Звонок
Шрифт:
Я посмотрела на Кларксона, Кларксон посмотрел на меня.
До чего хорош, фингал ему очень к лицу, так сказать, делает его чуть более близким к простому обывателю.
Интересно, как мы будем смотреться на свадебной фотографии?
Хорошо будем смотреться, по крайней мере, у меня не разовьется новый комплекс. Луи что-нибудь придумает. Черные очки, черный котелок, накладная челочка, вуаль? Хихикнула.
И пока я хихикала, а хихикала я долго, все вышли из камеры и направились к выходу.
Остались
— Знаете что, мисс Уитлок, — он навис надо мной как скала, — знаете что?
— Что? — простонала я сквозь слёзы.
— А не буду я на вас жениться! — я напряглась.
— Это как это — не будете? — и снова хихикнула, такой он был грозный.
— А так, не буду. И пускай я попаду в немилость к Дезмонду, меня уволят с телевидения, оштрафуют счета и сошлют на Терру, зато вы, моя дорогая, останетесь без приза, а я останусь психически здоров!
Что делает умная девушка в такой вот деликатной ситуации?
Правильно, в любой нестандартной ситуации главное отвлечь противника!
Как отвлечь противника?
Правильно, надо его удивить!
— Гейбл, я вас люблю! — выдала я и застыла.
Ну всё, мне точно конец, он не то, что не поверил, он озверел.
— Да вы, да вы… — у него сжимались челюсти, и ситуацию могло спасти только чудо.
Чудо явиться не спешило, и я приняла молниеносное, антикризисное решение. Подошла, дернула его за галстук и поцеловала.
Он сначала растерялся, а потом подхватил мою инициативу. Да еще как подхватил. Я оказалась прижатой к стене, и ноги мои почему-то были не то что на весу, я ими его обнимала!
«Неправильный он какой-то гей…» — пронеслось где-то на задворках сознания.
Как пить дать, неправильный!
— Кхе, — кажется, папа, — дети мои, ну я всё понимаю, но не в тюрьме же!
Мы с Гейблом отпрянули друг от друга.
— Тем более, на вас весь участок любуется, — выглянула из-за папы Эмма.
— Мы случайно, — пискнула я и покраснела.
— Да уж, — Кларксон поправил волосы.
— До завтра, в девять у мэрии, — скромно, но довольно-таки громко сказала я и быстренько слиняла, чтобы не напоминать жениху одним своим видом о том, что он, вроде как передумал.
— Киска, — остановила меня Жасмин, — до завтра!
— До завтра! — обняла я его на прощанье и совершенно никакого значения не придала этим словам.
Погрузилась в папину машину, Энн уже сидела, нет, Энн уже там лежала. Из окна авто проследила за тем, как все прекрасные дамы, включая Бенжамина, рассаживаются в желтые такси, дождалась папу.
— Молодежь, — сел он за руль и пристегнулся, — молодец, хорошо повеселились, я тобой горжусь!
— Спасибо, — поблагодарила я папу, снова посмотрела в окно, где совершенно растерянный Кларксон сажал тетю в свою ужасно дорогую машину.
Тут
«Ну и ладно», — решила я, слегка обидевшись. Лишь бы в мэрию завтра пришел.
А вообще, удивительный сегодня вечер. С кем я только не целовалась.
Я, можно сказать, нацеловалась за все годы одиночества.
Но Кларксон, к моему глубочайшему неудовольствию, целовался лучше всех.
— А скажи-ка мне, папуля, — повернулась я к отцу, — а как давно ты знаком с Эммой? Что-то вот я не припомню, когда я вас знакомила? — папа бросил на меня возмущенный взгляд.
— Я, если ты не заметила, за рулем, — я подняла бровь, — и трафик, между прочим, тариффик! — посмотрела на пустую магистраль.
— Да? — хихикнула. — Где же тут трафик, извините, таррифик, если мы на десятом уровне одни? — тут я бросила взгляд в зеркало заднего вида, за нами летело знакомое черное авто. Потом это авто поравнялось с нашей машинкой и полетело рядом.
— Сопровождает, — одобрительно отозвался папа, — молодец. Я же говорю, хороший мальчик, тебе подходит. Страстный вон какой, опять-таки, — и папа мне подмигнул. Я покраснела.
— Очень смешно, — буркнула я и задумалась.
Как я теперь ему в глаза смотреть буду? В его красивые, местами подбитые глаза. А что со мной сделает Луи? Луи меня убьет, и это не я, это он будет ходить на мою могилку. Хотя, помимо Луи, есть еще много желающих меня придушить. Одни поклонницы моего жениха чего стоят. Поёжилась.
И вот наступает день икс, завтрашний день наступает.
Кларксон, стоит у мэрии и ждет меня. Он ждет меня в окружении толпы поклонниц, ну и Луи, конечно же, рядом.
— Вот она! — кричат фанаты репортера. — Бей её! — я бегу, но спастись не удается, и подписи на электронном свидетельстве мы ставим одинаково красивые.
Нет, я, пожалуй, красивее. У меня подбиты оба глаза.
— А Джерри приходил? — вдруг вспомнила я, подскочила на сидении и подскочила так, что ударилась головой о крышу, как раз там, где была подушка безопасности. Это огромное белое средство защиты стукнуло меня по макушке и прижало к приборной панели.
Папа нажал на нужную кнопку, подушка сдулась и со свистом уползла обратно.
— Как тебя разобрало-то, — присвистнул папа, — любовь! — посмотрела в окно.
Ну конечно, естественно, Гейбл стал свидетелем моего позора.
Вот скажите-ка, почему нужно ехать именно с моей стороны?
Репортер хихикал.
«А чего он вообще за нами увязался?» — подумала я, а папа ответил:
— Потому что нет тебе, доча, больше доверия. Толковый парень, но догадался поздно.
— Джерри приходил, спрашиваю? — обиженно спросила я.