володя.
Гусев, забыв, что на кушетке дремлет Ершов, зарулил туда, игнорируя усилия Лизы придать ему правильное направление. И, в результате, разбудил друга.
– Как хорошо-то! Голова почти не болит! Это вы молодцы, что меня спать уложили, вместо пьянки, - обнял Ершов Стивенса, который был совершенно ни при чем, и, мало того, явно выражал недовольство панибратством Николая.
– Удачно я сюда попал. Сезон ураганов закончился. Вечером совсем не жарко, погода замечательная, не то, что в прошлом году, - настроение Ершова стало крайне благодушным.
– Следующая неделя ожидается прохладной, градусов двадцать по Цельсию. Третий день дует северный ветер, так что вы, мистер Ершов, привезли нам холода, - поддержал Николая Вилкокс.
– Вы, мистер Вилкокс, говорите "холода"!? Я вырос в Хобокене, на берегу Гудзона. У нас холодный зимний ветер называется "Ястребом", так суров и жесток он. Иной раз до того холодно, что вода превращается в лед! Это то, что возят русские
– Я видел настоящие морозы, и лед, и снег. Не меньше вас, мистер Стивенс. Я учился и служил в Италии. Там, однажды, неделю стояли жуткие холода и выпал снег.
– В Нью-Йорке снег выпадает каждый год. Или почти каждый год. Вот так, мистер Вилкокс!
– Предлагаю за это выпить, - поднял бокал Ершов, - За холода! Я люблю купаться в такую погоду: температура воздуха двадцать, температура воды на пять градусов выше, выходить из моря не хочется.
Стивенс пил "White Horse" и поэтому быстро догонял остальных.
– Мистер Ершов! Так как же вам удалось достичь Гонолулу без трубы? Или вы заходили ремонтироваться на Сахалин?
– Я что же, не инженер? Трубу в море починили. Она за борт не упала, в ограждении застряла, - вывернулся Ершов.
– Почему вы не вернулись во Владивосток, чтобы сразу заявить протест Японии?
– Зачем? Я торопился в Гонолулу, чтобы предупредить премьера Вилкокса об агрессии Японии.
– Они забыли, что есть пламенные борцы за свободу и демократию! Мы защитим эти ценности не только у нас в стране, но и за рубежом!
– Вилкокс излагал свою программу совершенно четко, будто совсем не пил.
"Похоже, он говорит это в сотый раз. Ишь, как наловчился", - подумал Ершов.
* * *
Несмотря на то, что на заводе по производству тракторов накопилось много проблем, а инженеры и мастера готовы были эксплуатировать Ершова сутки напролет, Николай смог вырваться в гости к Стивенсу, тот не мог не пригласить из вежливости.
Марта, как всегда, была очаровательна и привлекательна, своей свежестью молодого роскошного тела, своими блестящими волосами, и злыми колючими глазами.
– Миссис Стивенс, мне кажется, или ваша няня меня действительно недолюбливает, - обратился Ершов к хозяйке дома.
– Ничего такого не замечала, - фальшиво ответила та.
– Не стоит обращать внимание на прислугу, - так же фальшиво буркнул хозяин.
* * *
Нежелание участвовать в авантюре, придуманной двумя приятелями-военными: Гусевым и Вилкоксом смогло отодвинуть серьёзный разговор лишь на неделю. Премьер министр собрался ехать в Европу отстаивать свои идеи свободы и демократии, и Гусев хотел, чтобы Ершов его пока замещал.
– На пропаганду у нас брошены лучшие силы и основные средства. С такими затратами на газетчиков и писателей нам дешевле было бы покупать сталь обычным порядком, - проворчал Ершов.
– Сталь крейсера "Бостон" и его паровая машина достались нам дешево, благодаря Стивенсу. Мы обеспечили завод металлом на год. Но японские броненосцы дадут нам то же самое даром. Халява!!! Коля, волшебное слово халява!