180 секунд
Шрифт:
Другую руку Стеффи тоже запускает в пакет и извлекает третью бутылку.
– И тоник!
– Ух ты!
– Скажи спасибо, что у меня есть поддельное удостоверение.
Я разливаю спиртное и достаю из холодильника несколько кубиков льда, пока Стеффи настраивает на моем ноутбуке плей-лист. Из спальни раздается музыка.
– Блин. Сегодня пятница? – кричит Стеффи.
– Да, а что?
Я захожу в комнату и ставлю на столик свой стакан с текилой.
– Что ты делаешь на «Амазоне»? – спрашиваю я, глядя на экран. – И зачем покупаешь наклейки с мультяшными
Стеффи делает большой глоток и поворачивается вместе со стулом ко мне.
– Помнишь квартиру, где я жила прошлым летом? Когда я переехала, то некоторые мои заказы случайно ушли на старую квартиру, потому что я забыла обновить свой адрес на веб-сайтах. В том числе, кстати говоря, в интернет-магазине, где купила очень стильное и недешевое платье. Две стервозы, которые въехали туда после меня, так ничего и не вернули. – Она отхлебывает еще. – Они сказали, что им ничего не присылали. Вранье. Поэтому каждый месяц я посылаю на старый адрес что-нибудь якобы заказанное мной. Ты только представь. Они там радуются и думают, что смогут присвоить еще какие-нибудь мои покупки. Они надеются, что это будет нечто клевое, ведь я всегда покупаю клевые вещи, так? А потом открывают посылку и обнаруживают полосатые носки и наклейку с изображением кучки дерьма. Я их проучу на всю жизнь.
Боже, как я скучала по этому человеку.
Я сажусь на постель.
– Гениально. Я хочу помочь!
– Давай. Выбери что-нибудь. Вот на что я в том числе трачу оставшиеся от стипендии деньги… не считая билетов на самолет.
Стеффи закладывает руки за голову и потягивается.
– Да, я гений.
Полазав по сайту, я добавляю наклейку с надписью «Агентов просим не беспокоить» и коробку какого-то поганого печенья из киноа. Когда на телефон Стеффи приходит извещение, что заказ оформлен, мы весело чокаемся и дружно рыгаем.
Мы – прямо как настоящие сестры.
Я легковес по части выпивки: к половине десятого я уже совсем пьяная. Прекрасное ощущение. Стеффи исполняет какой-то безумный танец, который преимущественно состоит из вращений бедрами и боевых стоек. Выглядит нелепо, но весело. Сидя на кушетке, я сосу кубик льда и наблюдаю, как моя подруга движется по гостиной и пляшет, не попадая в такт. Я по-прежнему не могу поверить, что она здесь, и не сходящая с моего лица улыбка кажется приятным разнообразием после событий минувшей недели.
Именно эта мысль заставляет меня резко выпрямиться.
– Эй! Подожди! – восклицаю я – невнятно, оттого что во рту у меня лед. – Стой!
– Что? – спрашивает Стеффи, прервав танец. – Ты не в силах больше выносить мою сексуальность?
Она качает бедрами.
– Ты! – я указываю на нее пальцем. – Ты прилетела сюда не потому, что у тебя завалялись лишние деньги!
Она мрачнеет.
– В смысле? Я хотела провести выходные с лучшей подругой. Вот и всё.
Стеффи тянется к бутылке с джином.
– Ты здесь с гнусной целью, – с ударением продолжаю я, тряся пальцем.
Она смеется:
– С гнусной целью? Серьезно?
– Стефани Элинор Трой!
Но она не в силах говорить. Стеффи складывается пополам, ржет и пытается отдышаться. Я хмурюсь.
– Что тут смешного?
Наконец она отвечает:
– Мое среднее имя – не Элинор!
И вновь начинает истерически хохотать, а потом садится рядом со мной.
– Разве нет? – спрашиваю я, с трудом выговаривая слова. – А почему мне так казалось? Кто такая Элинор?
Бедная Стеффи с трудом переводит дух и отвечает далеко не сразу:
– Помнишь ту стремную семью, в которой я жила? В Уотертауне? Элинор звали их собаку.
– Ой. – Я хватаю ее бокал и делаю глоток. – Кем надо быть, чтобы назвать собаку Элинор?
– Проктологом из Уотертауна, которому на пять месяцев понадобилась поддельная дочь.
– У тебя вообще есть среднее имя?
Стеффи забирает бокал и жмет плечами:
– Понятия не имею. Я даже не знаю, откуда у меня фамилия. Честно говоря, это еще хуже, чем собака по кличке Элинор. Меня ведь подбросили в такую штуку, типа ящика, где можно оставить ребенка без всяких лишних вопросов. И я сильно сомневаюсь, что мамаша приклеила мне на лоб записку с полным именем. Эй! Кто дал тебе имя? Тебя ведь оставили в родильном доме.
Она права. Раньше я никогда об этом не задумывалась.
– Да! Кто дал нам имена? У нас должно быть право выбирать самим!
– Но ты взяла фамилию Саймона, поэтому ты Элисон Деннис, и это тебе идет.
Глаза у нее загораются.
– Слушай, есть идея. Давай сыграем в дженгу из посылок.
Я хихикаю.
– Перестань.
– Да ладно. Это весело. Я буду вытаскивать коробки из-под низа и надеяться, что башня не рухнет.
– Нет, я не хочу играть в кубики!
– Потом ты вытащишь коробку, потом я… слушай, а почему ты ни одну не открыла? Саймон, наверное, прислал тебе что-нибудь хорошее. Рисовую лапшу, печенье и средство от вшей.
– У меня нет вшей! – взвизгиваю я.
Стеффи кивает. С очень серьезным видом.
– Пока нет. Но в кампусах, к сожалению, это реальная проблема.
Может быть, она права. Может быть, Саймон прислал мне по-настоящему необходимые вещи, в которых я нуждалась, сама не сознавая того. Господи, Стеффи никто не присылает гостинцев, а уж она-то этого заслуживает. Может быть, там действительно печенье… Нужно открыть коробки. Хотя бы одну.
Слегка пошатываясь, я встаю и наливаю себе джина с тоником. В середине процесса я разворачиваюсь, и джин выплескивается на ковер.
– Э-э-эй! Минуту. Ты уклоняешься от основной темы.
– От какой?
– От того, почему ты здесь.
Кое-как смешав джин с тоником, я сажусь рядом со Стеффи.
– Давай поговорим.
Она устремляет на меня непонимающий взгляд и молчит.
Я слегка толкаю ее в плечо.
– У тебя потрясающие новости? Ну? Тебя взяли на стажировку в журнал, о котором ты говорила летом? О, о! Или тут замешан парень? Ты с кем-то встречаешься, да? Расскажи, расскажи!
Стеффи улыбается и хлопает в ладоши.