180 секунд

Парк Джессика

– Ох… ну ладно, – отвечает Стеффи с ощутимым разочарованием. – Просто… там ты выглядела… совсем по-другому. Ты была такая… такая…

Я вздыхаю.

– Какая?

– Открытая. Настоящая. Эмоциональная… – Стеффи снова начинает сиять. – Хрупкая и в то же время накрепко связанная с другими…

– Это всё не про меня.

Я не собираюсь подтверждать ее правоту.

– И на тот случай, если ты не заметила, Эсбен шикарен. Я серьезно. Умопомрачительно красив. И он прямо бросился к тебе! В жизни не видела ничего романтичнее.

Никто не видел. Эсбен покоряет сердца!

– Нет! – упрямо кричу я.

– Да, – спокойно говорит Стеффи. – И еще кое-что, Элисон. Эсбен идеален во всех отношениях. У него такая душа, какой не найдешь за сто лет.

– Очень мило с его стороны. Но мне всё равно.

Стеффи гневно смотрит на меня, и я отвожу глаза. А она говорит:

– Ты прямо светилась.

– Нет, не светилась!

– Подружка, да какая разница? Ты была такая красивая… и страстная.

– Я серьезно. Перестань.

Мне надоело обсуждать всякую ерунду, и я не хочу продолжать этот разговор – даже со Стеффи.

– Я люблю тебя, но мне правда пора. Созвонимся.

И, не дав ей возможности сказать что-то еще, я обрываю звонок.

Я выключаю компьютер, надеваю пижаму, гашу свет и ложусь. Плевать, что я не почистила зубы и что мне надо в туалет. Чтобы добраться до душа, надо выйти в коридор. Кто знает, с кем я там столкнусь? Вдруг Стеффи права, и какая-нибудь девушка заговорит со мной про…

Я кричу, уткнувшись в подушку.

Про этот поцелуй.

Я снова издаю вопль.

Почему я это допустила? Я так старалась наладить для себя тихую, предсказуемую жизнь, и понадобилось лишь три минуты, чтобы всё рухнуло. Три глупые, нелепые минуты. Я пошла бы на преступление, лишь бы повернуть время вспять.

Надо собраться с силами. Люди непостоянны, и скоро эта истерия закончится. Я просто не буду обращать внимания на Эсбена. Не буду лазать в Интернете или, упаси боже, читать комменты. Не буду смотреть ролик. Его вообще не существует. Никаких проблем.

Но я целый час ворочаюсь в постели, не в силах расслабиться и прогнать тревогу. Когда становится ясно, что я не засну, я замечаю, что телефон лежит в пределах досягаемости, в пятне лунного света. Я отвожу взгляд и нервно шевелю пальцами на ногах. «Нет, я не буду этого делать».

И все-таки делаю. Не могу справиться с собой. Я включаю телефон. Говорят, от любопытства кошка сдохла, но в голове у меня целый лев.

Чтобы найти ролик Эсбена, уходит две секунды. Я обнаруживаю его на другом сайте, не на том, который показала мне Стеффи. Кошмар. Сколько же народу его перепостило? Но хотя я уже сдалась и зашла на сайт, я по-прежнему не в силах посмотреть видео. Сама не знаю, чего боюсь. Я ведь была там.

Я просто не хочу снова это переживать.

Нет, хочу.

Я отматываю в конец и включаю на несколько секунд. Потом нажимаю на паузу и рассматриваю картинку на экране. И не могу оторваться.

Руки

Эсбена касаются моего лица, поцелуй в самом разгаре, и наши взгляды явственно дают понять, что происходит нечто нетривиальное.

«Всё в прошлом, – напоминаю себе я. – Сейчас это уже ничего не значит».

И все-таки я держу телефон в руке и смотрю на картинку, засыпая. Я сплю без кошмаров.

Я позволяю себе эту роскошь. Только на одну ночь.

Глава 7

Дыши ровней

Никогда еще за два года учебы в Эндрюс-колледже я не пропускала занятия. Ни разу. Но лекцию по социальной психологии в среду я прогуливаю. Мне хочется пропустить и следующую, но это уже будет как-то слишком, даже с моей стороны. И от двух прогулов я, вероятно, буду нервничать сильнее, чем от необходимости собраться с духом и выйти из комнаты. И потом, я не завтракала и не обедала – и страшно проголодалась. Все утро в мою дверь безжалостно стучали, но я надела наушники и погромче включила белый шум. Не желаю выдумывать что-нибудь серьезное или значительное, ну или что там все эти люди хотят от меня услышать.

Когда наступает временное затишье, я понимаю, что до лекции осталось немного времени, и решаю зайти в греческое кафе, где обедала с Саймоном. Там, в окружении фалафеля, не случится ничего плохого. Во всяком случае, я на это рассчитываю.

Я успеваю дойти лишь до половины дорожки, которая ведет от нашего корпуса к воротам, когда какой-то парень в байкерской куртке и с сумкой на груди вскидывает растопыренную пятерню и восклицает:

– Ух ты… привет!

Именно этого я и боялась. Я слегка приподнимаю руку, от горя почти лишившись способности соображать. Парень шлепает меня по ладони и издает радостный возглас.

– Клевый ролик, – говорит он. – Типа… спасибо.

Он выпускает мою руку, от души хлопает меня по спине, неуклюже салютует и идет дальше.

Минус один. И бог весть еще сколько осталось. День, мягко говоря, не задался.

Прямо перед кафе на меня буквально набрасываются три девушки.

– Мы тебя видели! – восклицает одна.

– Ну, правда, он здорово целуется? Расскажи! Правда Эсбен лучше всех? – пристает другая, с развевающимися рыжими волосами, и делает глупое мечтательное лицо.

У третьей вид почти обиженный.

– Почему ты ушла? Господи, да я бы на твоем месте прямо там сорвала с него штаны!

– Ну? – заговорщицки спрашивает первая. – Так вы встречаетесь? Ты потом вернулась?

Это ужасно.

– Что? Нет! О боже. Нет, мы не встречаемся, – говорю я.

Выходит довольно грубо. «Будь вежливой. Будь вежливой!» – напоминаю я себе и откашливаюсь.

– Я рада, что вам понравилось видео. Но мне сейчас надо пойти поесть.

Я поворачиваюсь и рывком открываю дверь. Пожилой грек, принимающий заказ, оживляется, когда видит меня: